Это было в 70-х годах. Училась со мной в одном классе Инна. Большинство девчонок одевалось просто и скромно. Лишь Инна выделялась среди нас. Самые модные и красивые вещи были у неё. Мама её работала на промышленном складе, растила дочь одна и баловала её как могла. Но недаром молва твердит: "От сумы и от тюрьмы не зарекайся" и "пришла беда - открывай ворота". Пришла беда и в их семью. да не одна. Сначала растрата у матери, покрыть её нечем, ей предстоял суд. И мать, испугавшись позора, наложила на себя руки.
Мы всем классом пришли к Инне на похороны её матери. Старушки, собравшись в комнате, шептали нам: "Хоть вы уговорите её, чтобы попрощалась с матерью! Нельзя так-то... Смерть, она всех мирит, зачем зло держать?"
Мы, девчонки, прошли в соседнюю комнату, где сидела одна Инна. Она не плакала, но видно было, что горе сломило её: чёрные круги под глазами, потрескавшиеся губы, бледное лицо. Нас она не стала слущать, сразу прервав: "Нет! Не прощу её! Она обо мне-то подумала, когда умереть решила? Я бы ждала её с тюрьмы сколько угодно! Как она могла бросить меня одну? Ведь у нас больше никого нет!"
Стало вдруг слышно, как в соседней комнате испаганно зашептались женщины. Одна из них зашла к Инне и тихо прошептала: "Ждала она тебя-то, всё попрощаться надеялась... Услыла, видно, твои слова, поняла, что не придёшь. Прямо на глазах портиться начала, сразу пятнами вся пощла. Пора выносить..."
М все заторопилисьна кладбищеИ все заторопились на кладбище. Инны с ними не было, она так и не вышла из комнаты.
Вскоре она уехала в город, поступила в училище, а потом след её затерялся.
Прошло 10 лет. Я приехала навестить старую родню и, гуляя по улицам детства, вдруг сталкиваюсь с Инной. Обе обрадовались встрече и, порасспросив друг друга, услышала печальный рассказ Инны:
Вот, приехала на могилку к маме... Знаешь, вроде всё сначала складывалось у меня удачно. Училась, была на полном государственном обеспечении. Получила квартиру, и работа хорошая попалась. Встретила Сашу, полюбили друг друга. Он очень бережно ко мне относился. После свадьбы стали ждать сына. Саша пылинки на мне сдувал, на руках носил... А в роддоме сказали: у ребёнка тяжёлые уродства. Жил он несколько часов. Пережили мы с Сашей это горе. На следующий год родился ещё ребёнок... Мне его даже не показали, умер почти сразу. Сказали, что такое уродство не совместимо с жизнью. Сходили с Сашей на консультацию к генетику, обследовались, всё у нас в порядке. Бабки старые говорят: моя вина, что мать не простила, в последний путь не проводила... Я уже и в церковь сходила, вот и на могилку приехала, прощения поппросить...
Инна вытерла слёзы и улыбнулась: "Вот, ждём весной ребёнка. Я во сне видела - девочка будет. Назову как маму - Маргаритой. Саша так хочет малыша! Да и я тоже. Если она простит, всё будет хорошо".
На следующий день Инна уехала. Больше её я не видела, ведь жили мы в разных городах. Очень хотелось чтобы у неё всё удачно было. А для меня это осталось уроком на всю жизнь.