Пятиминутка (часть 1)

Утром, не успел открыть глаза, как меня заказали на горэтап и сразу практически вывели в ракету. Ракета – это длинный коридор между корпусами тюрьмы, он в свою очередь разделен на две части по всей своей длине и в одну его часть собирают всех, кто едет на этап перед обысками. В ракете простояли два часа, поговорил с народом, кто куда едет, один я не знаю куда, блин. После ракеты по одному через обыск в бонса, ждать конвой. Дождались, погрузили в автозак и повезли, куда не сказали. По ходу заехали в один из районных судов, высадили часть людей. Нас осталось человек пять, куда везут, я уже догадался, привезли в психоневрологический диспансер, блин, я даже обрадовался, хоть с интересными людьми пообщаюсь. Но пока сижу в машине, общаюсь с теми, с кем приехал. Мне эта процедура знакома, я был тут уже дважды, так же когда-то читал о диагностике психических отклонений, да и прошлым сроком, точнее позапрошлым сроком я пересекался с врачом психиатром, сидевшим за взятку. Тот спал надо мной наверно год или чуть дольше, веселый был товарищ. Еще троим приехавшим процедура так же знакома, а одному нет. Он молодой парень, здесь впервые. Пока троих водили туда-сюда прошел примерно час. Я за это время успел пообщаться с молодым, объяснил, что такое пятиминутка, как проводится, какие цели преследуются, какие вопросы задаются, что и как лучше отвечать, как себя в целом вести. Увели молодого, жду скрестив пальцы и пожелав ему удачи. Привели бледного… говорит, назначили комплексную экспертизу в институте имени Сербского в Москве, спросил, что это такое…я ответил, что это полный пи… и ушел на пятиминутку, точнее, конвой меня увёл.

Теперь представьте себе, большой кабинет, примерно пять на шесть метров, с одной стороны, два стола, за ним сидят два человека, должны быть психиатр и нарколог. У противоположной стены, в метре от нее, два стула вплотную один к другому на один из них должен сесть я, а на второй конвойный, к которому я пристегнут вторыми наручниками. Почему вторыми? Потому что первыми мои руки сцеплены между собой. В общем, сажусь на стул, на тот, что стоит левее и конвойный, что ко мне пристегнут слева. Получается, что он топчется рядом и не понимает, что делать дальше. Вижу, что система у него начинает ломаться. В этот момент, второй конвойный, который стоит у двери кабинета, видимо, для того, чтоб я не сбежал, перегрызя наручники, говорит мне, чтоб я пересел. Ладно, пересяду, не буду торопить события. Пересел, откидываюсь слегка на спинку стула, протягиваю руки вперед и кладу их на колени. Не забывайте, что руки сцеплены между собой и дополнительно пристегнуты к руке сидящего рядом конвойного, так, что его рука оказывается на моем колене, точнее, чуть выше колена. Я пытаюсь сделать взгляд смущенным и глядя на конвойного, говорю: «Ты что, из этих? Нет, ты не подумай, я не против ваших. Но я же старый, мне поздно начинать что-то новое. Пожалуйста, убери руку с моего бедра!» У конвойного в глазах паника. Да, система уже просто разваливается. Он начинает говорить, что я не так понял, что это для того, чтоб мне сидеть удобнее было, что ему больше не куда положить руку, не на весу же ему её держать. Плескаю в огонь керосина, прям от души говорю: «Не переживай ты так, я же сказал, что не против ваших, не оправдывайся, в конце концов, две трети просвещенной Европы такие!» Да, система сломана! Конвойный до конца пятиминутки держит руку на весу.

Перевожу взгляд на сидящих за столами людей, здороваюсь, говорю: «Правильно ли я понимаю, что один из Вас психиатр, а второй нарколог?» Отвечают, что все верно. Тогда спрашиваю, кто из них, кто? Отвечают, что это не принципиально. Развиваю тему, говорю, что в таком случае, по их мнению, принципиально? Оказывается, по их мнению, принципиально, определить, являюсь ли я адекватным и наркозависимым. Спрашиваю: «Является ли это принципиальным для них обоих и является ли это их жизненным принципом?» Ответили, что да, для обоих и нет, это не является ни для кого их жизненным принципом, это принципиально лишь в данный момент и только в отношении меня. Тогда интересуюсь: «Что же в таком случае, является их жизненным принципом?» Говорят, что это не важно. Хорошо, переключаемся, говорю: «Правильно ли я понял, что их жизненный принцип для них самих не важен и почему тогда они считают это жизненным принципом?» Переглянулись, между собой. Ура, система и здесь начинает давать сбой! Повисла неловкая пауза секунд на десять. Этого времени мне хватило, чтоб собратья мыслями, и я решил, что пора брать инициативу разговора в свои руки! «Давайте продолжим!»- сказал я. Люди за столом вновь переглянулись.