Жора Крыжовников (псевдоним Андрея Першина) ворвался в кино ровно 10 лет назад с комедией «Горько!», которая стала «спящим» кассовым хитом. Дебют молодого режиссера сенсационно заработал 773 млн руб. (данные «Бюллетеня кинопрокатчика»). С тех пор Крыжовников превратился в одного из самых коммерчески успешных российских постановщиков.
В последние годы Крыжовников не снимает для кинопроката, почти полностью переключился на сериалы для платформ. Его драмеди «Звоните ДиКаприо!» (2018) для видеосервиса Premier оказалась среди первых резонансных платформенных проектов, с которых можно отсчитывать стриминговый бум в России.
9 ноября на Wink и Start стартовал показ криминальной драмы «Слово пацана. Кровь на асфальте» – пока лишь второй сериал для Крыжовникова-режиссера. С 2021 г. он занимает позицию креативного продюсера «НМГ студии» (входит в холдинг «Национальная медиа группа»), поэтому его имя можно встретить в титрах многих стриминговых сериалов-хитов – «Фишер», «Надвое», «Актрисы».
В интервью «Ведомостям» Жора Крыжовников рассказал о том, как передача «До 16 и старше» помогла ему в работе над новым проектом, как видеосервисы изменили индустрию и почему он пока не планирует снимать полные метры.
«За этими историями есть свой собственный мир»
– Во всех фильмах и сериалах, которые вы снимали, действие всегда происходило сегодня. И у вас никогда не было криминала. То есть «Слово пацана. Кровь на асфальте», получается, такой неожиданный шаг во все стороны: первый ваш фильм не про сегодня и первый, где вдруг появился криминал. К вам кто-то пришел с этим предложением или вы сами нашли эту историю?
– Я искал проект, с которым мне было бы страшно работать. Обычная практика. В тот момент мы снимали фильм «Родные» (вышел в прокат в 2021 г.; Крыжовников выступил одним из продюсеров и сценаристов проекта. – «Ведомости»), я не хотел его делать как режиссер, потому что я не видел в нем ни одного режиссерского вызова. Все бы в итоге сделал на автомате и расслабоне. И тут мне попалась книга Роберта Гараева «Слово пацана». Я понял, что хочу об этом написать.
Я 1979 года рождения и в детстве сталкивался с гопниками. Правда, у нас в Нижегородской области все это было лайтово, не так, как в книге. Я понял, что за этими историями есть свой собственный мир и персонажи. Подключился [сценарист] Андрей Золотарев, и мы начали собирать фактуру из разных источников. Написав первую серию, поняли, что вот это «предчувствие мира», оно происходит.
То есть у нас на самом деле всегда было ощущение, что информации и, скажем так, правил, нюансов в этой истории больше, чем мы можем засунуть в сценарий. И это счастье! Так очень редко бывает, что материала гораздо больше, чем твоей фантазии. Я обсуждал с одним шоураннером, который выпустил успешный сериал по 1990-м, выяснилось, что он никакого специального ресерча не делал, ничего не искал, ни на чем не базировался, просто фантазировал. Для него время – это только некоторые приметы.
Мне было, наоборот, важно, чтобы за каждым словом, за каждым сюжетным поворотом был реальный случай. Да, естественно, не было этих двух героев – Андрея и Марата, не было этой стаи, этой улицы. Они выдуманные. Но тем не менее за каждой ситуацией, за каждым происшествием стоит конкретный прототип или конкретная история. Нам было важно верифицировать это, сделать так, чтобы это была не наша выдумка.
– Какие источники для верификации событий использовали?