В предыдущей части сделала обзор на самых основных персонажей. Дождались своего обзора те, кто был с Чародейками и так же сражался со злом. Но есть одна оговорка — только два второстепенных персонажа какое-то время служили злу, хотя целиком и полностью на стороне добра.
Калеб
Повстанец без страха и упрёка, но про таких обычно говорят, что дурная голова ногам покоя не даёт. Поначалу его главной целью было свержение тирана Фобоса. Только ни сам Калеб, ни остальные повстанцы Меридиана не задумывались, что будет дальше с королевством, если уйдёт князь, а законная наследница трона пока ещё не объявилась.
Калеба и возглавляемые им отряды повстанцев не устраивала общая мрачная атмосфера, создаваемая узурпатором, где нет места солнцу и свету. Плюс к этому Фобос душил налогами, взимая долю урожая, которого и так не хватает из-за отсутствия освещения. И по сути Калеб и его соратники периодически занимались разбоем, обворовывая повозки с грузом, чтобы краденый урожай раздать бедным. Их не волновало, что этот же урожай могут не довезти до другого региона, где так же народ страдает от голода. Хотя, если присмотреться и к повстанцам, и к другим жителям Меридиана, которые появлялись в кадре, на оголодавших явно не очень похожи.
Уверенный в собственной удачливости, Калеб регулярно совершал вылазки во дворец Фобоса (точнее, такой же проходной двор, как особняки двух семей из сериала «Ветреный», куда все желающие, в том числе и враги, ходят как к себе домой). И частенько попадался Седрику, из-за которого где только ни побывал: в тюрьме, в яме, в зыбучем песке, на каторге... И не только он — его соратники и его отец так или иначе влипали в неприятности, а потом либо смотрели на небо в клеточку, либо пахали на каторге в не самых комфортных условиях. И ещё хорошо, что Стражницы успевали их освобождать.
Чем больше Фобос и его свита пытались от него избавиться, тем сильнее и смелее он становился, что даже не стеснялся им грубить и подшучивать над «шлангом чешуйчатым», грозясь из него чемодан сделать.
Для Калеба долг всегда превыше всего. Во время очередной поимки Фобос требовал выдать всех остальных мятежников на раз-два, и повстанец наотрез отказался выполнять приказ, отчего угодил в яму для «отучения от упрямства». Это было по-воински, по чести. Если бы Калеб сдал всех соратников, то Фобос всё равно бы его наказал за былые подвиги. Ведь предателей не жалуют даже те, в чью пользу они предают.
Попав в совершенно чужой для него мир на Земле, Калеб, естественно, поражался его странностям и совершенно иному менталитету. Клиенты ресторана «Серебряный Дракон» казались ему привередами, речь подростков — непонятной, развлечения — бесполезными, а одежда — клоунской. Его возмущали «парашюты», которые сшила для него Хай Лин. С трудом принимая земную жизнь, Калеб работал в ресторане, а в свободное время устраивал вылазки на Меридиан с разной степенью результативности: либо ничего, либо какая-то информация, либо очередной арест.
Но в быту Калеб зачастую переоценивал свои возможности. Говорил, что сможет справиться с мальчишкой-сорванцом, ведь ему легко победить злодеев. Но братик Ирмы Крис на пару с Бланком под его присмотром нахулиганили, пока Ян Лин не пришла посидеть с мальчишкой, чтобы Калеб разобрался с Охотником. Дошло до смешного — повстанец обещал разобраться с теми, кто приблизится к Элион, но только настольную лампу (уже которую) разбил.
После свержения Фобоса Калеб служил королеве, ведь долг для него превыше всего. Даже личной жизни, что огорчало Корнелию. Повстанец искренне не понимал, почему она дуется, ворчит и придирается, хотя он всего лишь исполняет свой долг, поэтому не может много времени уделять ей. Но его вина тут тоже есть — встречаясь с девушкой, он даже не удосужился узнать, чем она увлекается кроме косметики и модных журналов. Калеб даже спрашивал у Мэтта, мол, почему девчонки такие невыносимые. Хотя ответ лежал на поверхности — не надо быть бревном, чтобы любимая не превращалась в пилу.
