Зима. Декабрь. 1993 г.
Мне девять, я пришла в детский клуб, такие были при СССР, сейчас наверное таких нет. Этот бесплатный клуб находился в подвальном помещении, но имел огромную широкую лестницу при спуске, словно это дворец. Там были большие полки с настольными играми, шашками, настольным теннисом и хоккеем. Тут проводили свободное время все дети соседних домов. Мне редко разрешалось туда ходить, только под присмотром братьев, одну не отпускали, но с девочками соседками иногда я забегала туда ненадолго. Особенно радостно туда бежали дети в морозы, когда из подъезда прогоняли а домой к кому-то толпой приходить не разрешали. И вот детвора весёлым громким кубарем катилась в клуб имени Матросова. Пацаны постарше играли в настольный теннис, азартно с красными щеками с мороза и взъерошенными волосами от шапок. Кто помладше играли в домино. Я наблюдала за этим ворохом ребятни, играть мне было неинтересно, посматривая в окно не ищет ли меня мама я бродила по клубу. Кабинет директора всегда был открыт, он был густо уставлен цветами в горшках и кадках, всюду журналы отчётности, бумаги папки, большой стол который покрывала прозрачная пластина, а под ней записки календарики вырезки из журнала и документы. Я заглянула поздороваться. За столом сидела Нина Васильевна, полная женщина, небольшого роста, короткая стрижка пышная кучерявая, фиолетово-перламутровая помада и голубые глаза. Голос у нее был льющийся немного истеричный. Она была добрая женщина. Одна воспитывала двоих детей и видимо любила и чужих потому что была терпелива к нам.
-здравствуйте Нина Васильевна! - я перешагнула порог кабинета.
-здравствуй, здравствуй. - подняв на меня взгляд, без улыбки ответила Нина Васильевна. Возможно она не помнила мое имя, поэтому поздоровалась дважды. День был такой уютный, суббота. В кабинете в углу стоял телевизор, старый ламповый, чтобы что-то увидеть на экране нужно было закрыть окна шторами. Мне с моими глазами после улицы вообще не было видно изображения на экране, но я слышала как идёт веселая реклама шоколада виспа от "кеббери".
- проходи садись, сейчас такой фильм замечательный будет "девчата"- пропела Нина Васильевна. И указала взглядом на стул. Я присела и спрятала ноги в валенках подвернув их под стул, снег на них растаял и они украсились каплями снежной росы. Пытаясь разглядеть в мутном экране хоть что-то, я прищурила глаза, но увидеть что либо было невозможно. Нина Васильевна, встала из-за стола и дернула штору, чтобы свет не бил по экрану, в воздух взмыли и заискрились пылинки, на экране стало видно титры и такая задорная песня заиграла, я слушала "Хорошие девчата, заветные подруги, приветливые лица огоньки весёлых глаз, лишь мы затянем песню и все скворцы в округе голосами своими поддерживают нас..." Я с первых секунд поняла, что это хороший фильм, и мне так хочется его посмотреть, не через мутный экран, а разглядеть лица и снег и веселье. Я выдержала до первого блока рекламы, Нина Васильевна видя мой интерес сказала :
- Беги домой, посмотри на своем телевизоре, я не спорила, прощаясь на ходу и надевая шубу, как главная героиня Тося бежала домой по пушистому снегу, ноги обутые в валенки не хотели бежать быстро. Я пролетела свой двор, детскую площадку и прыжками поднялась на третий этаж домой.
- Мама, включай первый канал, ОРТ, там девчата идут включай!
Мои щеки горели, волосы взмокли от переживания и бега. Я успела до конца рекламы. С тех пор это мой один из любимых фильмов, и смотрела я его сотни раз, он мне никогда не надоедал и до сих пор если он идёт по телевизору, я его смотрю с тем же настроением из детства.
