О том, что она скоро станет матерью, Катя узнала едва ей восемнадцать лет стукнуло. Красавица и умница, она нравилась многим парням-односельчанам и привыкла к вниманию со стороны противоположного пола. О том, что она красавица из красавиц, Катя прекрасно знала, но никогда не зазнавалась. А ещё Катя была круглой отличницей, гордостью школы, при всём при этом она оставалась доброй и отзывчивой девушкой, никогда не отказывала помочь в учёбе отстающим одноклассникам.
Витя Перепёлкин жил с Катей в одном посёлке, на одной улице, и был старше её на два года. Парень был застенчив и неказист, к Кате он испытывал сильные чувства, но подойти к ней не решался. Витя был уверен, что красавица никогда не посмотрит в его сторону, а отказа он боялся больше всего на свете. Витя просто любовался красотой Кати издалека, ни на что не надеясь.
Настало время идти Вите в армию. Уходил он с тяжёлым сердцем: больше он не сможет каждый день видеть Катю, пусть даже тайно, издалека. А ещё его терзала мысль: «Сейчас Катюша ни с кем не встречается, вернусь, а она, может, замуж ещё не выйдет, но с женихом уже точно определится. Станет с ним гулять по посёлку, а мне больно будет смотреть, как Катюша гуляет с другим. Уеду я тогда отсюда… точно уеду!»
Витя даже и представить не мог, что через два года его чувства к Кате могут погаснуть – так крепко её любил.
Через год Катя окончила школу, как и ожидалось, с золотой медалью, и отправилась в столицу, поступать в институт. С будущей профессией Катя определилась чуть ли не в детстве, она мечтала стать археологом. Поступила Катя без труда, она была счастлива и не сомневалась, что её ждёт прекрасное будущее.
Устроившись в ВУЗовском общежитии, добрая и отзывчивая Катя быстро нашла подруг. В один из тёплых октябрьских дней девчата решили прогуляться в парке. Красивая девушка сразу привлекла внимание парня, который тоже был хорош собой. Так Катя познакомилась с Валерой.
Сначала Катя отвергала попытки Валеры ухаживать за ней, девушка была серьёзно настроена на учёбу, о личной жизни, о создании семьи она планировала подумать после окончания института. Но Валера был настойчив, говорить красиво он умел, а ещё постоянно жаловался Кате, как ему жутко одиноко в чужом городе и хочется, чтобы рядом был близкий человек.
- Ты в Москве уже третий год. Разве ты не обрёл друзей? – удивлялась Катя.
- Друзья есть, но у всех моих друзей есть девушки. Все вечера они проводят с ними, а я коротаю время один. Ты же видела – в парке я гулял в гордом одиночестве. Вот так и всегда… - огорчённо вздыхал Валера.
Кате стало жалко Валеру, не могла она себе позволить отвернуться от человека, которому требовалась помощь. Девушка стала чаще откликаться на его предложения пойти прогуляться, а потом не заметила, как влюбилась. Теперь Катя с нетерпением и трепетом ждала каждой встречи с Валерой.
В конце апреля Валера огорошил Катю новостью: совсем скоро, в составе одного из первых комсомольских отрядов, он отправится на строительство БАМа.
- Представляешь, я, Валерий Власов, отправлюсь покорять безлюдную тайгу! – с огромной гордостью заявлял парень.
- Ух ты, как здорово! – мечтательно вздыхала Катя. – Я хочу поехать вместе с тобой. Я всю жизнь мечтала ездить в экспедиции, поэтому и выбрала для себя такую профессию.
- Катенька, там суровый край и работа предстоит тяжёлая, эта работа совсем не для таких девушек-красавиц, как ты.
- Разве туда поедут одни парни, а девушек не будет совсем?
- Будут, но немного.
- Так чем я хуже других девушек? Валера, узнай, как мне поехать вместе с тобой.
- Катенька, туда по комсомольской путёвке направляют. Если бы ты знала, сколько желающих! Берут только самых достойных, многих отсеивают.
- Чем я не достойный кандидат? Я школу с золотой медалью окончила, зимнюю сессию в институте только на «отлично» сдала!
- Если ты поедешь со мной, то не сможешь продолжать учёбу, - возражал Валера.
- Возьму на год академический отпуск! Что угодно – только бы поехать с тобой!
Через два дня Валера сообщил Кате, что всё разузнал: набор девушек закончился.
- Что же делать? Я очень, очень хочу туда попасть… Валера! – воскликнула Катя, найдя решение, - а если мы с тобой распишемся? Не могут же жену с мужем разлучить!
- Катя, - отпрянул парень, - я о женитьбе не думал пока… да и уезжаю я туда через три недели, нас не успеют расписать, - мямлил Валера, его уверенность куда-то резко исчезла. Жениться на Кате он не планировал. А Катя покраснела до ушей, засмущавшись своих слов: получается, она сама сделала парню предложение!
- Я так не хочу, чтобы ты уезжал… Останься, Валера, прошу тебя…
- Катюш, для меня очень важно поехать. Пойми…
- Да, да, я понимаю. Я буду ждать тебя, - заплакала девушка. – Ты же будешь мне писать? – смотрела она с надеждой в его синие глаза.
