Говорят, что для того, чтобы отдых, да и праздник, гарантированно удался, нужно соблюсти всего три условия: никаких новых мест, новых дел и новых людей. В общем, никаких новых факторов. Всё знакомо и предсказуемо. Скучно? Как знать.
Все остальные варианты чреваты сюрпризами. Приятными, или нет – зависит от тех самых новых факторов.
Однажды я полностью нарушила этот запрет. И вот, что из этого вышло.
Нас с дочкой позвали на встречу Нового года. Дочке на тот момент было 3 – 4 года. Позвали нас родители девочки, с которой дочка гуляла в парке. Знаете, такие разношёрстные компании, людей в которых объединяет только детская площадка вне садика.
Остальные гости были мне не знакомы.
В назначенный день и час мы пришли с подарком для маленькой хозяйки. Чуть запоздали. Дети уже веселились с аниматором. Из комнаты доносился задорный, радостный визг и детский топот.
В прихожей нас встретила знакомая «по парку» бабушка. Дочка сразу присоединилась к компании, а меня представили остальным родителям. Для них в соседней комнате был накрыт маленький лёгкий стол (крошечные бутербродики-канапе, сок, шампанское в бокалах).
Я – человек стеснительный, не из тех, кто «в гостях, как дома, где всё знакомо». Мне бы даже в знакомой компании в уголок и молчок, а уж в чужой и подавно. Да и одета я была не так, чтобы на праздник: джинсы и водолазка. Но чего не сделаешь ради ребёнка.
Как назло, из кармана полилась назойливая мелодия. Чтобы не мешать, я вышла на кухню. Поговорив, я замешкалась.
В дверях появилась красивая и важная дама, изящная, как русская борзая. Обведя глазами кухню и глядя сквозь меня, она процедила:
- Что вы сидите без дела? Мойте посуду!
Дёрнув плечиком, дама вышла. Мне стало стыдно. Действительно, что это я просто так сижу? Правда, о мытье посуды мы с хозяевами не договаривались, но всё же. Собрать стол – дело хлопотное, и если я могу чем-то помочь, то почему бы и нет?
Через некоторое время дама принесла ещё стопку тарелок. Недовольно оглядев вымытое, дама сунула мне полотенце:
- Вытрите!
Тут уж у меня появились к ней вопросы. В конце концов, я такая же гостья, как и остальные. Можно было бы и повежливее. Но «проклятая интеллигентская мягкотелость» заставила молча проглотить обиду. Пока я собиралась с мыслями, дама достала из холодильника торт и величаво отбыла, оставив лёгкий шлейф духов и горку тарелок.
Я продолжила посудомойничать.
Снова явилась дама с подносом чайных чашек.
- Вымойте это, и побыстрее. Как уйдут гости, протрите полы и можете быть свободны.
Как гости уйдут? А я тогда кто???
В это время в коридоре зашумели. Праздник кончился, и в кухню влетела раскрасневшаяся, с бисеринками пота на лбу и съехавшим на бок бантом, дочка:
- Мама! Вот ты где! А я тебя потеряла!
- Мама??? Так Вы… А… Извините, ради Бога…
Дама попеременно бледнела, краснела и шла пятнами. Величавая борзая испарилась, осталась дворняжка.
А ко мне неожиданно пришло понимание: меня приняли за нанятую на вечер «помощницу по хозяйству», а проще говоря, прислугу. Отсюда и этот хозяйский тон, и презрение в глазах.
В дверях стояла растерянная, ничего не понимающая бабушка.
Мы поблагодарили хозяйку и распрощались, оставив их разбираться между собой.
Сгущались синие сумерки, и неспешно с высоты падали крупные хлопья. Было потрясающе красиво, по-новогоднему радостно и только чуть-чуть, самую малость, обидно. Мы шли с дочкой через волшебный, подсвеченный фонариками парк и, дурачась, старались поймать языком снежинки.
С той компанией мы больше не пересекались. Сначала нас разъединили праздники, потом – детсадовские хвори. А спустя пару месяцев после Нового года мы и вовсе уехали жить в другой город.
Но правило «ничего нового» я запомнила железно!