Этот вопрос является достаточно важным как для правых, так и для сторонников европеизма. Кого же можно назвать европейцем? Интуитивно мы знаем, что турки не являются европейцами, но что насчет албанцев и боснийцев, среди которых много мусульман? Являются ли русские европейцами?
Европеизм предлагает следующий ответ на этот вопрос: народы и личности, принадлежащие индоевропейской культуре или находящиеся с ней в комплементарной связи (как, например, финно-угорская культура, ставшая частью Европы), можно назвать европейскими. Таким образом, мы охватываем все народы Европы, кроме тех, с которыми у европейской цивилизации возникают постоянные конфликты, такие как тюрки, арабы и другие.
Однако принадлежность к Европе не только дает права и привилегии, она также накладывает определенные условия. Мы не можем серьезно называть европейцем анархиста-социалиста, желающего гибели нашей цивилизации. Поэтому необходимы определенные рамки.
Во-первых, это цивилизованность, основа всего: ум, порядочность, честность, понимание добра и зла. Она легко обнаруживается – достаточно посмотреть, как человек одевается, как он говорит, его отношение к другим людям.
Во-вторых, это следование европейским ценностям: личная и экономическая свобода, равенство перед законом, справедливость (не социальная), права человека для европейцев, а также мир между европейскими народами.
В-третьих, это готовность защищать Европу любыми средствами. Иначе нельзя говорить о любви к европейской цивилизации, а значит, и о связи с ней. Нельзя любить то, что не стремишься защитить.
И в-четвертых, это понимание Европы как семьи разных по культуре, но общих по истории и ценностям народов. Любая внутренняя война или конфликт является безумным пролитием драгоценной европейской крови.
Такой человек уже может считать себя настоящим европейцем. Не требуются никакие конфронтации между национальной и европейской идентичностями. "Я француз/немец/русский/итальянец, и я европеец" – именно так следует позиционировать себя сыну или дочери Великой Европы.