Всё дело в скудном кругу общения. До знакомства со Стражницами Калеб в основном общался с такими же повстанцами, стремясь свергнуть тирана, поэтому люди с другими интересами для него чужды. Он просто их не понимает. И даже не желал понимать.
Ему было очень обидно, когда он увидел любимую девушку с другим. Даже когда, казалось бы, отношения зашли в тупик и начинают рушиться, всё равно обидно. Чувства так просто не уходят. Калебу надоело играть в «угадай, на что я обиделась», но забывать её повстанец не хотел, даже когда Элион вроде как в шутку предложила стереть Корнелию из памяти.
Узнав, что колдунья Нерисса, желающая навести свой миропорядок, его мать, Калеб был страшно разочарован. Он не принимал её предложение об унаследовании всего, что она завоюет, прекрасно понимая, что она недалеко ушла от Фобоса по своим амбициозным планам. Разве что прикрывается всеобщим перемирием без войн. Ему было обидно, что Нерисса видит в нём своё продолжение, собственный проект, а не сына, которого родила потому, что хотела. Будучи в шоке от этой новости, Калеб на время остался наедине с собой. Какие мысли у него могли возникнуть от осознания, что мать его, можно сказать, использовала для своих грязных целей по свержению Фобоса и хочет продолжать это делать, захватывая другие миры?
Бланк
Маленький забавный проводник, вынюхивавший порталы, пока Кондракар не снял Завесу. Позднее открывал проходы между мирами Зубом Тонги. Называет себя импортёром, бизнесменом, продавая меридианцам разные «ценные» вещи, найденные на помойке. Иногда торгует очень важной информацией, которая во многом помогала Стражницам и повстанцам.
Бланк принадлежит к меридианской расе невысоких лягушкообразных существ, ходящих на двух ногах. Его народ отличается гидрофобией, поэтому проводник по доброй воле никогда не моется, отчего от него ядрёно воняет. К тому же, представители сей расы не брезгуют питаться пищевыми отходами и насекомыми. Эта особенность порой доставляет неудобства Стражницам. Особенно в «Серебряном Драконе», где от его вони посетители задыхались, и девочкам пришлось его отмывать, чтобы перестал пахнуть.
Бланк страдает синдромом Плюшкина — патологическим накопительством разного рода мусора, найденного на помойках. За каждую вещь проводник трясётся и в случае пропажи кричит что-то вроде: «Мой ням-ням украли!». Засорил свою пещеру, складывая в неё весь хлам. Когда в пещере места стало не хватать, заставил находками гараж отца Ирмы. Началось с парочки вещей, а потом их становилось больше и больше.
Проводник ведёт весьма беззаботный образ жизни и не всегда думает о чужом комфорте. Но при этом на Бланка всегда можно положиться: портал вынюхает (после снятия Завесы откроет), информацию сообщит, что-то ещё учует и даже поможет девчонкам в бытовых делах, правда, по-своему, что можно охарактеризовать «и смех, и грех». Как готовка для школьного конкурса, где проводник экспериментировал так, что такие блюда может есть только человек с извращёнными гастрономическими пристрастиями.
Несмотря на грязный вид, совесть Бланка чиста. Когда его соплеменник Джик выхватил из рук Вилл Сердце Кондракара и отправился продавать его Фобосу, Лидер Стражниц обвинила в краже именно его; узнав об этом, проводник быстро помчался за ним и вернул Кристалл законной владелице. Если он не виноват, то ему нечего было стыдиться. Он не оправдывался, а отстоял свою невиновность, помчавшись за жадным до богатств воришкой. Бланк склонен к мелким кражам, как сорока, но при этом знает меру. Знает, что многие вещи вообще брать нельзя.
Я поняла, почему Вилл приняла Джика за Бланка. Многие люди путают между собой представителей других рас — для них они выглядят на одно лицо. Тем более, Стражницы и Калеб из проводников хорошо знали только Бланка. Если годами жить среди представителей иной расы, то можно научиться различать каждую личность между собой.
Иногда Бланк проявляет чудеса смелости и изобретательности. Когда всех Стражниц, кроме Ирмы, загипнотизировали рогом Гипноса, проводник помогал Лэр спрятаться, сделал затычки, чтобы не услышать зомбирующий звук. Даже защищался от нападения околдованного Мэтта. При этом вспоминал ту мелодию, которую когда-то проигрывал Калеб, чтобы снять чары.
