Открылись сегодня рано, примерно в половину одиннадцатого. Давно я не шел вот так куда-нибудь с утра, во время рассвета: небо голубое, высокое, чистое, дома золотятся, сияют.. многие сегодня отмечали, что рассвет – огненный. Отмечали День рождения Светы. Торт в спешке никто не купил. Сделали первый кофе охраннику, сами попили и пошли выбирать торт. Удивительно красиво, мягко, легко, беззвучно и безветренно падал снег на улице. С утра его не было, был сплошной бетон и асфальт кругом. Все побелело вмиг.
Через час-полтора Света с сестрой уехали праздновать в бассейн: в какой-то большой комплекс в Сестрорецке – с баней, сауной, хамамом и временем, ограниченным только режимом работы.
Охранник взял вторую чашку, и это показалось мне преддверием хорошего дня, но – спойлер – никто больше ничего не купил. Сходил на почту, отправлял посылку в Москву, город уже совсем не узнавался – так намело. И потеплело. Ветра не было совсем. До четырех часов подписывали и расставляли новые книги, парочку отложил себе.
Немного проголодались и вымотались, пошли перекусить, затем – Таня на работу, я – обратно. Уселся в кресле в надежде почитать до закрытия – пришел Паша: стоит на пороге, улыбается. Пошли за пивом, взяли по две бутылки на брата. По пути Паша рассказал:
– Ты знаешь, почему алкашей синяками называют, и зачем они по шее щелкают, когда просят налить? Раньше их… била какая-то инстанция за нахождение в пьяном виде… и – оставались синяки на шее, а в питейных им наливали бесплатно, если они показывали на синяк.
– Ого.
– Ты только погугли перед тем, как писать об этом, а то я не уверен.
Ну, Паш, ничего убедительного об этой теории я не нашел. Увы. А звучало забавно!
Так и сидели вдвоем. Лев заходил на несколько минут, бесперебойно перебрасывались шутками, громко смеялись.
В 19:40 поехал домой. Не заметил, как заснул. Оттого и повествование рваное немножко – не проснулся еще, но все-таки
Доброй ночи.
Теплых сновидений.