Начало
Предыдущая глава
ГЛАВА 30
Но на следующий день случилось непредвиденное. Борис собирался уходить из офиса на встречу с их самым крупным заказчиком. Катя подготовила ему папку с расчетами, зашла к нему в кабинет, чтобы ее отдать, посмотрела на склоненную над столом голову Бориса и вдруг непонятно почему споткнулась. И она наверняка упала бы плашмя, если бы Борис не поднял вовремя голову, не вскочил со стула и не успел ее поймать.
В первую минуту Катя даже не поняла, что случилось, и только слабо оперлась о него, пытаясь вернуть себе равновесие. А когда наконец с запозданием сообразила, что он крепко держит ее в руках, потому что она оступилась, у нее не хватило решимости сразу вырваться из его невольных объятий.
— Ты не ушиблась? — заботливо поинтересовался Борис.
Покорная и тихая, она подняла к нему голову.
— Нет, все в порядке.
— Хорошо, — констатировал он и крепко припал ртом к ее губам.
Катя ответила на его поцелуй только потому, что слишком изголодалась по его поцелуям. Она обхватила его шею и забыла про весь мир. А его поцелуй становился все глубже и настойчивее, объятия все крепче, казалось, Борис хотел вытянуть из нее душу.
Борис опомнился первым, немного ослабил объятия. А потом очень тихо проговорил:
— Я и раньше опаздывал на встречи.
Катя не слушала и не понимала, о чем это он. Но вдруг увидела, что его лицо стало серьезным.
— Катя, ответь мне прямо сейчас, — попросил Борис. — Ты выйдешь за меня замуж?
Она залилась румянцем, сердце ее забилось, как безумное, а с губ готово было сорваться слово: «Да». Но в последний момент вдруг вспомнила, что он уже спрашивал ее о том же и все то, что из этого вышло. Это придало ей силы прийти в себя, опомниться и сделать то, что она должна была сделать несколько минут назад.
Катя высвободилась из его объятий и, несмотря на то что размякла от его прикосновений, близости и их поцелуя, нашла в себе силы ему отказать.
— А что, тебя все еще совесть мучает, Борис? — с вызовом спросила она и заставляла себя нанести ему еще один удар за все, что перенесла от него. — А то я думала, что ты, такой светский человек, такой донжуан и прекрасный принц, не станешь мучиться из-за того, что переспал один раз с какой-то никому не известной девственницей!
На этот раз Борис даже не вспылил, опять смирив свой неукротимый буйный нрав, и, только испепеляя ее взглядом, повторил:
— Так выйдешь или нет? Говори: да или нет? Ты согласна стать моей женой?
— Что? — Насмешка в голосе помогла ей справиться с удивлением. — И ты еще надеешься, что я соглашусь? Думаешь, я вчера родилась? — Но тут задор ее иссяк, и она искренне высказала ему все, что наболело у нее в сердце: — И ты еще надеешься, что я смогу тебе поверить после того, что ты сделал? Что я соглашусь пойти к алтарю только для того, чтобы в последний момент обнаружить, что пришла туда одна? Ведь ты такой сюрприз для меня приготовил, да?
— Да, я заслужил твое презрение, учитывая обиду, какую тебе нанес. Не меньше заслужил и твое недоверие. — В его голубых глазах Катя увидела муку и боль. — Но ответь мне пожалуйста, только на один вопрос. Скажи — я убил твою любовь тем, что сделал? Или ты еще любишь меня?
На глазах Катя выступили слезы. Она старалась придумать слова, чтобы сказать, что больше его не любит, но слезы уже невозможно было скрыть, а они свидетельствовали: как Катя ни старалась, она не могла изгнать из сердца любовь к Борису. И любовь эта будет жить в ней вечно, несмотря ни на что.
Взглянув на Бориса сквозь слезы, она поняла, что он прочитал в ее глазах ответ на свой вопрос.
— О, ради всего святого! — отпрянула она от него. Потом развернулась и выбежала в коридор.
