Тот, кто живет в стеклянном доме, не должен бросаться камнями в других.
Эти слова английского писателя Роберта Льюиса Стивенсона следовало бы вспомнить принцу Гарри еще тогда, когда он отправлялся на интервью к Опре Уинфри. А уж перед написанием своих "мемуаров" и подавно.
Впрочем, вряд ли Гарри когда-нибудь слышал эту фразу, как вряд ли он слышал и о самом писателе.
И вряд ли он предполагал, что обвиняя свою семью, друзей, прессу, придворных во всех своих вымышленных бедах, рассказывая "свою правду", он тоже может получить в ответ обвинения.
Только это будут реальные обвинения, а не неловкие истории о лишней сосиске или разбитой собачьей миске.
Наверняка, королевская семья долго сдерживала "водопад" негатива, который накопили за эти годы все, кто пересекался на своем жизненном пути с принцем Гарри.
Но, похоже, эти времена закончились.
Последней "каплей", вероятно, оказалась книга "Финал".
Откровения так или иначе причастных к жизни Гарри в "домегановский" период в последний месяц полились на страницы британской прессы "бурной рекой".
Так, теперь попала в прессу история о том, как Гарри, будучи еще совсем молодым человеком, совершенно неподобающим образом вел себя на вечеринке по случаю дня рождения в Badminton House.
Сначала он, вроде бы случайно, швырнул одну девушку в бассейн.
Затем он взял еще одну, затем еще одну девушку, а затем еще одну девушку, и он был похож на водителя грузовика, который загружает мешки с углем в кузов, прежде чем торжественно вернуться назад, чтобы забрать еще одну.
Эту историю рассказал не кто-нибудь, а герцог Бофорт, присутствовавший на том самой вечеринке, которая проходила в резиденции герцогов Бофорт.
***
Генри Джон Фицрой Сомерсет принадлежит к одной из знатнейших семей Великобритании. Сомерсеты являются побочной ветвью королевской династии Плантагенетов и с 1682 года носят титул герцогов Бофорт.
***
К счастью, дворецкий моего отца был там, схватил его за шкирку и увез, - так завершает герцог историю с бассейном.
Вероятно, Гарри, думал, что его буйство было развлечением. Но вряд ли с ним были согласны промокшие девушки.
И вряд ли он потом спросил у них, в порядке ли они.