Раненный солдат лежал на операционном столе. Жизнь весела на волоске, но он не мог умереть, где-то там его ждала мать. Он знал, мать не перенесёт его гибели, как и известие о его ранение тоже не перенесёт, поэтому всё, что было связано с ним, хранилось в большом секрете. Хотя если честно он готов был ещё раз повторить свой подвиг, ведь именно так воспитывал его отец – погибни, но защити Родину Мать! А так хочется прижаться к груди родной матери, обнять её и сказать, что всё уже позади. Мы победили, и больше матери не будут хранить сыновей, а жёны мужей.
Инна Михайловна смотрела в окно, наблюдая, как пушистые снежинки одна за другой летели вниз, принося вместе с собой новогоднее волшебство. Вот уже полтора года, как она совершенно одна – муж погиб, теперь и сын пропал без вести. В военном комиссариате ей, конечно же, пообещали, что всё разузнают, и ей сообщат, но от этого было не легче. Её сына нет рядом, и домой он вряд ли уже вернётся, а за окном зима, и скоро новый год, а счастья нет как нет, вернее нет того самого ощущения счастья и веселья, которое было в детстве.
А как было раньше хорошо… Отец шёл за ёлочкой на ёлочный базар, а они вместе с мамой украшали окна, самодельными снежинками. Мастерили гирлянды в виде цепочки из цветной бумаги, пекли причудливое печенье и украшали его разноцветной глазурью, а потом вешали его на пахнущую лесом и волшебством лесную красавицу. Уже нет давно мамы, и папы тоже нет…Она уже сама мать и жена, и теперь она занималась всем тем, чему её когда-то научила мать. Нет, она не лепит на окна самодельные снежинки и гирлянды самодельные тоже не клеит, это не к чему ей, сейчас магазинные полки просто ломятся от новогодней атрибутики, но того ощущения сказки и чего-то волшебного, что было раньше больше нет.
Кто-то прошагал к подъезду с живой ёлкой, Инна Михайловна усмехнулась, не перевелись ещё романтики на Руси. А вот ей больше ничего не хотелось, ни ель наряжать, ни готовить этот пресловутый салат оливье, и Новогодний голубой огонёк в этом году она тоже смотреть не будет. Да, и как тут радоваться, когда столько людей гибнут, и неизвестно жив ли сейчас её сыночек.
Вот под окнами прошагала молодая девица, которая едва держалась на ногах. Девушка, пошатываясь шла, и время от времени останавливалась – это была её новая соседка сверху. У, выдра – прошипела Инна Михайловна, наши ребята гибнут, а она… И как земля таких только носит… Женщина сплюнула, и отошла от окна, чтобы больше не видеть ни кого и ничего.
По телевизору показывали «Вести» и женщина жадно впилась глазами в голубой экран телевизора, чтобы узнать, как дела обстоят на фронте, а может, если повезёт, и сына её покажут. Не показали, ещё и в дверь кто-то тарабанил, словно сумасшедший.
- Да, иду я! Иду! Открою дверь, руки переломаю!
Она была готова увидеть кого угодно, но не бабу Валю с третьего этажа, которая была самой нелюдимой соседкой в их доме.
- Баб Валь, случилось чего?
- Случилось! У тебя сахар есть?
- Есть, сейчас дам, ты проходи, не стесняйся. Печь что ли собралась?
- Нет, соседке плохо… Я-то сама диабетик, сахара и конфет дома и в помине нет…
- Это не для той ли ты алкашки сахар просишь?
- Как тебе не стыдно! Яна, между прочим, работает не покладая рук, чтобы сына прокормить.
- Знаю я, чем они не покладая работают…
- Эх, и чёрная у тебя душа, Инна. Яна, между прочим, сама еле на ногах держится, а уже почётный донор. Сколько раз она уже кровь сдаёт, чтобы нашим бойцам помочь, хотя в самой еле жизнь теплится.
Инна Михайловна переменилась в лице. Ей было стыдно и одновременно противно, что она, не зная человека, подумала о ней такое. А ведь это тоже чей-то ребёнок, и где-то есть мать, которая будет беспокоиться, не зная, что с её дочерью. А ведь её кровь и вправду кому-то помогла спасти жизнь.
- Ты иди, баб Валь, я скоро.
Соседка ушла, а Инна Михайловна собрала все коробки с шоколадом, что у неё были. Эту ей подарили на юбилей, эти от учеников, а этот бельгийский привезла подруга. И на что они ей, если она и чай-то разучилась пить в одиночестве, то ли дело, когда все были вместе. В след за коробками с шоколадом, в пакет отправился сыр, мясо, яблоки и бутылочка французского вина. Это вино они купили пять лет тому назад, когда отдыхали в Париже. Думали, что откроют на её юбилей, а получилось так, что к её юбилею уже не было ни мужа, ни сына.
- А вот и я! Ты чего её только пустым чаем поешь? Я вот шоколад принесла. Поешь, милая, поешь… тебе сил набираться надо. И куда ты себя так истощаешь? Неужели себя не жалко?
Девушка смотрела на Инну Михайловну глазами полными слёз. Давно о ней никто так не заботился, родителей нет, муж был и тот погиб год назад. Остались они одни с сынишкой на всём белом свете, хорошо, что баба Валя за ним приглядывает, пока она на работе. А ведь у Яны даже угла своего нет, квартира съёмная, за которую нужно платить, да и жить на что-то нужно. Скоро новый год, а у неё ни ёлки, ни мишуры, ни даже денег на праздничное угощение. Благо сынок ещё маленький, не понимает, что такое новый год, а самой так хочется вернуться туда, где она когда-то была счастлива.
