В далеком 1897 году, когда на улицах Нью-Йорка лежал снег, одна маленькая девочка по имени Вирджиния О’Хэнлон решила написать письмо в газету New York Post. Она хотела узнать правду от авторитетного источника: живет ли на свете Дед Мороз. Ее письмо попало к Фрэнсису П. Чёрчу - опытному и уважаемому журналисту - который взялся дать ей ответ. Его эссе, которое он не подписал своим именем, стало самой знаменитой статьей в истории журналистики. Факт: «Нью-Йорк Пост» каждый год до 1949 года напоминал своим читателям об этом письме накануне Рождества. Вот что написала Вирджиния О’Хэнлон: Дорогой редактор, Мне восемь лет. Мои друзья говорят, что Деда Мороза нет. Пожалуйста, скажите мне правду, он существует? Вирджиния О’Хэнлон А вот что ответил ей Фрэнсис П. Чёрч: Да, Вирджиния, Дед Мороз есть! Вирджиния, твои друзья не правы. Они поддались сомнениям своего времени. Они верят только в то, что видят своими глазами. Они не могут понять, что есть вещи, которые выходят за пределы их понимания.
В далеком 1897 году, когда на улицах Нью-Йорка лежал снег, одна маленькая девочка по имени Вирджиния О’Хэнлон решила написать письмо в газету New York Post. Она хотела узнать правду от авторитетного источника: живет ли на свете Дед Мороз. Ее письмо попало к Фрэнсису П. Чёрчу - опытному и уважаемому журналисту - который взялся дать ей ответ.
Его эссе, которое он не подписал своим именем, стало самой знаменитой статьей в истории журналистики. Факт: «Нью-Йорк Пост» каждый год до 1949 года напоминал своим читателям об этом письме накануне Рождества.
Вот что написала Вирджиния О’Хэнлон:
Дорогой редактор,
Мне восемь лет. Мои друзья говорят, что Деда Мороза нет. Пожалуйста, скажите мне правду, он существует?
Вирджиния О’Хэнлон
А вот что ответил ей Фрэнсис П. Чёрч:
Да, Вирджиния, Дед Мороз есть!
Вирджиния, твои друзья не правы. Они поддались сомнениям своего времени. Они верят только в то, что видят своими глазами. Они не могут понять, что есть вещи, которые выходят за пределы их понимания. Каждый человек, Вирджиния, будь то взрослый или ребенок, имеет ограниченный разум. В нашей необъятной вселенной мы по своему уму - лишь маленькие жучки, крошечные муравьи по сравнению с бескрайним миром над нами, если судить по нашей способности постичь всю правду и все знание.
Он так же реален, как и любовь, благородство, верность. И ты знаешь, что они везде и наполняют жизнь красотой и счастьем. Ах, как было бы печально жить в мире без Деда Мороза! Ему было бы так одиноко, как если бы не было Вирджиний. Тогда не было бы детской веры, поэзии, романтики, которые делают нашу жизнь стоящей. Мы бы не испытывали никаких наслаждений, кроме тех, что дает нам осязание и зрение. Свет, которым детство озаряет мир, потухнет.
Самые настоящие вещи в этом мире - это те, которые невидимы ни для детей, ни для взрослых. Вы когда-нибудь видели фею, играющие на лугу? Конечно нет, но это не значит, что они не существуют. Никто не может вникнуть или представить себе все чудеса света, видимые и невидимые. Вы можете разбить детскую игрушку и посмотреть, что в ней шумит, но есть завеса, скрывающая невидимый мир, и ее не может разорвать ни самый сильный человек, ни объединенная сила самых великих людей, когда-либо живших на этой земле. Только вера, поэзия, любовь, романтика могут поднять завесу и увидеть и описать ту высшую красоту и величие, которые скрыты за ней. Это все настоящее? О, Вирджиния, в нашем мире нет ничего более реального и вечного.
Он жив и будет жить всегда. Через тысячи лет, Вирджиния, нет, через 10 раз по 10 000 лет он будет продолжать дарить радость детскому сердцу.