Когда Калеб узнал, кто его мать, Бланк проследил за ним. Следя за повстанцем, проводник говорил: «Бланк герой, но это вредить Бланк». Он тоже был в шоке, когда узнал, что Нерисса — мать Калеба, о чём потом с неприятным удивлением сообщил Стражницам. Это вмешательство спасло жизнь Калеба от разгневанной матери. Бланк додумался позвать Джулиана, и тот уговаривал Нериссу не трогать сына.
Бланк добродушный, только иногда обижается, если его где-то не заметили. Он расстроился, когда Элион не вручила медаль ему, хотя он тоже немало сделал для Меридиана. Во время нападения Рыцарей Гибели на Замбалу Бланк обиделся, что остался без пары, но примкнул к Тарани, сражавшейся с Эмбер. Принюхавшись, он весело добивал девицу из лавы, обессиленную от прохлады из-за лишения огня.
Иногда даже такой маленький человечек вроде Бланка способен на маленькие, но подвиги, способные изменить ход событий в лучшую сторону. И очень жаль, что Элион не вручила медаль Бланку, не посчитав его достойным награды, хотя он заслужил.
Элион
Как Элион о себе говорит, она королева, толком не побывшая принцессой. Наивная девочка, у которой всё ещё ветер в голове, а её заставляют заниматься очень ответственной работой — управлять целой планетой, решая проблемы её жителей. Хотя Элион не так представляла себе жизнь королевы.
Она была уверена, что жизнь королевы заключается в балах и прекрасных принцах. Элион не задумывалась, что это большая ответственность, а не развлечения. Наверняка девочка так рассуждала из-за своих представлений, основанных на чтении сказок. Но реальность далеко не всегда бывает сказочной и не всегда оправдывает ожидания.
Поэтому, сидя на троне, Элион откровенно зевает, когда чиновник докладывает об очередной проблеме королевства. Ей даже захотелось вернуться в школу, чтобы не сидеть на троне, рассматривая очередные проекты канализации. Такой случай представился, когда её на Земле начала разыскивать полиция. Тогда ей пришлось вернуться, чтобы не подставлять Стражниц, которых заподозрили в причастности к её исчезновению.
Ранее Элион была обычной неизвестной школьницей. Училась, общалась с немногочисленными подругами, при этом чувствуя себя одинокой. Став Стражницей, Корнелия ещё сильнее отдалилась от неё, и Элион обижалась, если Хейл не приглашала её повеселиться с девчонками. Это стало первой трещиной в их дружбе.
Плюс к этому, у принцессы не клеилось с родителями, которые были даже не в курсе, с кем она общается, с кем дружит. Как оказалось, Элион жила в приёмной семье. Непонятно, зачем Брауны рассказывали, что у них много родственников, но потом случился пожар, и все упоминания о них сгорели. Возможно, это такой меридианский менталитет — иметь большую семью. В родительский день, когда все одноклассники составили большие генеалогические древа, Элион расстраивалась, видя всего три фотографии на маленькой схемке.
Появился в жизни Элион очаровательный библиотекарь, обаятельный и привлекательный. Седрик всегда её выслушает, подставит плечо в нужный момент. Принцесса приходила к нему в библиотеку поплакаться. Этим и пользовался хитрый змей.
Все проблемы с подругами и родителями раз за разом мучили Элион. Ещё и паренёк, с которым впервые пошла на свидание, бросил её из-за «бешеных друзей». Если бы хотел дальше с ней встречаться, то ему бы и друзья были не помехой. Это была уже вторая трещина в дружбе.
Так принцесса доверилась Седрику и принимала все его слова утешения и поддержку за чистую монету. Доверчивую девочку, которой не на кого было опереться, очень легко заманить в западню, что и сделал змей. И Элион до поры, до времени даже не подозревала, что «лучший в мире» брат и его советник привели её на Меридиан с недобрыми намерениями.
Одно дело — услышать правду от подруг-Стражниц, а другое дело — от постороннего человека, умеющего легко втираться в доверие. Первое слово дороже второго, поэтому Седрик рассказал всё так, как выгодно было преподнести Фобосу, и Элион слепо верила, что её приёмные родители и Стражницы лгали ей специально, чтобы не пускать её на трон. Даже когда Корнелия неоднократно пыталась ей объяснить, что Фобос нехороший человек, а Стражницы и повстанцы на её стороне, принцесса неоднократно атаковала магией, как ей казалось, бывшую подругу, даже не желая слушать её.
