Репринт рецензии на спектакль, опубликованной 15.02.22 в запрещенной соцсети.
Когда говорят о тольяттинской культуре конца 20 века, непременно вспоминают Вадима Леванова и его круг, иногда используя для этого слова "новая драма" или "майские чтения". Отчасти - потому, что это явление уверенно вышло за пределы города Тольятти (причины этого я не буду здесь разбирать). Так или иначе, Леванов - это репер тольяттинской культуры и современного русского театра, а потому, узнав о премьере пьесы "Ах, Йозеф Мадершпрегер - изобретатель швейной машинки" в постановке театра "Вариант" в МДТ, я попросил у режиссера - Галины Петровны Швецовой-Скрипинской пригласительный на спектакль (билеты не продавали, быть может - зря) и получил его (спасибо!).
Утром дня спектакля (14 февраля - это всего лишь рабочий понедельник), находясь в поисках совсем другой книжки в месте, куда забросила ночевать жизнь, наткнулся на сборник пьес Вадима Леванова. "Знаки"! Правда, напрочь забыв название спектакля, прочел совсем другую миниатюру - "Раздватри" о не совсем девственницах-самоубийцах, в очередной раз убедившись, что "минэ это чьюжьдо". Понятно, но чуждо.
На премьеру, впрочем, пришел без лишних шор. Классицистский театральный зал, имперское место действия, соответствующий язык и одежда персонажей, а также музыка Моцарта, выбранная для звуковой дорожки спектакля-оперы дали возможность, не отвлекаясь на форму, сосредоточиться на происходящем.
На сцене царил текст - герои высказываются объемно, с подчеркнутыми синонимическими и ассоциативными рядами слов. И причитание, ставшее первым словом названия пьесы-оперы - "ах" - звучит со сцены настойчивым рефреном.
Жанр смешан, это нельзя назвать драмой или комедией, скорее - размышлением-выставкой, для которого практически неизменная сценография является надлежащим фоном. Оправданно меняется она только в самом конце пьесы. Стильный минимализм оформления - вообще отличительная черта хороших тольяттинских театров)
Актеры мужественно справились с обилием текста, дуэт братьев Хвостенко - органичен, Екатерина Ильюк - искренне-трогательна, два Дмитрия с похожими фамилиями происходящее отлично оттеняют.
Режиссерская корректура авторского текста для меня его только улучшила, смягчив по-женски. В отличие от типично "левановского" финала (само/убийство как разрешение конфликта) в прочтении Галины Швецовой-Скрипинской побеждает беспощадная женская красота (в смирительных рубашках, пошитых дамами же на машинках изобретения условного заглавного героя). Герои остаются в живых, размышления остаются со зрителем, зритель уходит в гардероб нераздавленным.
Что для меня важно в тольяттинском измерении этого спектакля? В очередной раз - сплоченность, сотворчество (термин "коллаборация" мне категорически не близок) людей из формально разных "кустов" искусства - художественного (Т. Чирикова), театрального (театр "Вариант"), литературного (В.Смирнов), дизайнерского, модельерского и многих других. И думается, что в этой любви к искусству и человеку, умении объединять людей и есть главное свойство драматургии Вадима Леванова, чей день рождения в Тольятти отметили неброской, но очень достойной премьерой.
