На днях знакомый спросил меня умнее ли евреи, на мой взгляд, чем русские. Спросил потому, что я много лет прожила за границей и община, в которой я живу, лишь процентов на 30, по моим прикидкам, русская. Большинство же – “русскоязычные”. Решила прояснить этот вопрос для всех.
По моим наблюдениям, евреи не умнее русских. Они опытнее. Тот факт, что они тысячи лет как рассеяны, дал им такой опыт, что другие народы – не только русские – по сравнению с евреями – дети. Даже русские эмигранты, прожившие лет 20 за границей, уже имеют такие “еврейские” черты, как повышенная приспосабливаемость к условиям. Они менее застенчивы, более пробивные люди и если пустить их вокруг стульчика под музыку наперегонки с россиянами, скорее всего, эмигранты выиграют. Ну, я образно, конечно.
Оседлый человек ощущает безопасность. Он в гуще своих. Это как безопасность военная, так и личная – не в Москве тебе дадут работу, так в Питере. Не там, так в Самаре, не в Самаре, так в Новосибирске. А не нашел работу, поддержат родные, друзья, не дадут помереть. Совсем другие условия у эмигранта (и еврея, и не еврея). Если не лезть лезом, не привирать и не вынюхивать где что свободно, куда можно втиснуться – пропадешь. Поэтому первое, на что я обратила внимание, попав за границу – это беспардонные расспросы в общине. “А ты как сюда попала? По какому виду эмиграции? А деньги правительству показала? Где ты их взяла? А где работаешь? Начальник хороший? Почему тебя туда приняли? А коллектив из кого состоит – по национальности? А зарплата какая? Ты замужем? А муж кто по профессии? Где работает? А как он смог туда устроиться? Мужа с собой привезла или тут нашла? А кто ты по национальности? Русская? Ну так мы все русские, а на самом деле?”, ну и т.д.
Иногда тебя допрашивают с ходу, не давая вставить и слова. Чтобы оглушить, я так поняла, чтобы рассказала всё, не успев опомниться. Казалось бы, зачем человеку сведения сколько комнат у меня дома? Но вот даже такое спрашивают. Одна эмигрантка (действительно русская) расспрашивала меня часа два, придя ко мне в гости. Вплоть до: “Ты уроки танцев берешь? У кого? А платишь как – чеком или наличкой? Нет, мне просто интересно учитель наличку берет?” (Тут я заподозрила сотрудничество данной дамы с налоговыми органами и решила защитить учителя, сказала что берет только чеком, налом – никогда). В другой раз мальчик-еврей, внимательно слушал меня насчет где лечат аутизм и даже записал адрес. Когда я спросила зачем ему, 16-летнему канадскому подростку, сведения где в России лечат аутизм, он серьезно ответил, что в будущем может пригодиться. Мало ли...
Так что вот эта черта с одной стороны отвратительна – беспардонность, с которой расспрашивают, с другой – она дает людям информацию. Благодаря которой они могут лучше устроиться. А если ты вдруг станешь врагом, то можно и прищучить тебя, зная твою подноготную. У русских не принято лезть под кожу с вопросами, тем более личными. В итоге они выглядят интеллигентно, скромно, но доступ к информации теряют и искать работу или связи, что бы то ни было, им сложнее.
Евреи сплочены. И это тоже, скорее всего, последствие жизни в рассеянии. Несплоченных их давно перебили бы, учитывая сколько стран их изгоняли. Паустовский в воспоминаниях рассказал, что однажды был свидетелем того, как в городке ночью вдруг раздались крики, вой в разных домах. Жуткое, писал, было ощущение. Оказалось, евреи узнали что будет погром и заранее все начали кричать, причем без команды сверху. Подняли шум и таким образом “отменили” погром.
