О трудной жизни рэперов-иноагентов Башкирии

На днях в СМИ Башкирии мельком прошла информация, что судебные приставы-исполнители республики ведут поиски какого-нибудь имущества уфимского рэпера Фейса, признанного иноагентом.

А ведь тинейджеры и его имени-то не знали. А имечко у него — Ва-а-анечка, фамилия — Дремин. Снаружи — прямо стопроцентный россиянин, но англосаксонского разлива.

Популярность у несовершеннолетних сначала в Башкирии, а потом и в России он завоевал благодаря прыщавым бунтарским речитативам, внезапным юношеским открытиям о мерзости жизни в России. Ну, мерзкая она, понимаете, вам это любой 26-летний неповзрослевший подросток скажет. Надо учиться, работать, вкалывать, как-то приноравливаться к социуму. А тут сразу славы хочется и денег. А тут как раз в тренде — «подлая Россия».

Его отец Тимофей Дремин, тоже блогер и медийный человек, воспитывал 26-летнего Ванечку в атмосфере максимальной расхристанности, свободы от уважения к Родине и соотечественникам. Дремин наколол на юном челе всякие тату (признак жажды внимания любым способом) то отращивал, то сбривал шевелюру, мазал лицо кровью, вернее, краской. В общем, испробовал весь набор дешевого эпатажа молодых жертв фондов ЦРУ.

Когда это не помогло, он присягнул на верность навальнятам, за деньги или нет, доподлинно неизвестно.

Когда мошенник-иноагент Навальный объявил в колонии забастовку, Дремин на одном из митингов в Москве устроил настоящую истерику, убеждая себя и других, что Навального в тюрьме «убивают». Сейчас, кстати, Навальный трескает от пуза, читает в СМИ редкие заметки про свою подзабытую возню и страдает от невозможности гадить в интернете.

Ваньке с англосаксонскими микрочипами в голове вменяют задолженность за непогашенный штраф в размере 30 тысяч рублей. Для миллионера Фейса — это сущая ерунда, но дело в принципе. Переформатировался в американца, начал писать мерзости про страну — плати и проваливай в свой англосаксонский мир.

Это там ты Фейс, здесь ты являешься мелким правонарушителем Дреминым.

Что происходит сейчас с нашими подростками, наглядно показывает недавний случай с еще одним недалеким бубнежником Шарлотом.

Пранкеры Вован и Лексус убедили его сжечь российский паспорт, попрыгать, как это делали на киевском майдане. В принципе, за деньги он мог пойти на что угодно. Но как этот кудрявый позор мог с помощью пошлой белиберды завоевать столько юных поклонников, получать такие высокие гонорары от интернет-гигантов, иметь миллионные просмотры? Что стало с музыкальным вкусом наших детей?

Мои знакомые преподаватели музыкальных студий, курсов игры на гитаре рассказывают, что детки, почти все, как один, беря в руки шестиструнку, начинают бездарно бубнить пошлятину Моргенштерна. На двух аккордах. Не могут попасть в тональность, артикуляция на нуле.

Однако постепенно преподаватели, воспитанные на лучших образцах зарубежной и отечественной музыки, объясняют им, что такое — петь по-настоящему. И со временем вместо монотонной долбежки с циничными текстами они начинают петь «Естудей». Спустя месяц-другой в их репертуаре появляется песня Шамана «Я — русский» и другие. Шаг за шагом идет переформатирование. И вот первые школьные концерты, конкурсы патриотической песни, первые победы. А, может, не все еще потеряно?