Десять минут спустя, уверенная, что Борис уже уехал на встречу, Катя вышла из туалета. Все-таки ее начальник в первую очередь деловой человек, и он не станет рисковать таким важным клиентом. А к понедельнику она придет в себя и сможет с ним увидеться.
Однако, к полному ее замешательству, Борис был все еще на месте, хотя и держал в руках портфель, что говорило о том, что он собирается уходить. Катя уже справилась с истерическим состоянием, которое заставило ее убежать, но все же не хотела встречаться с Борисом взглядом.
Он вышел из кабинета деловым стремительным шагом, задержался около ее стола, и ей пришлось поднять на него глаза — вдруг он хочет отдать ей какие-то распоряжения.
Ее карие глаза дерзко встретились с его решительным, стальным взглядом. Борис смотрел на нее так, словно хотел сказать, что готов умереть, если она того пожелает. Она первой отвела глаза и только по звуку захлопнувшейся двери поняла, что ее начальник ушел.
А как можно выходить замуж за человека, который предлагает ей руку лишь ради какого-то донкихотского жеста? А если правда, что он влюбляются только раз в жизни и навсегда, то что ее ждет впереди? Каждый день опасаться, что рано или поздно Борис встретит ту единственную женщину, которой отдаст свое сердце? Такая перспектива Катя никак не устраивала.
Все еще пытаясь уговорить себя, что она правильно сделала, что отвергла его, Катя вошла в кабинет. Тут она опять вспомнила — это не выходило у нее из головы, — что своим отказом она довела Бориса до какой-то крайности.
Но когда она кинула ему обычное свое вежливое приветствие и получила в ответ холодный, очень официальный ответ, между бровями у нее пролегла морщинка. Он встретил ее вежливое обращение вовсе без агрессии, какой она опасалась. Может быть, воображение все же подвело ее, и она напрасно решила, что он намерен вынуть из нее всю душу.
Но настороженность не покидала ее. Пока он не показывал никаких признаков агрессии, думала она, сидя, аккуратно сложив ногу на ногу и записывая под его диктовку длинное письмо. В то же время сегодня в нем что-то как будто изменилось, да, что-то… хотя она никак не могла понять, что именно. Он всегда был напорист и самоуверен, но сегодня в нем эта напористость стала еще более явной, в нем была какая-то твердая определенность, которая говорила о том, что он тот человек, который уже решил, что ему надо, и знает точно, как этого добиться любой ценой.
— Мне хочется, чтобы до конца недели мы завершили все срочные дела, — заявил он. Но оказалось — не потому, что со следующей недели она больше не работала у него, он удивил ее неожиданной новостью: — Со следующей недели я ухожу в отпуск на две недели.
— В отпуск? — невольно воскликнула от удивления Катя и увидела его высокомерный вид, словно он нашел ее восклицание крайне неуместным.
— Если вы, конечно, не возражаете, — насмешливо добавил он и, не дожидаясь ответной колкости, продолжал: — С понедельника дядя временно вернется к делам вместо меня.
— Н-но… он же останется без помощника, — напомнила Катя, стараясь не обращать внимания на его сарказм. Может быть, он хочет попросить ее остаться поработать эти две недели. Впрочем, вряд ли — он говорил с ней так небрежно и холодно, что не похоже было, чтобы он собирался просить ее о каком-нибудь одолжении.
— Ах да, вы ведь от нас уходите в пятницу, кажется, — кивнул он так, словно это было самое маловажное дело, о котором он слегка запамятовал. А что касается того, чтобы просить ее остаться поработать на время его отпуска, похоже было, что он не считал ее секретарские таланты особенно выдающимися и не сомневался, что ее может заменить на этом месте любая другая секретарша. — Ну, думаю, мы сможем посадить на ваше место другую секретаршу из любого отдела.
— Я сейчас хочу уйти на час с небольшим, — сказал он, отчего она заморгала — в его расписании на сегодня не было назначено никаких встреч.
Она чуть было не сказала об этой, но закусила губу, догадавшись, что он, наверное, хочет что-то организовать в связи с отпуском. Хотя зная его, она бы скорее предположила, что он поручил бы ей все хлопоты такого рода или позвонил бы в какую-нибудь туристическую фирму, чем идти самому, лично, теряя драгоценное время.