Элион с лёгкостью гнала вон Корнелию, которую знала всю жизнь, и даже не пыталась её выслушать; зато свято верила Фобосу, едва его зная. Судя по тому, как принцесса тянулась к Седрику незадолго до переезда на Меридиан, девочке просто хотелось иметь сильного старшего брата, защитника и опору. Таковым и прикинулся Фобос, и Элион приняла этот обман за чистую монету. Она была уверена, что родной человек не может лгать и не желает ей ничего плохого.
Живя на Меридиане, принцесса оказалась в треугольнике Карпмана, где она была жертвой, Корнелия — спасателем, а Фобос — агрессором. Но, как правило, жертвы не просят, чтобы их спасали. Не всегда они считают нападающего таковым. Обманутая Элион была уверена в другом, и в её глазах брат создал совершенно иной треугольник Карпмана: Стражницы и повстанцы были агрессорами, Меридиан — жертвой нападения, а они сами — спасатели, вынужденные защищать свои земли от мятежников.
Хоть Элион злилась на Стражниц, веря в россказни Фобоса, но всегда тормозила брата, когда он заявлял, что от них надо избавиться. Она всегда стремилась мирно решить проблемы: на короткое время убедила Стражниц, что у неё всё хорошо, что там её любят; пыталась прийти к мирному соглашению с повстанцами, только Фобос всё переиграл так, что чуть не отправил мятежников в ловушку, зато ещё больше настроил сестру против них, когда они не явились на подписание.
Её расстроило, что Фобос, Седрик и Миранда сбросили маски и так подло поступили с ней: первый привязал стеблями к трону и отобрал силу, а наг и арахноид просто смеялись над ней. Элион так разочаровалась в новых знакомых, что в сердцах крикнула Фобосу, что он не был её братом. Когда хвост прижало, и брат со своей свитой раскрылись во всей красе, только тогда королева что-то поняла. Она попросила прощение у Корнелии, хотя та, наверное, сразу забыла все её прегрешения. После сражения с Седриком в центре Хитерфилда Элион звала Корнелию, соединившуюся со своим драконом земли, ставшую большим человекообразным деревом со стеблями на голове, и впавшую в кому.
Но этот урок не пошёл ей впрок. Элион без всякой задней мысли взяла якобы королевский кулон, подаренный экономкой Трил, а позже, в зале медитаций приняла все её воспоминания за чистую монету. Свет Меридиана свято поверила, что её родители, королева Вейра и принц Зейдон, откровенно ей брезговали, зато мама исходила елеем, разговаривая с Фобосом, сказав, что этот «сладкий мальчик» единственный наследник. Обидевшись на родителей, Элион швырнула кулон прямиком в лапы колдунье и оказалась в нём же.
Элион даже не потрудилась изучить историю своего королевства и порядок наследования власти, поэтому даже не поймала на лжи Нериссу, прикинувшуюся Трил. А на Меридиане царит матриархат, где власть передаётся от матери к дочери. Каким бы Фобос ни был хорошим, он всё равно не имеет право на трон.
Оказавшись в печати Нериссы, ставшей скипетром Фобоса, Элион обвиняла в этом колдунью, и они даже чуть не подрались, хотя бывшая Стражница вела себя сдержаннее. Хотя её вина тут тоже была, и Свет Меридиана так и не усвоила уроки. Первый — в политике друзей нет. Есть хорошо проверенные люди, но не друзья. Второй — бойся данайцев, дары приносящих. Третий — учи матчасть. Если эти уроки от жизни не усвоены, то кто ей злобный Буратино?
Мэтт (Шегон)
Поначалу был самым обычным подростком: учился в школе, играл на гитаре в своей рок-группе и помогал дедушке в зоомагазине. Пока его жизнь не разделилась на «до» и «после». Хотя, Мэтт сам это хотел. И его желание сбылось, но пришлось ему за это дорого заплатить.