- Буду… - неуверенно пробормотал Валера.
- На лето я уеду домой. Вот мой адрес в посёлке, где я живу, - протянула ему листок Катя. – Храни его, Валера, не потеряй…
Через три недели, в середине мая, Валера уехал, прощались они горячо. Катя на «отлично» сдала летнюю сессию и на каникулы вернулась в родной посёлок. Она ждала писем от любимого, но уже почти месяц прошёл, как Валера уехал, а весточки от него не было. «Неужели он всё-таки потерял листок с моим адресом?» - думала девушка.
Подождав ещё два дня, Катя поехала в столицу, надеялась, что Валера прислал ей письмо на адрес общежития, но и там её ждало разочарование – писем нет. Катя знала, из какого города Валера родом, но точного адреса не знала. Где его теперь искать? Оставалось надеяться, что парень всё-таки напишет.
А Валера ещё в поезде познакомился с одной симпатичной девушкой и про Катю давно не вспоминал.
Возвращаясь на поезде из Москвы, Катя почувствовала себя плохо. Очнувшись и ещё не до конца придя в себя, она услышала слова проводницы.
- Девушка, в вашем положении не стоит ездить одной. Беречь себя нужно!
- В положении? В каком положении? – не поняла Катя, пытаясь сесть.
- Вы разве не беременны? А я подумала…
- Нет, нет, что вы! – перебила её Катя. – Жара просто, душно в вагоне…
Благополучно добравшись до дома, Катя быстро забыла о случившемся в поезде. Но ей становилось плохо и на следующий день, и через день.
«Неужели, правда? Что тогда делать? А Валера, отец ребёнка… Где его искать?» - с ужасом думала Катя.
Опасения Кати подтвердились. Позор-то, какой! Скоро о её положении узнает весь посёлок, сколько разговоров будет! Односельчане – это ещё полбеды. Конечно, сплетничать будут и пальцем показывать, но поговорят и забудут. А что будет, когда узнает её строгий отец? Ещё из дому выгонит…
Стояла на окраине посёлка старая, покосившаяся изба, недобрая слава об обитательнице жилища ходила. Колдунья там местная жила, баба Паня. Боялась её Катя, но гнева отца боялась ещё больше. Делать нечего, пошла.
- И зачем пожаловала? Говори скорее, утомилась я сегодня – недовольно пробурчала беззубым ртом баба Паня.
- За помощью я к вам… - лепетала перепуганная девушка, увидев старуху, облачённую во всё чёрное.
- Показывай, что принесла, - колдунья смотрела исподлобья бесцветными глазами, от чего у Кати холодело внутри.
Катя знала, что баба Паня из дома никуда не ходит, денег не берёт, только угощенья. Катя откинула полотенце, которым была накрыта корзинка.
– Здесь тушёнка, рыбные консервы, макароны, конфеты… - трясущимися губами бормотала девушка.
- Не нужны мне конфеты, убирай! – рявкнула старуха. – Всё остальное приму…
Катя боялась пошевелиться.
- Ну, что молчишь? Говори, что надо: приворожить кого, али со свету сжить?
- Ой! - прикрыла Катя рукой рот.
- Ты, что, охать да ахать сюда пришла? Говори или убирайся!
- Дитя у меня будет, баба Паня.
- Ну?
- Не нужно мне дитя это… - заплакала Катя.
- Ясно. Ну, говорю же: со свету, знать, надо сжить.
- Да как же со свету, баба Паня? Дитя-то ведь не рождённое ещё, свету не видевшее.
- Ладно… Раз решила, дело твоё, спрашивать ни о чём не стану. Вот тебе настойка: половину утром завтра примёшь, другую - вечером.
- И что будет? – Катя стояла ни жива, ни мертва, ей казалось – ещё немного и она упадёт в обморок.
- То, что нужно тебе будет: скинешь ты дитя.
Катя положила баночку с настойкой в свою корзинку, прикрыла полотенцем и бросилась бежать из избы бабы Пани со всех ног.
- Ты мне банку назад верни! - кричала вслед скрипучим голосом колдунья, но Катя не слышала ничего вокруг.
Прошла неделя, Катя всё никак не решалась принять настойку. Пришла к ней бывшая одноклассница, Вера.
- Кать, там эта… баба Паня на тебя страшно ругается. Банку ты ей не вернула.
- Вера! – удивилась Катя. – А ты зачем к ней ходила?
- Ну, ты же знаешь… из-за Серёжки, не ладится у нас с ним в последнее время. Думала, из армии придёт, замуж позовёт, а он не торопится с предложением. Да и ругаться часто мы стали, а повода нет. Вот… решила к бабе Пане сходить… А ты у неё, что делала?
- Она не сказала тебе?
- Нет, а я и не спрашивала. Я взяла у неё травы, которые она мне дала – и бежать от неё со всех ног. Перепугалась я, жутко у неё в избе.
- Да, жутко…
- Так расскажешь, зачем к колдунье ходила?
- Верка… - зарыдала Катя. - Ребёночек у меня будет…
- Да ты что? – оторопела Вера. – А отец-то кто?