Когда-то и у Яны была семья и дом. После свадьбы стали жить в доме у родителей мужа. Антон в ней души не чаял, и не давал в обиду жену, хотя мать и была против того, чтобы он женился на девушке без родословной. Яна уже будучи замужем полюбила новый год: вся семья в сборе, на столе куча всего наготовленного, ёлка переливается всеми цветами радуги, свекровь на время забывает, что ненавидит её… Эх, были же времена… Когда погиб Антон, девушку выставили на улицу вместе с ребёнком сразу же после похорон, а она и не сопротивлялась. Зачем? Насильно мил не будешь. Переехала в другой город, устроилась на работу, благо соседка попалась понимающая. Сколько горя она хлебнула… а ведь ей всего двадцать четыре, а так хочется простого женского счастья. Хочется любить и быть любимой, и чтобы наконец-то наступил мир, и больше никто и никогда не терял своих родных и близких.
У бабы Вали на сердце было тяжело. Сколько лет прошло, а она всё не может забыть ту страшную аварию, которая забрала у неё самое дорогое, что у неё было – мужа и двоих детей. С тех пор много лет прошло, почти сорок лет, а она всё также не отмечает новый год, ведь именно в этот день её жизнь поделилась на до, и после. С тех пор женщина стала вести затворнический образ жизни, ни с кем не здоровалась и не общалась, за что её невзлюбили почти все соседи. А ведь ей для счастья нужно было всего-то понимание и поддержка, а не осуждение и насмешки. Жила баба Валя на свою скудную пенсию, дорогих деликатесов не покупала, да и незачем ей, диабетик она, хотя если бы и не болела, всё равно покупать-то не на что. Это Инна Михайловна накупит всего, затарит холодильник до отвала, будто завтра конец света наступит, а потом пакетами несёт всё на свалку, как говориться и сам не гам и другим не дам. Сколько раз её за это ругала баба Валя, а та только огрызалась, мол, завидуй молча, мол, я не виновата, что у тебя ни детей, ни плетей, и пенсия, будто кот наплакал. Это сейчас Инне Михайловне стало стыдно за свои выходки, под её носом такое происходило, а она ни слухом, ни духом. А ведь могла бы помочь и Яне, и бабе Вале, как и они помогают людям, хотя у самих за душой ничего нет.
- Ну, вы оставайтесь, а я пойду. Столько всего успеть надо… Новый год на носу, а я даже не готова.
Вот змея, опять кичится своим богатством, мол, вы как хотите, я вам кость кинула, а дальше вы сами. Небось, опять пойдёт всё с полок сметать, и как только от жадности она не лопнет? А Инна Михайловна спешила по магазинам не за этим. Ей хотелось пусть и ненадолго подарить праздник Яне и её малышу, бабе Вале и их дворнику киргизу, который жил в подвале, потому что снимать квартиру дорого, а домой деньги отправлять надо. Вот она и купила и ёлку, и всевозможные деликатесы, и большой пакет мандаринов, куда уж без них? Бабе Вале тёплый халат, дворнику свитер с оленями, Яне новую куртку, и её сыну тёплый комбинезон.
Тридцать первого декабря Инна Михайловна пригласила всех к столу: Яна смущалась, её сын с удивлением смотрел на мерцающую разноцветными огоньками ёлку, баба Валя всё ещё не верила своим глазам, а дворник киргиз, украдкой смахивал слезу. Бедолага потерял последнюю пятитысячную купюру, и теперь не знал, как будет жить дальше, а уж о праздновании нового года он даже и не мечтал, тем более в кругу жителей дома, которые относились к нему, как к второсортному человеку.
Вместе встретили новый год, ели, пили, поздравляли друг друга и каждый думал о своём. Инне Михайловне хотелось увидеть сына живым и невредимым, Яне хотелось, чтобы чёрная полоса в её жизни закончилась, дворник киргиз мечтал вернуться на родину и женить сына, а баба Валя мечтала, чтобы эта ночь не кончалась, и чтобы она больше не была одинокой. Они ещё не знали, что утром их всех ждёт большой сюрприз. К Инне Михайловне вернётся живой и невредимый сын, баба Валя предложит Яне жить у неё, так как родственников у неё нет, а квартиру хочется оставить хорошему человеку, а не абы кому. Яна согласится, и начнёт называть бабу Валю мамой, ведь она так давно мечтала, чтобы у неё была мать, а дворник киргиз купит билет на родину и уедет, ведь рано утром он найдёт под сугробом кошелёк с деньгами и отнесёт его по адресату, а ему не считая дадут несколько купюр, а это как его годовая зарплата.
Каждый человек имеет право быть счастливым, вот только не у всех получается обрести это самое счастье, ведь счастье у каждого своё. Скоро новый год, а это значит, что уже миллионы людей уже ждут и надеются, что чудо произойдёт. Все мы не боги, но в наших руках помочь нуждающимся: накормить птичку, собачку или кошечку, проведать пожилого родственника или просто одинокого соседа, помочь сироте, вдове и т.д. Все мы люди и все мы мечтаем о счастье, так давайте будем его просто дарить, и может, тогда кто-то подарит его нам.
