Ника хотела аккуратно перевесить пакет в лифт, в надежде, что там его заберет кто-нибудь, кому нужнее, но судьба была благосклонна к девушке. Пока она искала перчатки, чтоб не брать голыми руками за ручки пакета, кто-то его прихватил, видимо, спускаясь с лестницы или наоборот поднимаясь.
Почувствовав, как будто гора упала с плеч, Ника вернулась в квартиру и заварила чай с мятой. А заодно решила и булочек напечь к приходу мамы с работы.
– Ммм, как у нас вкусно пахнет! А ты уже вернулась? Я думала, до ночи у бабушки просидишь, - улыбалась мама, заходя на кухню.
– Да мне учится надо, вот решила порадовать, раз уж не смогли поехать.
– Ой, спасибо! Давай рассказывай, как там все?
– Ой, мам, и рассказывать нечего! Это тебе не Рождественские встречи. Нас не так уж и много пришло. Вот я и подумала, что проведала бабушку и можно домой идти.
Они просидели на кухне еще с час разговаривая и попивая чай, и разошлись по своим комнатам.
После этого жизнь медленно, но верно начала налаживаться. А потом был Новый год. И Рождество. И снова встреча у бабушки.
Старая женщина была очень рада видеть своих, переживала, что ее попытки помирить родню ни к чему хорошему не привели. А потом шепотом рассказала Нике, что случилось.
– Ты представляешь, она тогда так разнервничалась, что ты через сына ей подарок передала, что так и слегла уж на следующий день. Никитка звонил, спрашивал, что делать. Я так удивлена была, Галя-то женщина крепкая, такая вся цветущая была…
– Ой, бабушка, не переживай ты так сильно. Это ее злость съела, которой она пропиталась за последние годы.
– Может ты и права. Праздник все же, надо о хорошем думать.
Это потом уже Ника от других родственников узнала все, что случилось за последние несколько месяцев. А случилось вот что:
Галина слегла, лечение дорогое и сложное, муж от нее ушел, сказав что не хочет тянуть на своем горбу двух инвалидов, одного бытового, второго физического. И они с сыном остались вдвоем. Никитка как с цепи сорвался, денег нет, за игрушки платить нечем, да еще и за матерью больной надо ухаживать, начал в ломбард потихоньку вещи относить. В квартире только диван материн остался и компьютер сына. На работу он не хочет устраиваться, так как работать дворником или грузчиком недостойная работа, а брать парня без образования и умения работать куда-то выше никто не хочет. И дальше видимо все будет только хуже.
Ника сначала хотела пожалеть свою дальнюю родственницу, но потом вспомнила, что та получила за свои же дела, а значит она сама выбрала для себя такую судьбу.
Время шло, дела Ники пошли в гору. И о том странном инциденте она постаралась забыть. И вот в один из летних ясных дней, когда Ника разбирала ягоды на варенье, в дверь позвонили. На пороге стоял Никита, он выглядел жалко и обтрепанно, да и пах явно не розами.
– Ну что, сестренка, пустишь в гости? - со щербатой улыбкой на лице спросил он.
– Не стоит, извини, Никит, я сейчас занята, - она показала черные от вишни руки, - ты заходи, когда мама придет, ну или просто позже. Да и позвони для начала, а то мало ли что…
– Вот, значит, как ты заговорила? А когда мне тот проклятый пакетик в руки совала, не думала об этом совсем! А сейчас, посмотрите на нее, “некогда” ей! - нависал над ней парень, судя по глазам которого можно было предположить, что он был или не в себе и под какими-то препаратами.
Он попытался оттолкнуть девушку и войти в квартиру, но она ловко ударила его ногой в стопу и он запрыгал на одной ноге, а Ника тем временем заперла перед его носом дверь.
Он еще минут пять стоял у двери, стучал и проклинал девушку, обвиняя ее во всех своих злоключениях. До те пор, пока кто-то из соседей не припугнул его полицией, и парень сдался и ушел, на прощанье бросив под дверь сверток, из которого торчали нитки и посыпались иголки. Нике стало страшно от того, что она увидела.
Но делать нечего, она взяла перчатки, сложила все аккуратно в пакетик и отнесла на пустырь за соседним домом, где облила жидкостью для розжига и подожгла, читая слова молитвы.
Горело хорошо, ярко, ветер уносил черный дым далеко. Дождавшись когда все прогорит, Ника пошла домой. Ее всю трясло, маме она не стала рассказывать.
Первое время девушка опасалась, что все вернется, но когда прошло несколько месяцев и ничего не изменилось, она успокоилась. А еще через несколько лет вспоминала эту историю, как страшный сон и предупреждение, что нужно быть осторожной с теми, кто находится рядом. Потому что даже родственники могут сделать гадость, посчитав, что ты их чем-то обидел, не говоря уже о “чужих” людях.
Конец.