Всё началось со знакомства с Вилл. Олсен довольно сильно увлёкся новенькой девочкой, не так давно пришедшей в их школу. Начав с ней встречаться, парень не придумал ничего интереснее, чем подарить понравившейся однокласснице соню; и этот зверёк сменил нескольких хозяев, пока не вернулся к нему же. Мэтт крепко привязался к Мистеру Хагглсу, и это сыграло свою роль в его становлении как злодея. Даже когда Нерисса превратила Хагглса и Мэтта в Гора-разрушителя и Тёмного Ангела Шегона соответственно, эта связь так и держалась: большой зверь подчинялся только ему, что бы хозяин ни приказал, а демон в золотой маске сильнее всего переживал за него во время битв со Стражницами.
Мэтт был единственным, кто не просто заметил, что девчонки куда-то пропадают и странно себя ведут. Больше всего Олсен недоумевал из-за того, что Вилл его поцеловала, а на следующий день не замечает. Вандом увиливала от ответа на вопрос: «Что происходит?», и парень решил за ней проследить. Поначалу его шокировала двойная жизнь его любимой и её друзей, существование параллельных миров и чудищ в них, а после он это принял и решил вмешиваться в сражение добра со злом.
Его не волновало, что это опасно, что у него нет ни ловкости и опыта владения мечом, как у Калеба, ни волшебных способностей, из-за чего он в зоне риска. Вилл неоднократно останавливала его, но Мэтт был непреклонен — он продолжал влезать в их дела. Видя, что его девушка является чем-то большим, чем просто школьница из Шеффилда, парень хотел соответствовать ей, быть сильным и способным защищать Вселенную.
Желая стать для них более полезным, Олсен даже попросил Калеба научить его сражаться. Но из-за собственной неловкости, неуклюжести и торопливости вкупе со стремлением вступить в бой Мэтт спотыкался и падал в бассейн, чем вызывал насмешки Бланка. Парень обижался, когда проводник называл его «Смешной Мэтт» и смеялся над всеми его падениями в воду. Бланк не хотел его оскорбить — просто он такой непосредственный и не скрывает свои чувства, не всегда следит за словами, но Олсен где-то в глубине себя принял это на свой счёт. Он чувствовал себя бесполезным, а ему хотелось быть грозным. Хоть Вилл ему говорила, что ему необязательно быть таковым. Мэтт успокоился, но его желание бороться со злом никуда не делось.
Олсен всегда храбрился, но слишком себя переоценивал. Пытался напасть с мечом на разбушевавшегося Фобоса и был незамедлительно отброшен им. Во время тренировок атаковывал Калеба и неоднократно получал палкой по филейной части тела. Во время битвы на Кондракаре Шегон летел за повстанцем, и Калеб, схватив его за крыло, отшвырнул в сторону. Зато как Тёмный Ангел обижался, получая отпор от Кадмы с насмешками об их голодном пайке, что даже мамку Нериссу позвал на помощь... После очистки сознания и получения сил Лиллиан Мэтт так и не научился оценивать возможности противника и потенциальную опасность, из-за чего получал от Кадмы, Нериссы, Песочника, Фобоса и Седрика.
Как известно, бойтесь своих желаний. Порой они имеют свойство сбываться, и за это зачастую приходится дорого платить. Только вопрос в цене оплаты за это. Желание Мэтта исполнилось, когда его и его соню похитила Нерисса. Она обернула злобу Хагглса против него и сделала зверем-разрушителем, питавшимся гневом. Мэтт возненавидел колдунью за это, и старуха обратила негативные чувства против него — превратила его в Шегона, Тёмного Ангела, поглощавшего ненависть. Наделяя Олсена сверхспособностями и огромными чёрными крыльями, Нерисса навязала ему полезную лично для неё услугу, но ему пришлось дорого платить за неё, испытывая отвращение к самому себе. Как он сам признался, так ужасен, что сам себя ненавидит.
Шегон стал и садистом, и мазохистом. Чтобы повышать свою силу и получить столь желанную им ненависть, Тёмный Ангел намеренно провоцировал Вилл; ему нужна была подпитка конкретно от неё, поэтому намекал ей, что якобы похитил Мэтта и удерживает его в заложниках. Для него ненависть была наркотиком, и ему было всё равно, что ему грозило перенасыщение. Причиняя боль другому человеку, мучитель в первую очередь вредит себе. Он наслаждался ненавистью, но в то же время был самому себе противен от того, что делал: дразнил Вилл собственным похищением, нападал на близких Стражниц и даже на собственного дедушку. Для Мэтта это было противоестественно, но отсутствие ненависти вызывало у Шегона подобие ломки.
