– Вы долго и плотно общались с Абрамовичем.
– Действительно. Он был одним из руководителей фонда «Национальная академия футбола», который финансировал академию в Тольятти. Я там работал.
Часто он вызывал меня на какие-то встречи, мы несколько раз были в Англии. Были большие возможности для стажировок и матчевых встреч.
Много раз мы встречались и в Москве просто для того, чтобы рассказать о ситуации в академии.
– Это довольно странно. У Абрамовича много компаний, да, было большое внимание к футболу. Но чтобы он общался с тренером из Академии Коноплева – это удивительно. Неужели, вы говорили о воспитанниках академии?
– Да, и о воспитанниках, и о возможном развитии.
– Я слышал, что он с вами обсуждал и «Челси», ваше мнение спрашивал, интересовался вашим мнением.
– Наверное, все-таки интересовался, чтобы советы давать… Ему было интересно мнение со стороны. Мне всегда льстило, что его интересовало мое мнение.
Я еще до прихода Абрамовича в академию смотрел и изучал все игры «Челси», потому что когда к ним пришел Моуринью – это было что-то новое, свежее.
Немножечко жизнь несправедлива. То, как у него забрали «Челси», – некрасиво. За то, что он сделал для этого проекта, думаю, даже в столь сложной для нас с точки зрения политики страны болельщики «Челси» будут его любить. Это было не просто вложение денег, а вложение и знаний, и души.
– А правда, что он вам по какому-то поводу подарил машину?
– Да. Наверное, в тот момент, когда я мог уйти, но остался в Академии. Был важный момент для Академии – надо было развиваться.
На самом деле не было такого, что «мы дадим тебе машину, если не уйдешь». Попросили не уходить, я не ушел. И дальше получилось, что меня отблагодарили.
– Это Audi Q7?
– Audi Q5, – сказал тренер «Крыльев Советов» Осинькин в интервью Нобелю Арустамяну.
Укажете на карте, где сделан этот кадр? В нашей новой географической игре
