Это длится, практически, два года. Невообразимая подлость, возведённая в степени, с призрачной надеждой на январское завершение.
К обожанию большинства прибавляются тихие сомнения оставшихся, но только в том, что она способна выдержать это колоссальное давление и ещё статистическая погрешность липко-назойливых, но очень громкогласных, транслирующих разочарование и свою «праведнось» – это картина мира, в котором сейчас живёт Камила.
Вы не заметили, что её ледовые прокаты последнего времени подчинены одному точно исполняемому алгоритму – её взлёт, её падение и наше ожидание, где первые два действия – это исполнение короткой и произвольной программ.
Конечно, система не такая пошло-чернушная, как «украл, выпил, в тюрьму», из «Джентельменов удачи», но тоже безрадостная. Для меня – это театральное действие, смысл которого можно передать словами: «уступим несколько стартов, чтобы не дразнить гусей». Жаль, что это всё за счёт нашей любимой фигуристки.
Заметили как часто она оказывается у бортика в своих программах, а ведь это граница двух миров, в одном из которых нет льда и коньков. Не знаю, как для вас, но для автора пишущего эти строки страшны даже намеки на такую вероятность. Заверяю автор, не потерял веры в торжество справедливости и просто опасается продолжения «голодных игр» на выживание с одной главной участницей и всем фигурным катанием большой страны за её спиной.
А теперь ещё один алгоритм, но теперь уже не действий, а состояний. Сразу предупрежу, что это всё льётся из наушников Камилы в новом показательном номере фигуристки:
– Сначала Jony «Комета» – отчылающей к Предолимпийским сезонам;
– Затем Моя Мишель «Зима в сердце» – напоминающей об Олимпиаде;
– И наконец ANГЕЛ «Пыяла»-«Стекло» – окунающей в затянувшийся постолимпийчкий период, с «осколками стекла между сжатых рук».
И ведь это не слово пацанки в жестоком мире. Совсем не об этом. Это о личных переживаниях. В нашей памяти навсегда «разбитое вдребезги подлинное счастье». Её «глаза в глазах«, «рука в руке, иногда мы причиняем ей боль, ведь меж руками, осколки истории пекинской олимпиады.
Но не все разбито, мы храним хрупкое чувство в наших сердцах – это любовь к фигурному катанию, к высокому искусству, воплощением которого является Камила Валиева:
Пусть посмотрит, как ты швыряешь стекло любви.
Как разбиваешь вдребезги стекло подлинного счастья.
В глазах – глаза, в глазах – глаза, в глазах — глаза, в глазах моего ангела – стыд.
В руке – рука, в руке – рука, в руке – рука, меж сцепленных рук – осколки стекла.
Исполнители песни: российский хип-хоп-дуэт «Аигел» Айгеля Гайсина и Илья Барамии.
Айгеля Гайсина уточняла, что, выражение «күз нурым» переводится как «луч глаз» или «свет очей моих».для нас с вами это более точная метафора Камилы
Так это пелось на татарском языке:
Мәхәббәт пыяласын
атасың — карасын
Чын бәхет пыяласын
бәрәсең, ватасың,
Күздә күз
күздә күз
күздә күз нурым ояла –
Кулда кул
кулда кул
кулда – кулда пыяла.
А теперь ваш автор возвращается к названию своего материала. Почему Камила Валиева стойкая и хрупкая в образе новой показательной программы. Мы вглядываемся в ещё сохранившее детскость лицо юной девушки, всеми порами ощущаем её непосредственность и увлеченность, полное отсутствие негатива и агрессии и в контраст с этим умиротворением и нашим умилением вступает дизайн её костюма – посечённого стеклом.
В очередной раз тренеры и постановщики программы посылают нам тревожный сигнал «SOS!», а морзянку своей любви и таланта коньком на льду отбивает, короткими и длинными, чемпионка наших сердец – Ками.