- В Москве я с ним познакомилась, Валера его зовут.
- И что Валера – жениться теперь не хочет?
- Уехал он, на стройку в тайгу. Не знает он про ребёнка. Думала, напишет мне, а он…
- Так ты сама ему напиши.
- Да где ж его искать, в тайге-то в этой?
- И то правда… Кать, а может, в больницу тебе лучше поехать? Там всё сделают…
- Стыд-то какой… Нет, не поеду я в больницу.
- Может, родишь лучше?
- Ты папку моего знаешь, нельзя, чтобы он узнал…
- Да-аа, ситуация у тебя… А про банку ты не забудь, а то бабка Паня из-за этой банки ещё проклятье на тебя какое нашлёт…
- Выпью я завтра, Вера, выпью настойку эту. И банку ей отнесу...
- Страшно мне за тебя, Катюнь…
- Ох, Вера… - заплакал в голос Катя, - если бы ты знала, как МНЕ страшно!
На следующее утро Катя, не раздумывая, выпила половину содержимого. Весь день она чувствовала такую слабость, что еле на ногах держалась. Вечером, немного поколебавшись, Катя выпила оставшуюся часть настойки, доплелась до бабы Пани, вернула ей банку. А придя домой, упала в обморок.
Очнулась Катя, когда отец на подводе вёз её в больницу райцентра. Рядом в телеге сидела мать.
- Куда мы едем? – слабым голосом спросила Катя.
- В больницу! – рявкнул отец.
- Не надо, мне уже лучше, - пыталась приподняться девушка, но голова сильно кружилась.
- Катя, дочка, признайся, ты же тяжёлая? – сокрушалась мать. – Я уже несколько дней замечаю…
- Нет, мама, что ты? Показалось тебе…
- Не обманывай мать! - проревел отец. – Ну, я тебе задам! И папаше будущему тоже! Признавайся, кто он?
- Валера… - пролепетала Катя. – В Москве мы познакомились…
- А жениться этот Валера будет?
- Уехал он… в тайгу.
Когда приехали в больницу, Катин отец места себе не находил.
- Доктор, мы честные люди, всю жизнь работали, не покладая рук, в посёлке нас уважают. Дочь наша с золотой медалью окончила школу, в Москву уехала учиться – гордость посёлка! И что теперь? Нам такой позор не нужен! Делайте, что хотите, но избавьте нас от позора!
- Доктор, а может, скинула она уже дитя? – надеялась мать.
Человеком Катя была излишне впечатлительным и, выпив настойку, которую дала ей баба Паня, она потеряла сознание от ожидания, что сейчас должно произойти что-то страшное. Но ничего не произошло, с её ребёнком было всё в порядке.
Катя твёрдо решила: раз выжил ребёночек после выпитой настойки, значит, суждено ему жить. И никакие угрозы отца на Катю не действовали, она, сидя в коридоре больницы, упрямо твердила, что будет рожать и отказывалась делать то, на чём настаивал отец.
- Тогда я отвезу тебя к тётке Глаше! Пробудешь у неё до рождения ребёнка, – рявкнул отец. – Я не позволю тебе позорить нашу семью и ходить по посёлку с пузом. А родишь – напишешь отказную на ребёнка.
- Нет, папа, пожалуйста, только не к тёте Глаше!
- Поедешь к ней, я сказал! – тон отца не подразумевал возражений.
- Мама, пожалуйста, можно я останусь дома? – Катя с мольбой смотрела на мать.
- Сделаешь, дочка, как отец говорит… - в их семье спорить с главой семьи было не принято.
Тётя Глаша была двоюродной сестрой отца, жила она в небольшой деревушке километрах в тридцати от посёлка. Глафира слыла женщиной странной, нелюдимой. Жила она одна, своей семьи у неё никогда не было.
Катя прекрасно помнила, как однажды ей пришлось два летних месяца прожить у тёти Глаши. Кате было восемь лет, мать попала в больницу, а отец, недолго думая, отвёз дочку к тётке. Девочка ужасно боялась молчаливую и угрюмую тётку, старалась как можно реже показываться ей на глаза, весь день, с утра до позднего вечера проводя на улице. Деревня была совсем маленькой – всего двенадцать дворов, пойти некуда, занять себя нечем. Те два ужасных месяца навсегда врезались в память Кати.
Катя больше не стала спорить с отцом и умолять его, она собрала все необходимые вещи и на следующий день отец повёз её к тёте Глаше.
- Ну, зачем пожаловали? – спросила тётка, недовольная тем, что её покой был нарушен.
- Глафира, пусть Катька у тебя поживёт, - сказал отец.
- У вас, что, в своём доме места для неё нет? – пробубнила тётка.
- Понимаешь, Глафира, Катька-то наша беременная, - не стал скрывать отец. – А отец её дитя сбежал. Ты меня знаешь, Глафира, я человек честный, уважаемый в посёлке. Помоги избежать позора!
- Чуть что – так к Глафире обращаетесь. Нет уж! Разбирайтесь сами. А ну, забирай свою гулящую дочку, - женщина решительно указала на дверь...