И сейчас, вы наверное замечали, стоит обидеть одного, многие другие бросаются его защищать, и что немаловажно – без призыва с его стороны. Совсем другое у нас – одного избивают, другие “заняты”, не замечают, советуют не обращать внимания. И даже позовешь – не факт что придут на помощь. И это не то, чтобы мы были плохие. Это тоже следствие того, что мы большой народ. Расслаблены. “Собака лает, караван идёт”. Все малые народы, не только евреи, но и чеченцы, дагестанцы – куда более сплочены. Обратится дагестанец к своему: “Ты даргинец и я даргинец, помоги”, и, скорее всего, получит помощь. А у нас вы слышали когда-нибудь: “Я русский и ты русский, выбери поэтому меня, дай мне?” Нет. Для нас это не аргумент. Мы – за справедливость. За качества, а не по крови выбираем. В итоге... ах, да что там говорить... Эта наша черта тоже имеет две стороны. С одной, потому у нас и империя, что мы справедливо относимся к инородцам и иноверцам и не выбираем друг друга только за то, что мы, русские, одной крови. С другой стороны, когда разные народы в сцепке и продвигают своих (те же армяне), а мы – “справедливые”, у нас в итоге на экране русским выглядит только Светлаков.
Подытожим: рассеяность по миру, скитания, дали евреям такие качества, как сплоченность и отсутствие стыдливости в поиске важной для лучшего устройства своей жизни информации.
Им присущи и такие эмигрантские качества, как рискованность, уверенность в себе, настойчивость, широкий взгляд на мир. Начну с последнего. Жизнь там и сям, конечно, расширяет знания о том, как функционирует этот мир, человек видит много нового – того, о чем не знает оседлый житель. Эмигрант может перетащить это новое и полезное в страну, где такого нет, и на этом прекрасно заработать. Скажем, здесь уже изобрели машину для варки кофе, а там ее еще нет, и Изя может начать поставлять Фиме в другую страну эти самые машины, разбогатеют оба.
Насчет уверенности в себе. Без нее за границей делать нечего. Зубы на полку положишь. В разных школах для взрослых (получение новой профессии, курсы) там даже учат эмигрантов, что если предлагается работа, а ты не чувствуешь себя еще знающим ее достаточно, ври, что знаешь, “там, на месте, по ходу дела научишься”. И действительно у многих так и происходит! Половину разоблачают и выставляют, но другая-то половина устояла... Получается, это правильно? Лично мне не нравится такое поведение, ко мне в газету приходили такие дизайнеры, которые даже не знали что такое межстрочное расстояние, я их не принимала, но... у других такая манера устройства на работу сработала.
Так вот, евреи, я заметила, часто говорят: “Я могу”. Чего ни коснись - всё могут. Прихожу в ресторан писать о нем рекламную статью, выходит повар-еврей и говорит владельцу: “Зачем журналистку позвали? Я бы вам сам написал”. Подсаживается ко мне дамочка-еврейка, узнает что я редактор газеты и сообщает: “Я вам тогда пришлю записки моего папы. Кто он? Русский писатель. Где? В Израиле. Он никому не известен, но я считаю он очень хорошо пишет. Опубликуете? Только заплатите гонорар, чтобы папе было приятно. Тогда он поймёт, что вам действительно понравилось”.
О рискованности. Поскольку евреи живут по всему миру, общаются меж собой, делятся опытом и становятся свидетелями многочисленных историй быстрого взлета своих людей в элиту, этот опыт передается из уст в уста, и молодежь понимает, что “если тётя Сара смогла стать великой американской актрисой, почему я не смогу?” И какой-нибудь молодой Натан едет в Голливуд, устраивается в столовку, и вовсю мозолит глаза звёздам и продюсерам. В то время, как наши, русские люди, пишут мне: “И как вы решились жить за границей, я вот даже боюсь переехать в соседний город”. И очень гордятся что живут всю жизнь на одном месте.
Так вот, рискованность, бесстрашие перед переменой мест, тяготение, как у рыбки, туда, где глубже, тоже приносит еврейскому народу дивиденды.
Настойчивость и "отсутствие комплексов" (мягко говоря) - еще одно качество, которое приводит его к успеху. Приведу примеры. Одна моя знакомая журналистка-еврейка очень хотела работать на телевидении. Но она была косая и картавила. Однако, это её не остановило и она договорилась с коммерческим телеканалом (в 90-е годы дело было) и ей дали задание сделать репортаж с фермы, где разводят норок. Дама сделала репортаж и его даже показали по ТВ. Но это был её первый и последний репортаж. Косые глаза ещё можно было перенести, но в сюжете несколько раз прозвучало "шкуйки нойки" (шкурки норки). Зрители обхохотались. И журналистку не приняли. Но, заметьте, её саму дикция не смущала!
