Кто был в столице, наверняка побывал на Сретенке, оживленной московской улице, известной своим архитектурным ансамблем.
Во второй половине XIX века здесь было дно жизни с глухими и опасными трущобами.
Там располагался огромный Сухаревский рынок, на котором можно было купить абсолютно все, в том числе и людей. Отсюда начинался квартал московских „Красных фонарей“, зажигавших по вечерам свои они.
Как жилось проституткам в Российской империи
В петровские времена жриц любви гоняли нещадно. Во времена правления Елизаветы Петровны в средине XVIII века им вышло первое ослабление. На открытие публичных домов императрица смотрела сквозь пальцы: «Мальчикам из высшего общества необходим сексуальный опыт. Лучше, если чадушко направит куда надо опытная женщина».
В эпоху Екатерины II дело это считалось недостойным, но тем не менее не искоренялось. В городах стали появляться «Дома терпимости».
В середине XIX века власти Москвы ограничили их в пределах одного квартала между Сретенкой и Трубной улицами. Здесь появился район „Грачевка“— место сосредоточения „Красных фонарей“. Он просуществовал до начала XX века и насчитывал около 100 борделей.
Большинство таких заведений представляли собой 2-3-этажные здания казарменного типа, с маленькими комнатушками. Но были и элитные дома терпимости. Там цены за ночь с девушкой доходили до 15 рублей. Для сравнения, услуги извозчика, который должен был отвезти пассажира с одного конца Москвы на другой, стоили 50 копеек.
На Петровском бульваре до 1910 года находился знаменитый дом терпимости Эмилии Хатунцевой. По воспоминаниям поэта серебряного века Михаила Кузьмина, некий пожилой господин, завсегдатай заведения, заказывал себе двух постоянных девушек, которые встречали его с распущенными волосами, и что есть сил стегали резиновыми плетками. Он им платил по 25 рублей каждой, что по тем временам было неслыханно.
Кто становился становились проститутками и почему
Девушки искали лучшей жизни. Большинство их приезжали из деревень в надежде заработать денег и открыть свое дело. Некоторым это удавалось, однако чаще всего жизнь проституток заканчивалась печально. Реже между ними встречались представительницы зажиточных семей, и уж совсем малый процент был из семей богатых.
Для девушек конца 19-го века проституция не считалась чем-то зазорным. За одну ночь каждая могла заработать столько, сколько получила бы за неделю труда в тяжелых заводских условиях. Нельзя сказать, что все стремились в проститутки, но в какой-то момент эта „профессия“ стала достаточно популярной.
В те времена существовали заведения 3-х категорий. В самых дешевых час любви стоит 30-40 копеек, за ночь брали 1-2 рубля. Это были, так называемые, притоны.
Бордели 2-й категории стоили 1–2 и 2–5 руб. соответственно. Самые дорогие и роскошные брали с клиентов от 3 до 5 рублей.
Делились проститутки на «билетных» — пребывающих в домах терпимости и вместо паспорта обладавших «желтым билетом» и «бланковых» или бродячих, квартирных, строивших свой бизнес под контролем сутенера. Причем кажущееся благополучие билетных было только внешним — кредит, который открывала хозяйка борделя своей работнице за то, что дает ей какое-то содержание и периодически показывает врачам, был кабальным.
Сретенская полицейская часть ввела обязательный учет проституток.
Конец "Красных фонарей"
Самым доступным для обитавшего в Сретенских закоулках мужского населения, был притон под названием «Ад». Он располагался на Трубной улице, в подвале гостиницы «Крым», которая, кстати, достояла до 1970-х годов.
В этом «Аду» собирались маргиналы, и жители долго жаловались властям на беспредел, который там творился. Но это особо никого не волновало, пока 1 марта 1881 года революционеры не убили в Петербурге императора Александра II. Расследование привело в этот самый «Ад».
После тех событий бордели начали сносить, а и улицы переименовывать, чтобы стереть дурную славу этих мест.