Он был невысокого роста и очень толстый, за что еще в юности этого парня прозвали Каваноз – «бочонок». Он не происходил из земель, принадлежащих Османской империи, и не прошел через систему «налога крови» – девширме. Этот человек являлся сыном обычного раба, но был освобожден своим хозяином, направлен на обучение в султанскую дворцовую школу и в дальнейшем сумел стать великим визирем Османской империи. Т.е. получил высшую должность в этом государстве, за исключением поста султана, который был зарезервирован за потомками рода Османа. Каваноз Ахмед-паша стал единственным русским в этом качестве – ни до, ни после него русские великими визирями не становились.
Сейчас мы задним числом считаем, что в конце 17-го столетия Османская империя находилась в кризисе. Но современники так не думали – даже несмотря на то, что Карловицкий мир 1699-го года, завершивший Великую Турецкую войну, стал первым договором, по которому Османская империя не получила ни денег, ни территорий.
В тот раз союз христианских держав ее сумел одолеть, но османы один на один все еще могли справиться с любой страной. Продолжалась эпоха Кёпрюлю – когда представители аристократической семьи албанского происхождения раз за разом становились визирями и сумели возродить могущество османов.
Каваноз Ахмед-паша, как уже говорилось, был сыном раба, которому его хозяин Кёпрюлю Хюсейн-паша за таланты и живой ум еще в юности дал вольную. По национальности он был русским – в то время турки уже научились отличать их от украинцев. Парень получил образование в султанской школе Эндерун, которая занималась подготовкой бюрократических кадров из детей христианских подданных, набранных в рамках системы девширме.
Со временем Ахмед-паша стал ее казначеем и женился на дочери своего бывшего господина. Позднее Мустафа II назначил его наместником Сидона – важного портового города в Ливане. Тогда он впервые получил должность младшего визиря. Затем чиновник управлял Египтом и Диярбакыром, что является свидетельством незаурядного карьерного роста. В отставку он вышел на Крите, и с 1697-го года жил в Стамбуле в доме своего тестя.
Правда, долго его вынужденное безделье не продлилось. Хюссейн-паша стал великим визирем, а его русский родственник был введен в Диван-и Хумаюн – высший государственный совет. При нем стамбульская таможня в день получала 400 монет золотом – весьма приличная для того времени сумма, свидетельствующая, между прочим, о честности человека, который ей руководил.
В 1702-м году глава рода Кёпрюлю ушел из жизни. Ахмед-паша тогда во второй раз ушел в отставку, но считался негласным лидером одного из сильнейших политических кланов Османской империи. И когда янычары начали бунт, а к ним присоединилось исламское духовенство, он решил действовать.
Неудачная война, финансовый кризис по ее завершению и прочие экономические неурядицы вызвали неудовольствие самых широких народных масс. И тогда делегаты (фактически, целое войско) отправились в Эдирне в резиденцию султана и потребовали от него отставки высших чиновников и реформ.
Повстанцы провозгласили великим визирем Каваноза, который считался политическим наследником семьи Кёпрюлю – а она ассоциировалась с победами и стабильностью. И когда сипахи, т.е., помещичья кавалерия, отказались защитить законную власть, султан Мустафа отрекся от престола, а его первый министр лишился головы.
Все назначения, сделанные мятежниками, были подтверждены. Так Ахмед-паша стал великим визирем Османской империи. Но новый султан Ахмед II не собирался долго это терпеть – не хотел держать при себе визиря, назначенного народом. И русский чиновник рулил державой всего лишь 88 дней. В конце концов, он был арестован за выдуманные злоупотребления и отправлен на остров Хиос на заранее подготовленной галере. Там еще в средние века отбывали ссылку византийские императоры.
Но уже через год его помиловали и поставили наместником небольшого греческого городка. Вскоре после этого Каваноз Ахмед-паша ушел из жизни, хотя был еще достаточно молодой. С ним закончилась эпоха Кёпрюлю – последний период расцвета державы османов.