Как бы Вика не хотела продолжать жить дальше с Кириллом ей пришлось все-таки съехать от него - мать поставила слишком категоричное условие.
- Вика, у тебя растет сын, берись наконец за ум, хватит дурака валять! - разозлилась мать и женщине пришлось подчиниться.
Когда она собирала свой чемодан со слезами на глазах, Кирилл едко заметил:
- Ты еще приползешь! А мать твоя лезет везде, куда ее не просят, ей-то какое дело вообще? - зло сказал он.
Продолжение рассказа: "Разбитые мечты"
Начало
Предыдущая глава
Глава 45.
- В отличие от тебя она за меня переживает! - возмутилась Виктория, сложив руки на груди.
- Переживает, надо же! Именно поэтому ты сейчас плачешь и не хочешь меня бросать? Да только твое ли это желание, Вика? - подначивал ее Кирилл, но женщина лишь сжала губы.
- Вернусь, если ты примешь меня с ребенком, - только и ответила она, закрывая свой чемодан.
Кирилл хмыкнул.
- Извини, мне не нужны лишние проблемы, - спустя еще минуту наконец ответил он, а Вика тут же ему возразила.
- Вот и все! Ты все сказал! Тебе не нужны лишние проблемы! Ты меня не любишь, я тебе не нужна, мой ребенок тебе не нужен и он обуза для тебя! - выкрикнула она, вновь начиная плакать и утирать слезы руками.
Кирилл взял женщину за плечи и развернул ее лицом к себе.
- Послушай, Вика, - твердо сказал он, - я не готов. Я мог бы тебе соврать и сказать, что хочу, но нет, а я с тобой честен, так что цени это, - с пафосом сказал он, а Вика лишь посмотрела в его важно-надувшееся от собственного самомнения лицо и горько усмехнулась - надо же как он заговорил! Честный, блин! А она и правда видимо слепая влюбленная дура...
И все-таки, несмотря на то, что между ними происходило, уходить Вике было тяжело. Она успела привязаться и полюбить Кирилла за этот небольшой срок. И неизвестно, сможет ли она полюбить кого-то еще, по крайней мере сейчас ей думалось именно так.
***
Алена же продолжала жить с Гансом. Правда совместное проживание было не из приятных. Из-за всех переживаний Алена потеряла сон - когда Ганс уходил в ночную смену она долго не могла уснуть, часто у нее были панические атаки. На нее мог внезапно накатить страх, у нее сильно начинало биться сердце, готовое просто вылететь из груди, ей не хватало воздуха. Алена мучилась, не могла уснуть, пыталась читать книгу или слушать подкасты на немецком языке, но сон все равно не шел. Как правило, засыпала Алена уже измученная недосыпом и нервами ближе к утру. А к этому моменту домой как раз возвращался Ганс.
Как-то раз он пришел в 7 утра и удивился, что Алена еще в постели.
- Почему не встречаешь мужа, ты что - не выспалась? Наверняка же легла рано, а я работал... - проворчал мужчина.
- Я не могла уснуть, - устало потерла глаза Алена.
- Больше работать надо, тогда и спать будешь хорошо, - проворчал Ганс и заявил Алене, - поставь чайник и сделай мне завтрак.
Алена быстро встала, умылась, наспех заколола волосы и пошла делать завтрак Гансу. Завтрак немец любил плотный - как правило, это была жареная картошка (у Алены осталась со вчера), мясо или сосиски с яйцами. Алена выудила из холодильника две толстые увесистые сардельки и три яйца. Быстро все это смешала с картошкой и подала Гансу. Сама она решила ограничиться обычным кофе - аппетита у нее не было.
Ганс с удовольствием принялся за еду. С набитым ртом он ей сообщил, что они скоро едут на пикник.
- Следующие выходные тебе надо подготовиться, будет еще теплая погода, дочь поедет с нами. Съездим в парк, отдохнем, ей нужны положительные эмоции, - сказал мужчина.
Он как будто до сих пор переживал за тот раз, когда Клавдия подвернула ногу, хотя с ней давно уже все было в порядке. Алена вздохнула - у нее что-то не было особого желания никуда ехать вместе с дочерью мужа, но она лишь согласно кивнула головой и сказала:
- Хорошо, я все сделаю. И Ганс, удовлетворенно хмыкнув, продолжил дальше наворачивать свою яичницу с сардельками.