Второй пример. Мне одно время в газету (я 14 лет издавала в Канаде “Комсомольскую правду”) звонила женщина по имени Фира. Она уговаривала написать статью про её сына, но никак не могла обосновать почему я должна это делать. Сыну за полтинник, а она говорила: “Он в школе был отличником. И в вузе хорошо учился”. Но этого недостаточно, обьясняла я. Она в ответ говорила, что он в Канаде сумел устроиться на завод “Бомбардье”, своего рода достижение, может напишете об этом? Так вот, звонила она мне раз пять! И всегда получала отказ. Однажды она снова позвонила и уже говорила со мной как с другом (еще одна фишка – сразу обязать человека: “Вы такая хорошая, я вас всегда читаю и очень люблю”, в итоге слушаешь). Так вот, стала болтать со мной и мелькнуло что-то про картины из поролона, вскользь. Я расспросила. Оказалось, сын делает забавные картины из поролона. Она прислала фото – прелестные картины, полные юмора. В итоге я приехала, наснимала его картины, вышел фоторепортаж что в общине есть такой веселый художник. Мама Фира все-таки пробила публикацию о своем сыне!
Не представляю себе чтобы моя мама звонила в газеты и предлагала написать статью обо мне. Мы, русские, скромны и застенчивы. Помню, и маму, и меня бабушка учила, что надо ждать, пока тебя оценят, похвалят, самому о своих достоинствах говорить – ни-ни. И так выучены мы все. А в эмиграции я услышала, что “скромность – лучший путь к безвестности”.
И да, настырность бесит. Но, “шорт побери”, с прискорбием сообщаю, что часто работает.
Я тут вовсе не хочу переформатировать наш великий и обладающий массой достоинств, причем уникальных, русский народ. Я пишу рассказы и славлю наш народ в этих рассказах. Просто я сейчас разбираю вопрос почему евреев называют самыми умными. Чаще всего, конечно, они сами продвигают эту мысль, но и другие, смотрю, её активно поддерживают.
Так вот, евреи умные. И русские умные. Есть глупые евреи, малообразованные, я с такими встречалась, такое чувство, то они и среднюю школу не окончили. Редактор одного эмигрантского журнальчика по ТВ, помню, отчетливо говорил "шо" и "шобы" вместо "чтобы". Но и русских таких немало. Они говорят “евонный” и “евошний”. И американцев таких много, “реднеков”, и всех прочих. Так что я повторю: евреи не умнее и не глупее других, они просто опытнее. И эмигранты не-евреи, которые долго поживут за границей, приближаются к ним по вот этому “уму”.
Я выше упомянула насчет широты еврейских взглядов. Тут скажу однозначно: они настолько широки, что лично мне порой хотелось бы их сузить. Скажем, насчет приятия ЛГБТ (* признана в России экстремистской) и многих других сексуальных новшеств. В Израиле и не только. Наша либеральная общественность, в значительной степени обладающая паспортами Израиля или еврейскими корнями, как известно, тоже весьма толерантна... Но есть и хорошая сторона широты еврейских взглядов (для них самих). Поездки по миру, проживание в разных странах и даже просто наличие родных за границей делает их менее косными, открытыми к новому ли бизнесу, новым ли веяниям в искусстве. Поэтому они могут опередить и там, и сям. И в итоге выдвинуться вперёд.
Ну вот это короткое эссе на тему еврейского ума и избранности. А так-то, конечно, можно книгу писать. Но не хочется. Как русский человек, я по жизни изучаю всё же больше русский народ (и описываю его в рассказах). И люблю его таким, каков он есть: скромный, привязанный каждым нервным окончанием к родной земле, спасительно-узкий в своих взглядах на порок, не пробивной, не торговый, но щедрый, талантливый и героический.
И для меня – самый умный.