— У вас хватит дел, чтобы не скучать в мое отсутствие? — холодно поинтересовался он. Это сразу вывело ее из себя — он прекрасно знает, что, даже если нет срочных дел, она всегда найдет, чем заняться. К тому же он сам только что надиктовал ей кучу писем, которых хватит печатать до самого обеда.
— Думаю, да, — ответила она, стараясь говорить спокойно и нейтрально, и сдержала желание ответить ему в тон какой-нибудь резкостью.
— Вот и хорошо, — одобрил он, словно действительно остался доволен ее ответом. Потом он взглянул на часы и встал, собираясь уходить. Вдруг вспомнив о чем-то, он сунул руку в карман брюк. — Ах да, мой брат просил передать вам это, — сказал он.
Катя сидела, глядя на него во все глаза, он протягивал ей письмо.
— От Стаса? — воскликнула она, не успев подумать.
Ей захотелось больше не иметь дела с этими братьями, что с одним, что с другим. Она уже готова была, не читая, бросить письмо нераспечатанным в корзинку для мусора.
Но оказалось, что Борис проследил ход ее мыслей, потому что проницательно заметил:
— Советую прочитать письмо, прежде чем выбрасывать его в корзинку.
— Так вам известно, что там написано! — опять воскликнула она, поняв это из его слов.
— Честно говоря, да, известно, — подтвердил он и отправился по своим делам.
Еще несколько минут после того, как дверь за ним закрылась, она сидела в раздумье. Ей хотелось серьезно обдумать последние действия Бориса. Она опять вспомнила его решительный взгляд в пятницу вечером, и его сегодняшнее поведение — все это наводило на мысль, что, будь она скомпрометирована хоть сотню раз, теперь уже он ни за что не сделает ей предложения, не спросит в очередной раз: «Ты выйдешь за меня замуж?»
Ее стала точить изнутри ревность, а не собирается ли он ехать с какой-нибудь женщиной. Эта мысль ей не понравилась. Нужно было что-то делать, и она наклонилась и взяла со стола нож для разрезания бумаги. Она вскрыла конверт, который он передал ей, раздраженно подумав мимоходом, зачем было его запечатывать, если Борис все равно знал содержимое письма. Через минуту оно стало известно и ей.
«Дорогая Катя, — писал Стас. — Если ты все же прочитаешь это письмо, а не разорвешь его, могу я надеяться, что ты не ненавидишь меня так, как я того заслуживаю?
Никаких извинений недостаточно, чтобы получить прошение за тот ужасный удар, который ты пережила в тот злосчастный день, но я смиренно молю тебя простить мне обиду, которую я тебе нанес.
В больнице у меня было время поразмыслить. Я понял, что, хотя сейчас ты стала мне еще дороже, чем когда была моей невестой, все же наша любовь не была настоящей, истинной любовью, которая случается раз в жизни и соединяет сердца навеки. Иначе как бы я мог так с тобой поступить? Иначе почему ты ни разу не приехала ко мне в больницу?
Я навсегда сохраню в сердце самую нежную привязанность к тебе, Катя. Будь счастлива, дорогая. Любящий тебя Стас».
— Прочли письмо? — спросил первым делом Борис, вернувшись в офис через два часа.
— Прочла, — ответила она.
— Но вы его не любите? — на всякий случай уточнил Борис, не скрывая некоторой тревоги.
Ее так и подмывало ответить, что она любит Стаса, назло ему, чтобы не воображал, что она по-прежнему без ума от него, Бориса, но не торопилась с ответом. Он не хотел ждать и решил поторопить ее с ответом.
— Я, кажется, уже сказала, что не люблю его, — ответила она, задумавшись о том, как она на самом деле относится к Стасу. Потом, пожав плечами, пояснила: — Я отношусь к нему скорее с сестринской нежностью, я бы так сказала.
Подключила монетизацию, поэтому если понравился роман - поставьте лайк, сделайте репост, дополните комментарием. Это лучшая награда для меня.
Следующая глава
Начало