Есть две версии, кем являлся Шегон в сознании Мэтта. Это и сверхъестественная сущность, подселённая в разум парня, и взбунтовавшееся злое альтерэго, пробуждённое колдуньей. На мой взгляд Шегон — это тёмная сторона Мэтта. Олсен хотел видеть себя брутальным, желал сворачивать горы, за что добровольно-принудительно отдал свою душу. Ещё до преображения парень был тихим, спокойным, неконфликтным школьником, играющим на гитаре; от воздействия колдовства он превратился в отпетого злодея, для которого нет «нельзя» и «мораль».
Когда Вилл даже сжалилась над ним, его словно током ударило, и Шегон крикнул, что её единственный Мэтт — это он. Но Вандом решила, что это блеф. Тёмный Ангел кричал о помощи, надеясь, что Вилл узнает его, но она его не услышала, и дальше становилось всё хуже и хуже. Шегон со своей группой злых рыцарей превратился в вандала, нападающего на стариков и приносящего разрушения там, куда Нерисса укажет.
Внутренний конфликт Мэтта и Шегона напоминает столкновение «Сверх-Я» и «Оно» соответственно. Что это значит? «Оно» — это бессознательные желания, сводящиеся к известной диаде «Эрос и Танатос». У Шегона была тяга к извращённым удовольствиям вроде получения ненависти и разрушениям на Кондракаре и Замбале; его сражения с Вилл напоминали слабое подобие доминирования и недобровольного подчинения. «Сверх-Я» — это светлая сторона Мэтта, порой страдающего излишней застенчивостью. Его песня «Демон во мне» появилась не сколько не из-за Шегона в нём, сколько из-за тех внутренних блоков, мешавших ему реализовать собственные мечты.
Когда Нерисса уже почти собрала «старую гвардию», Тёмный Ангел осознал, что колдунья его использовала и скоро сплавит «на свалку». Возможно, именно из-за желания удержаться на этом свете Шегон решил избавиться от Вилл. Он был уверен, что от этого Нерисса сохранит его силы, и он сможет завладеть сознанием парня.
Мэтт смог победить внутреннего демона из-за моральной опоры в лице любимой девушки. Именно она не дала ему скатиться в окончательное зло, коим являлся Шегон. После победы над собой Олсен спел без репетиции «Власть любви», песню, посвящённую Вилл. Он ощущал эйфорию, именно поэтому его песню на той битве ансамблей оценили все зрители.
У Мэтта был выбор: или дальше продолжать быть злодеем Шегоном и нести разрушения, уничтожив последнюю надежду на возвращение в лице Вилл, или вернуть себе самого себя и жить счастливо с самыми близкими людьми, не скатываясь на самое дно. Выбор был сделан в пользу любви, и демон в нём в лице Шегона был повержен.
Вновь оперившись после получения сил Лиллиан, Олсен тогда говорил Вилл, что теперь он с ними. Он по-прежнему Мэтт и не питается ненавистью. И они идеально дополняют друг друга. Тем самым парень сказал, что больше он не бесполезный «Смешной Мэтт» и не злодей Шегон, хоть и сросся с его обликом. Теперь он полноценно может сражаться на пару со Стражницами, и ничто его не остановит. Если Вилл раньше не могла его убедить, что это опасно, то что говорить о том, когда он стал могущественным и мог себя защитить?
Вилл всегда беспокоилась за Мэтта. Даже когда он обрёл силу Шегона. Но и Мэтт беспокоится за любимую не меньше. Примечательны моменты, когда во время обвала потолка Заветного Города Меридиана и последующего отхода на Кондракар Ангел стоял в портале и ждал Вилл, пока она не подлетела. Или момент пробуждения ставшей сгустком молний и впавшей в кому Стражницы Мэтт нетерпеливо спрашивал, мол, почему не просыпаются. Если любовь сильна, то она порой побеждает даже смерть.
