Жерар Депардье много что себе позволял – и не только в личных отношениях. А теперь в статье для Figaro ему приходится оправдываться из-за обвинений в изнасиловании. Актера, по его собственным словам, подвергли суду Линча, и теперь он хочет рассказать правду.
Вот уже несколько месяцев я не могу согласиться ни с чем из того, что я слышу и читаю о себе.
Сначала я хотел наплевать на это, но нет, не получается.
Читайте ИноСМИ в нашем канале в Telegram
Я задет тем, что слышу о себе. Хуже того, это может заставить меня угаснуть раньше времени.
Я больше не могу петь песни Барбары, потому что женщина, которая хотела петь их со мной, обвинила меня в изнасиловании.
И вот, я хочу сказать вам правду.
Никогда, никогда в моей жизни я не насиловал ни одну женщину.
Обидеть женщину – это было бы так же ужасно для меня, как наносить удары ногой в живот собственной матери.
Просто однажды ко мне зашла женщина: в первый раз, легкой походкой, она зашла в мою спальню. А теперь она говорит, что я ее изнасиловал.
Потом она вернулась еще раз.
Никогда между нами не было ни принуждения, ни насилия, ни протестов.
Она хотела петь со мной песни певицы Барбары – знаменитую песню Зимнего Цирка. Но я ей сказал "Нет".
А она написала на меня заявление.
А теперь говорят: я ее принуждал.
Послушайте, нас всех все время к чему-то принуждают.
Я и сам под принуждением: генокод, семья, общество, спектакли, деньги, алкоголь и кино – все это давило на меня и в конце концов слепило мою натуру.
Так что если эта женщина и была под принуждением, то давление исходило от нее самой. Я на нее не давил никогда.
Уж такой я всегда был всю жизнь: провокатор, "беспредельщик", иногда противный.
Я часто делал то, на что никто не решался: доходить до грани, потрясать основы и привычки. А когда я оказывался между молотом и наковальней, я смеялся. И смешил других.
Но в этот раз мир не рассмеялся.
Но я всего лишь хотел пожить в настоящем, почувствовать настоящее. И если при этом я кого-то ранил, обидел или шокировал – я прошу простить меня. Я никогда никому не хотел сделать зла, когда вел себя как ребенок, дурачащийся на публике.
Но я не насильник и вообще не хищник по натуре.
Я всего лишь мужчина. Но в чем-то я еще и женщина. Я пою, но я еще и воспеваю женщину – певицу Барбару.
Почему все это можно: смотреть концерты экстремистов, не поводя бровью, потрясать клеветническими плакатами, вести себя как вандал, пачкая все вокруг и всем затыкая рты? Почему можно противным ором прерывать песни той же Барбары? Она была феминисткой в высоком смысле, вести себя так с ее памятью – это значит второй раз зарывать ее в землю.
Но с некоторых пор я больше не могу призывать других услышать ее голос.
Трибунал средств массовой информации подверг меня суду Линча – и для зашиты у меня осталось только мое слово.
Автор статьи: Жерар Депардье (Gérard Depardieu)