«Культуромания» поговорила с куратором Первой Московской Галереи Восточной Живописи Валерией Рудиной, чьи образы драконов были представлены на проходящей сейчас выставке «Сон Лазурного Дракона».
— Валерия, почему выставка посвящена дракону?
— Новому году и дракону. 2024 — год этого существа. Поэтому главный критерий для выбора работ был — драконы и все, что с ними связано.
— Какой у вас самый любимый дракон?
— Вы знаете, не смогу никак ответить на этот вопрос. Попробуйте спросить у матери, какой ребенок для нее самый любимый.
— Сколько у вас «детей» сейчас представлено?
— По-моему, 38 работ. Они написаны за все время, которое я занимаюсь китайской живописью. Конечно, есть купленные картины, их мы не смогли представить на экспозиции.
— Почему существует такой интерес к этому мифическому животному?
— По большому счету и китайской живописью занялась для того, чтобы рисовать драконов. Потом поняла, что кроме них есть еще много других интересных сюжетов, но огнедышащее существо осталось как первообраз возникновения интереса.
— Дракон же – символ благополучия в китайской культуре?
— Нет, у китайцев есть специальное божество, которое приносит финансовый достаток. Дракон в Китае, скорее, очень уважаемый образ. Изначально он — символ дождя, слияния неба и земли и, как его результат — получение урожая. Китай же был аграрной страной, от урожая зависело его существование. Поэтому дракон стал символом императора, ведь самая главная задача правителя империи — обеспечить благополучие своей стране, обеспечить урожай, обеспечить дожди.
— Вы учились китайской живописи?
— Я закончила МАРХИ, восточной живописью занялась восемь лет назад: с 2015-го по 2018-й ежегодно стажировалась в Ляонинском технологическом университете в КНР, с 2018 года я являюсь членом Союза художников японской живописи Суми-Э.
— У вас архитектурное образование, знакомство с русской и европейской школами живописи. В чем их главное отличие от восточного искусства?
— Отличие, во-первых, в технике и материалах, потому что есть традиционная восточная техника, а есть некая стилизация. Со стилизацией под восточное искусство Европа знакома достаточно давно, начиная с XVII века, позже импрессионисты в своих экспериментах вдохновлялись Японией, по большому счету. Эти работы прекрасны, но они имитировали восточное искусство, использовали масло и холст, традиционные для европейской живописи. А традиционная восточная живопись работает с шелком, специально подготовленной бумагой и, конечно, с тушью.
— В чем еще отличие?
— Что касается, тибетского и непальского искусства, то оно, как правило, сопряжено с религиозной общиной, либо с религиозными воззрениями и практиками и используется как инструмент в духовном развитии, творения не осмысливаются как предмет искусства. Восточное же искусство в целом существует на базе китайского, потому что Китай издревле влиял на весь регион, и основано на понимании, что любой прекрасный и изысканный предмет предназначен для любования и является предметом искусства. В этой традиции сложно разделить станковую живопись и декоративно-прикладное искусство, потому что очень много предметов, которые позиционировались как очень ценные предметы искусства, имели функциональную нагрузку. Нет отдельно картин — предметов искусства, как в Европе, например. В Китае изысканный стол может быть дороже картины.
— А ваши работы сколько стоят? И вообще, насколько дорого заниматься восточным искусством?
— Мои работы на выставке стоят от 16 000 до 160 000 рублей. По поводу того, насколько дорого, скажем, собирать артефакты в восточном стиле, я бы ответила, что дорого и дешево — это относительные понятия, но произведения в восточном стиле дешевле современных картин, написанных маслом на холсте.
— Когда вы открыли Московскую Галерею Восточной Живописи?
— Основывали галерею три художника, сейчас нас осталось двое: я и Анна Баранова. Она директор галереи, а я, соответственно, выполняю роль ее куратора. Наше выставочное пространство заработало в декабре 2019 года, так что мы отмечаем день рождения — четырехлетие.
— У галереи есть акционеры или это полностью ваш проект?
— Полностью наш, мы не получаем ни субсидий от государства, ни вложений со стороны.
— Ниша восточного современного искусства востребована сейчас?
— Это очень хороший вопрос. Ответ на него возвращает нас к идее создания галереи. Будучи художниками и занимаясь восточной живописью, мы поняли, что в Москве нет пространства, посвященного современному искусству Востока и традиционной восточной живописи. Само же направление в искусстве — востребовано, достаточно много людей им интересуются.
— Сколько таких любителей, по вашему мнению?
— Несколько десятков тысяч по всей стране. Мы знаем, что существует много клубов, где учат восточной живописи. А пространства, где они могли бы выставляться, которое было бы посвящено им, на тот момент не существовало. И в этом смысле наша галерея — не совсем коммерческий проект. Пока рынок таких работ не сформирован, мы только знакомим людей с подходом к восточному искусству.
— Возвращаясь к дракону. Откуда вообще появился этот образ, как вы думаете?
— Даже при беглом взгляде можно прийти к выводу, что образ дракона, царственной змеи существовал у всех цивилизаций. И отношение к нему было схожее — эти существа воспринимались как нечто древнее, хтоническое. А вот дальше мы видим разницу. Западные цивилизации привязывают негатив к этому образу, называя змея злом. А восточные — более аккуратно относятся. Мол, это существо непонятное, может навредить, но может и помочь. Будем к нему на всякий случай относиться уважительно.
— Какие самые древние изображения драконов?
— В Китае находятся одни из самых древних образов драконов. Они датируются пятым тысячелетием до н. э. Есть древние образы драконов в Индии — там они более змеевидные. С буддистским фольклором эти образы начинают «расползаться» по региону, миру.
— А на Западе?
— Драконообразные существа мы можем увидеть и в греческой мифологии, и в персидской. Так, в зороастризме существует змей Великий Наги. Видите, даже его имя похоже на индийское. Если говорить про Индию, то одно из древнейших хтонических божеств — Макара, в переводе с санскрита «водное чудовище», выглядит как огромная рыба-крокодил с хоботом. Так, представляете, недавно в Пакистане нашли останки существа с небольшим хоботом: то ли дельфина, то ли крокодила с перепончатыми лапами. Это существо очень похоже на Макару. Так что я думаю, у драконов были реально существовавшие прототипы — сохранившиеся к тому времени разновидности динозавров.
— Наступает год серо-голубого дракона?
— Лазурного дракона. Это такой очень специальный китайский цвет. Его переводят и как голубой, и как синий, и как зеленый. Я бы сказала, что это, наверное, цвет бирюзы.
— Что принесет в наступающем году Лазурный дракон?
— Я не специалист, конечно, но могу предположить. Дракон — единственное мифологическое существо из всего гороскопа. Я бы назвала его существом-сюрпризом. Поэтому в наступающем году можно ждать самого невероятного, причем как хорошего, так и плохого.
Елена Сердечнова
Фото: предоставлено Первой Московской Галереей Восточной Живописи