На набережной Афанасия Никитина, в одном из самых красивых мест Твери, можно увидеть довольно неожиданный памятник. Глянцевая плитка постамента переходит в бурные волны, в которых тонут два моряка: один уже закрыл глаза (мертв или без сознания?), а второй из последних сил пытается удержать товарища. Скульптура посвящена подводникам советского и российского флота.
Казалось бы, причем тут Тверь – город наш совсем не морской? И почему скульптура так трагична?
Как ни удивительно, среди уроженцев Твери немало подводников, и в их числе – герои Великой Отечественной войны. Монумент, который был установлен по инициативе Союза ветеранов-подводников Тверской области, посвящен этим людям. С ними связана полная драматизма история, особенно ярко звучащая в День освобождения Калинина от немецко-фашистских захватчиков, которую наш город отмечает 16 декабря.
Дело в том, что в начале войны подлодки Балтийского, а потом и Северного флота оказались в опасном положении. Выходя в рейс, они буквально не знали, на какую базу будут возвращаться – настолько быстро все менялось и с такой скоростью продвигался противник. А сражаться приходилось не только с немцами, но и с финнами. И самым болезненным и опасным местом на севере был, конечно, блокадный Ленинград.
Подводникам приходилось не только топить вражеские суда, но и поставлять в осажденный город мазут и солярку, проходя на покрашенной в белый цвет подлодке подо льдом залива. Многим балтийцам пришлось зимовать на Неве и пережить ужасы блокады вместе с ленинградцами. Но главной задачей все-таки были вражеские коммуникации. И неприятностей противнику удавалось доставить немало, причем в адских условиях, и дело было не только в мощных укреплениях, стальных тросах и донных минах. Флот не знал передышек. В норме подводники при выходе на позицию и при возвращении на базу могут отдохнуть, но тут такой возможности не было с момента выхода от пирса и до самого конца похода.
Неудивительно, что только по официальным данным за время войны больше ста двадцати подлодок не вернулись из рейса. На семидесяти из них служили уроженцы Калинина, больше ста пятидесяти человек погибли в море.
Одним из тех, кто получил Звезду Героя посмертно, был автор цитаты, высеченной на памятнике: «Нигде и никогда не было такого равенства перед лицом смерти, как в подводной лодке, где либо все погибают, либо все выживают». Он, правда, был не из Калинина – Магомет Гаджиев, командир 1-го дивизиона бригады подлодок Северного флота, родился в Дагестане и, по разным версиям, был аварцем, даргинцем или лакцем. Неудивительно, что сразу несколько народов оспаривали происхождение Гаджиева: он стал первым дагестанцем – Героем Советского Союза, под его началом и сражались многие наши земляки. Магомет Гаджиев погиб вместе со всем своим экипажем в 1942 году.
Однако жертвы были не напрасны: во многом именно благодаря Северному и Балтийскому флоту Советскому Союзу удалось удержать Ленинград. Ни минные заграждения, ни операции германского военно-морского флота, кригсмарине, не смогли остановить подводников.
Интересно, что вторая цитата на памятнике тоже отсылает к Ленинграду. На нем высечен такой текст:
Здесь нет их имен,
Но ничто не забыто,
Ни подвиг бессмертный,
Ни имена,
И память о них,
Не вернувшихся с битвы,
В сердцах поколений
На все времена.
Фраза «ничто не забыто» напоминает о знаменитом стихотворении Ольги Берггольц, но автор этих строк, конечно, не она. Эти строки, которые часто воспроизводят на памятниках героям Великой Отечественной войны, написал вовсе не поэт, а инженер завода «Экономайзер» Рубанов. И впервые появились они как раз на памятнике ленинградским рабочим, жертвам войны и блокады – тем, за кого выходили в рейсы подводники. Он был поставлен в 1975 году, и в специальную нишу, закрытую металлической пластиной, заложено письмо к потомкам с просьбой вскрыть его через 50 лет – в 2025 году.
Так что нет ничего удивительного в трагичности тверского монумента: он напоминает о страшных событиях. И в образах людей и составляющих часть композиции реальных боеприпасах слышатся не победоносные бравурные мотивы, а печальные темы реквиема. Сам скульптор, Евгений Антонов, родился в Калинине в первый послевоенный год, и он хорошо понимает трагедию Великой Отечественной.