Путешествие в Тутаев напомнило мне любимый в детстве сериал «Охотники за древностями» про профессора Фокс, которая путешествует по миру в поисках старинных артефактов. Я тоже путешествую, но чаще по России, и тоже в поисках древностей. Поэтому в Дубае не была и не собираюсь. Достопримечательности, которым меньше пятидесяти лет, это, как говорится, не наш метод. А вот скромный Тутаев смог удивить.
Поездка в Тутаев из Ярославля была незапланированной. Я не читала, не готовилась, видела только очень красивые фотографии этого города.
Тутаев - это как дальний микрорайон Ярославля. Добраться до него можно меньше, чем за час. Расстояние от центра до центра примерно сорок километров. Но оказалось, что туристам тут рады только с мая по сентябрь. Музей, в который я очень хотела попасть, был закрыт.
Это дом купца Степана Вагина. От дома веет благополучием и добротностью. Крепкий купеческий дом, построенный в стиле классицизма в середине XIX века. На нижнем этаже располагалась лавка, на верхнем – жилые помещения. Интересно, что здесь второй этаж спроектирован явно выше первого. Такая схема больше характерна для столичных зданий. В провинции на гармонии и пропорциях часто экономили, и этажи делали одинаковыми. Да и отапливать небольшие помещения удобнее. Для многих старинных русских городов вообще свойственен стиль «купеческого ампира», когда дома неладно скроены, но крепко сшиты. А вот Степан Александрович на красоту не поскупился. Дом получился не хуже, чем в Петербурге.
Далее метод «куда глаза глядят» привел к очень красивой очень красивой Благовещенской церкви, чем-то похожей на одно из главных сокровищ России – Церковь Покрова на Нерли. Но и она оказалась закрытой.
Церковь была построена в 1660 году, как это часто бывает, на месте деревянной церкви, разобранной из-за ветхости. Здесь когда-то находилась чудотворная Донская икона Пресвятой Богородицы. Память об этом сохранилась в названии соседней улицы Донской.
От Благовещенской церкви можно спуститься на набережную Волги с видами, прекрасными даже в такую погоду. Отсюда открывается живописный вид на церкви левого берега Тутаева, которые, естественно, захотелось посмотреть поближе. И вот тут выясняется невероятное: перебраться с одного берега на другой нельзя. Моста нет. Его не построили даже в советское время. На машине можно доехать за полтора часа, сделав через Ярославль крюк в 73 километра.
Зимой работает переправа по льду, но в тот день она была закрыта из-за теплой погоды. На фото видно, что местами лёд уже потемнел от воды. И тут ещё один культурный шок: а местные-то ходят! Причем после разговора с местной жительницей сложилось впечатление, что они делают это вполне осознанно: «идти ещё можно, только быстро». У коренных тутаевцев, видимо, с молоком матери впитано чувство толщины льда и определенная скорость передвижения по нему.
В общем, было обидно видеть такую красоту и не подойти к ней, но оказалось, что всё к лучшему. На правом берегу находится главное сокровище Тутаева – Воскресенский собор. Если его и можно описать одним словом, то это будет слово «дивный».
Удивительно и то, что собор не закрывался даже в советские годы. И если вы тоже «охотник за древностями», то вам сюда обязательно надо. Здесь всё настоящее.
Самое яркое впечатление от посещения Тутаева это, конечно, огромная икона Спаса Борисоглебского. Лик на иконе уже почти исчез под слоем потемневшей олифы, но взгляд от иконы оторвать очень сложно. Он завораживает. Образ был создан в XV веке! Высота иконы составляет три метра, а ширина 2 м. 80 см.
Рядом с иконой Всемилостивого Спаса находится резное изображение Николая Чудотворца. Как написано в некоторых источниках, его образ «несколько архаичен». Да какое там несколько! Там архаика с ног сбивает. В зависимости от праздника служители церкви меняют святителю облачение и башмачки. Из какой глубины веков идет этот обычай даже представить сложно.
Когда-то изображение Николы Можайского находилось в резном киоте, который сейчас находится в Русском музее в Санкт-Петербурге.
И вот после того, как я узнала про Русский музей, я смогла сформулировать мысль, которую никак не могла ухватить, находясь в соборе. Здесь каждая вторая икона достойна находиться в лучших музеях мира! Но это не музей, это часть жизни обычных людей.