Ян Лин
Бабушка Хай Лин и бывшая Стражница Воздуха. Единственная Чародейка из «старой гвардии», оставшаяся на Земле. Как хранительница Сердца Кондракара, передала талисман новому поколению Стражниц, одной из которых является её внучка.
Возможно, в молодые годы Ян Лин была такой же неунывающей и бесстрашной, какой является сейчас. Ещё в молодые годы увидела всякое за столь долгий срок бытия Стражниц её поколения. Поэтому уже ничего и не страшно. На все приближающиеся опасности реагирует с юмором. Даже когда её Шегон чуть в помойку не бросил, Ян Лин телепортировалась и с некоей усмешкой в голосе об этом сообщила внучке.
Во время постоянных сражений Чародеек нового поколения с прихвостнями Фобоса, главным образом, с Седриком, Ян Лин иногда рассказывала девочкам лайфхаки — что ещё можно делать с волшебным Кристаллом? Посветить на старую карту Хитерфилда, чтобы увидеть расположение порталов, или создать астральных клонов на время их отсутствия. Бабушка могла дать совет, что-то рассказать об известном артефакте и поддержать Стражниц в их начинаниях.
Иногда Ян Лин подслушивала разговоры девочек, обсуждающих сложности магической деятельности. Так бабушка подсказала Стражницам обратиться к Оракул, чтобы та объяснила, почему повстанцы внезапно стали подчиняться Седрику, и так все узнали о роге Гипноса. А также по названию стихии поняла, что та старуха, преследующая девочек — бывшая Стражница Нерисса, с которой когда-то сражалась крыло о крыло.
Когда Нерисса собрала почти всю «старую гвардию», и дошла очередь до Ян Лин, внучка из-за неё страшно боялась, из-за чего кормила Тридарта и вместе с бабушкой с помощью Бланка метались по разным планетам, но Нерисса их очень быстро находила. Ян Лин говорила внучке, чтобы она сдерживала свой страх и не тревожилась за неё. Даже неприятно удивлялась, что внучка из-за неё бросила друзей. А паника — плохая советчица.
Ян Лин демонстрировала силу воли, когда Нерисса пыталась завербовать её. В отличие от бывшего Лидера Стражниц бабушка Хай Лин не жила прошлым и не стремилась вернуть полную силу и даже молодость. Насчёт последней Ян Лин заявила, что она и так горячая штучка. Поэтому Нерисса просто заточила бывшую Стражницу Воздуха в свою Печать и создала «неудачную» копию, которая согласилась ей служить.
Во время сидения в посохе Ян Лин научила Элион питать силы обратно. Когда Свет Меридиана и бывший Лидер Стражниц ругались, королева, Кэссиди, Галинор и Кадма пытались толпой напасть на Нериссу. Ян Лин и её двойник были единственными, кто не лез в драку и не пытался расправиться с колдуньей. Зная, что разборки и поиски крайнего ни к чему не приведут, бывшая Стражница Воздуха на пару с собственным клоном пытались утихомирить всех, ведь они должны жить в гармонии, чтобы выбраться из ловушки.
Только смущает одно — почему Ян Лин с того дня, как вручила Кристалл, более подробно не рассказала девочкам о том, как пользоваться силами? Они, как слепые котята, пытались сориентироваться, словно получили какой-то новый прибор, но инструкция к нему не приложена.
Ещё непонятен другой момент. Как Ян Лин тоже не сообразила, что кроме Бланка есть и другие проводники, кое-кто из которых может даже служить Фобосу? Что именно другой пасслинг мог вырвать из рук Вилл Кристалл и принести его князю. Бабушка застала «санитара помоек» за опустошением мусора и накричала на него. Видимо, была на эмоциях, поэтому не задалась вопросом — если он похитил Сердце Кондракара, то почему он тогда пришёл как ни в чём ни бывало домой и ест пищевые отходы, закусывая использованным пакетиком чая?
Самый страшный враг человека в первую очередь — он сам себе. И здесь не имеется в виду «демон в сознании». Кому-то удаётся сделать свой выбор, и только жизнь покажет, правильный ли он был. В мультсериале всё утрированно — вот добро, а вот зло. А что бывает, когда подобные испытания не зависят от чёрно-белой гаммы?
А в следующей части самое интересное. Ведь десерт приятнее оставить на потом.