— "Повезло Светке", — бабушки на лавочке частенько обсуждали молодую соседку, заприметив её, выходящую из дома с Максимом.
Да и подруги никогда не упускали возможности похвалить Светиного мужа. До такой степени порою были часты хвалебные оды Максиму, что ей иногда становилось грустно от того, что окружающие её люди не понимали, что она вполне заслуживала такого счастья, и нечего было об этом постоянно напоминать, будто бы ей свалилась счастье с небес. И всё же, Света была относительно счастлива в браке. А может, она принимала за счастье то, что было у неё с Максимом.
Максим представлял из себя высокого красивого брюнета. Он был спортивного телосложения, всегда хорошо одет, богат, умен. Казалось бы, что ещё можно было придумать Свете для счастья? Но, есть у людей, даже самых с виду идеальных, одна какая-то маленькая черта, которая на самом деле губит всю счастливую с ними жизнь. Этой чертой у Максима была, мама, а, стало быть, нерешительность, безответственность, слабоволие и полное отсутствие своего мнения. Максим был очень близок со своей матерью Дарьей Михайловной, и, до поры до времени ей удавалось успешно влиять на любые решения сына. Поначалу Максим не мог стерпеть этого, и между ними были частые ссоры. Но, когда однажды женщина настояла на том, чтобы сын непременно позвонил в компанию её приятеля, и результатом звонка спустя пару месяцев стало назначение Максима заместителем генерального директора, он решил всегда и во всём слушать маму. Максим всегда стремился к успеху. Успех был неотъемлемой частью его жизни.
Сколько женщин он выгнал из дому, скольким разбил сердце. Среди этих красоток были вполне достойные дамы. Одна была дочерью депутата, другая моделью, третья имела три высших образования и два автомобиля. Максиму вечно приходилось придумывать различные отговорки для партнёрш. Но, сам же он понимал: это было мощное влияние матери.
Отец ушёл из семьи, когда будущему карьеристу было всего девять. Дарья Михайловна же показала сыну, на что она способна ради его блага. Мальчик никогда не бедствовал. Его мать сменяла одну высокую должность на другую ещё выше и всегда очень ценилась коллективом. Она передала сыну эту деловую хватку, так, что Максим стал заместителем генерального директора не просто так. Можно сказать, что понятие "бедность", несмотря на неполную семью, для Максима всегда было чем-то эфемерным, а понятие «любовь матери», напротив, было так привычно для него. Только любовь эта, иногда настолько не знала границ, что порою была похожа на манию.
Света родилась в посёлке городского типа. Её простые добрые родители любили девочку, так же, как и её двоих братьев и сестру. Про них часто говорили: "Зачем нищету плодить?” И действительно, отец семейства работал сантехником, а мать давала частные уроки французского. Заработанных денег порою едва хватало на пропитание. Света была самой старшей в семье. Она была и главной помощницей родным. Вечно девочка была в заботах, она бережно ухаживала за младшими, помогала матери по дому, ходила в магазин, готовила. Но, всегда чувствовалось, что ей хотелось уехать отсюда, увидеть мир, попробовать беззаботной красивой жизни на вкус. Хотя бы чуть-чуть...
Когда Света заявила родителям, что хочет уехать и поступать в московский ВУЗ, они развели руками: "Что ж, бросаешь ты нас?" Тогда, она сама этого не поняла, у неё почему-то вырвалось, "всё равно вернусь." Но, девушка поехала в столицу с самыми грандиозными планами, о которых она, конечно, никому не сообщала.
Она закончила один из столичных колледжей и устроилась секретарём в компанию, где как раз работал её будущий муж Максим.
Свете было двадцать четыре года, Максиму тридцать. Он была молода и, не то, чтобы хороша собой, она скорее имела необычайно милую внешность, даже немного детские черты лица. Слегка вздёрнутый носик и большие выразительные глаза, миниатюрное телосложение, всё это показалось прекрасным для серьёзного и вечно невозмутимого заместителя. Он пригласил её на чашечку кофе, потом к себе домой. И, с каждой новой встречей со Светой он становился всё задумчивее. В мыслях крутился один трудно решаемый вопрос: "Как быть с мамой?" Максим однажды понял, что, что бы ни сказала мама, а Света, это его судьба.
Этот разговор состоялся, когда Дарья Михайловна пришла к сыну на чашечку чая. Её посещения носили исключительно развлекательный характер, так как Максим в хозяйстве пользовался услугами домработниц, которых всех как одну посоветовала мама. Они могли позволить себе подобные услуги. Доход Максима был существенно выше среднего.
— Максюш, ты чего-то задумчивый какой-то сегодня. Что там на работе? — обеспокоенно спросила мать.
— Мам, даже не знаю, с чего начать, — ответил он.
Максим, к слову, очень нервничал. Он знал, что единственной женщиной, которую он любил и будет любить всю жизнь, была та, что сидела перед ним за столом. Но, в тридцать лет мужчина хотел хотя бы попробовать семейного счастья на вкус. Беспорядочные связи с красивыми и бестолковыми, охочими до его денег и квартиры в центре Москвы хищницами до невозможности надоели Максиму. Богатые и крутые девушки тоже уже приелись ему. А в Свете ему нравилось всё, её краткость, огонёк в глазах, какая-то молчаливая тайна всегда была в них. Маленькая, миленькая Света... Казалось, она была именно тем, что он искал.
— Чего такое? Новиков опять жалуется? — спросила Дарья Михайловна.
— Да, нет, с Владимиром Алексеевичем всё уладили, — ответил он.
— Ну, а, что же ещё тогда? — не понимала мать о чём он хочет ещё говорить.
Наступила неловкая пауза. Максим поймал себя на мысли, что за все годы взрослой жизни он ни разу не говорил матери о какой-либо девушке, что-то серьёзное, да и она почти никогда не интересовалась его личными делами. Иногда Максим намекал ей о том, что будет какое-то время не свободен, и Дарья Михайловна без лишних расспросов не являлась в квартиру к сыну. Конечно, она молчала об этом, но каждый раз женщина только и думала: "Вот бы ничего серьёзного".
— Мам, я встретил девушку, — едва скрывая свой нервный трепет, произнёс Максим.
— Так... — спокойно и в то же время настороженно сказала мать, — красивая? — спросила она.
- Да, — ответил он.
- Кем работает? — спросила женщина.
Максим промолчал. Лицо Дарьи Михайловны тут же сменилось с помрачневшего на ликующее. Она нашла, к чему, как часто выражался сын, придраться. Спустя некоторое время, всё-таки мужчина ответил.
- Секретарша у нас, — признался он, и готовился к скандалу.
- Значит, секретарша. Так себе, ты партию себе нашёл, Максим, — заметно было, что она недовольна.
- Мам... — он постарался успокоить с каждой минутой становящуюся возмущённую мать. Но, она уже не могла остановиться.
- Небось ещё и из провинции? — догадалась она.
- Ну да... — тихо ответил Максим.
Интересно ваше мнение, делитесь своими историями, а лучшее поощрение лайк и подписка.