Совершенно не краснея, воровали из библиотек, абсолютно не страшась многократно увеличенных штрафов за якобы потерянную книгу…
Об этом знали чуть ли не с пеленок, и не сильно ломали голову, когда были приглашены в гости. Не знаю как вы, а я не представляю американского пастуха, пардон ковбоя, следящим за целостью стада, который с неимоверной жадностью поглощает страницы книги.
Зато точно знаю, что советская доярка, если возьмёт с этажерки книжку, с удовольствием погрузится в придуманный писателем сюжет.
Длинные ноги у книжной хворобы
Читать запоем начали значительно раньше советской эпохи — до XVIII века подобная страсть дипломированными лекарями признавалась психическим расстройством. Оно благополучно перекочевало в медицинские справочники того времени. Оттуда идет прозвище «книжный червь». Старая Европа обзавелась первой публичной библиотекой лишь в середине XVIIIстолетия благодаря польским братьям Залуским, собравшим богатейшую коллекцию рукописей и литературой из разных стран.
Судьба хранилища книг оказалась печальной — в 1794 вспыхнувшее национальное восстание подавил А. В. Суворов, и после взятия Варшавы 400 тысяч томов объявили военным трофеем,а потом отправилив Петербург. Целиком довести коллекци.не удалось — по дороге продавали всем желающим в любом количестве. Несколько тысяч томов сгнило в подвалах, и лишь в 1814 году остатки вошли в Императорскую публичную библиотеку северной столицы.
Книжная игла
На смену царю-батюшке пришли люди с абсолютно другими взглядами на государственное управление. Требовались грамотные думающие кадры, книга всегда почиталась народом как источник знаний. Чиновники в каждом населенном пункте приказывали создавать библиотеки. Постепенно стратегическое направление государства начало приносить положительные плоды — начитавшись художественной литературы, многие юноши и девушки записывались в театральные кружки и студии.
Езда в общественном транспорте не обходилась без ознакомления журнала или газеты. В годы самой жестокой за всю историю человечества войны наши бойцы, пройдя тысячи километров, повидав море горя и слез, спасали интеллектуальный труд великих писателей из объятых пламенем библиотек. Старинные ценные экземпляры раздавались на сохранение.
Ажиотаж разгорается
Пятидесятые принесли в Советский Союз невероятный читательский бум, что крайне удивило западных аналитиков. Даже провели международное исследование. В результате выяснилось, что всего полвека назад пятая часть населения, знающая грамоту, тратило теперь около 11часов в неделю, опередив американцев, французов, англичан.
Таким образом появилось утверждение, что наша страна — самая читающая в мире.
Причины и последствия
Здесь возникает несколько объяснений. На первом месте стоит огромный дефицит развлечений. У советского человека не было доступа к популярным за границей видам досуга. И часто во многих городах, кроме просмотра телепередач про прекрасные урожаи и надои, заняться было практически нечем.
Он был вынужден обходится той литературой, которую разрешала строгая цензура. Под заказ писались низкопробные произведения на производственную романтику, где главными героями были безупречные строители коммунизма.
С началом 70-х большинство книголюбов почувствовали настоящий голод на действительно качественную литературу. Устраняли его по разному — совершенно не краснея, воровали из библиотек, абсолютно не страшась многократно увеличенных штрафов за якобы потерянную книгу.
Были конечно и ярмарки с миллионными тиражами, но положение не улучшалась: товарищи Драйзер с Дюма по-прежнему оставались несбыточной мечтой любителей скоротать вечерок за книжкой.
Партия объяснила, народ понял
Руководители страны раскрыли источник зла — бережливое отношение к лесным ресурсам. При этом умалчивали о сумасшедших тиражах никому не нужных партийных брошюрок. Бросили клич — требуется посильная помощь каждого. 60 килограммов спасало одно дерево.
Макулатуру сдавали раньше школьники. Победители, сумевшие водрузить на весы большие объемы, награждались в торжественной обстановке грамотами. Чтобы заинтересовать взрослых, в 1974 власти пошли на хитрость — 20 килограмм за одну книжку, за двухтомник соответственно сорок. Теперь «грибным» местом работы становилось вторсырье.
Любыми путями
Острейшая нехватка духовной пищи превращалась в нечто извращенное.
Напечатанные издания вывозились из типографии в сопровождении милиции, но часть тиража не доезжала. Почему? Рабочие могли свистнуть обложки с листами текста и по ночам их сшивать. Так они имели очень хорошую добавку к официальной зарплате. Собрание сочинений отца трех мушкетеров из 12томов с рук стоил от 3600 до 6000 тысяч! При средней зарплате в 150–200 рублей.
Сейчас мы заходим в книжный магазин и можем купить любую книгу. Продавцы откровенно скучают, ведь читательский зуд соотечественников остался давно позади. Настала пора отыскать днём со свечкой «уцелевшего книжного червя».