"И светлые песни Грига переполняют их..." (из туристического фольклора).
Боясь кого-то обидеть, предположу, что вряд ли кто-то из путешествующих с рюкзаком по сибирской тайге напевает про себя мелодии Грига. В той среде больше Митяев рулит: "Как здорово, что все мы тут" и так далее. Но не будем о грустном...
Переслушивая недавно эту пластинку, обратил внимание, что музыка с неё очень мне напоминает (в хорошем смысле) симфонию № 3 ("Шотландскую") Феликса Мендельсона (но не пугайтесь - виниловых пластинок Мендельсона у меня нет! Пока нет.) Да и то сказать, оба они - и Григ, и Мендельсон - яркие представители музыкального романтизма. Со всеми вытекающими.
Кстати, свои любимые вещи из классики (и не только), при отсутствии в коллекции виниловой версии, я слушаю с хорошего плеера в т.н. формате lossless, то есть без потерь качества. Честно скажу, при наличии достойной акустики (наушников), формат MP3 даже рядом не лежал!
Ладно.
Между прочим, пластинку Грига (так же как и некоторые другие в моей коллекции) мне пришлось покупать в самом бюджетном варианте - простой бумажный конверт с круглой дырочкой посредине. Никаких текстов и картинок. Так что, между делом, я ещё тогда наделал для таких дисков "hand-made" конвертов из картона:
40 лето прошло - а всё как новые!
Но для публикации здесь, на этом канале, специально поискал в Интернете картинку фирменного конверта. Насколько я могу судить, содержание то же самое. По крайней мере, есть, что почитать:
***
23 января 1874 года великий норвежский драматург Генрик Ибсен обратился к Эдварду Григу с просьбой написать музыку к драматической поэме «Пер Гюнт», которую он готовил к сценической постановке.
Так возникло одно из замечательных произведений выдающегося норвежского композитора.
Партитура была закончена 16 апреля 1875 года в Лейнциге и послана в Кристианийский театр, где 84 февраля 1876 года состоялась первая постановка пьесы. Этот день можно считать днем второго рождения драмы Ибсена, началом её мировой славы. Триумф драматурга разделил и композитор. Норвежская пресса отметила выдающееся значение музыки Грига.
После блестящего успеха «Пера Гюнта» Григ все ещё не считал свою работу вполне законченной. Он несколько раз переделывал партитуру и в окончательном варианте внёс в нее ряд существенных изменений.
Завершением работы Грига над пьесой Ибсена явились две оркестровые сюиты: соч. 46 (1888 г.) и соч. 55 (1891 г.).
В эти сюиты композитор включил отдельные номера партитуры (8 из 23-х), носившие более или менее самостоятельный характер. Огромный успех первой сюиты "Пер Гюнт", исполненной впервые в 1889 году в Берлине, пробудил новый интерес к творчеству обоих норвежских мастеров; вскоре эта
сюита сделалась едва ли не самым любимым и популярным произведением у исполнителей и любителей музыки.
Три основные линии, определяющие характер музыки Грига к «Перу Гюнту», — народный быт, фантастика, лирика — выступают в едином, органическом синтезе. Фантастика «Пера Гюнта> — мир троллей и горных духов — воспринята Григом с большой непосредственностью. в духе народной
норвежской сказки. Народно-песенное начало господствует и в лирике «Пера Гюнта» — по-триговски теплой, сердечной и нежной. Общим для всех музыкальных картин, составляющих композицию «Пера Гюнта», остается их национально-народный характер.
Особое место в музыке Грига и драме Ибсена занимают танцы 4-го, «арабского» акта, своеобразно трактованные композитором.
В первую сюиту включены следующие номера:
№ 1. Утро. Эта картина первоначально была задумана как вступление к пятой сцене четвертого действия (раннее утро в пустыне). Затем Григ придал этому антракту более самостоятельное, обособленное значение. По своему образному
содержанию «Утро», отнюдь не является вступлением к четвертому, арабскому» акту, а скорее звучит как послесловие к первым, «норвежским» актам драмы. «Эту пьесу нужно рассматривать просто как музыку, в которой все зависит от
музыкального исполнения, - писал Григ. - Это - настроение утренней природы, где, как мне кажется, при первом же форте солнце прорывается сквозь облака». Музыка «Утра» пронизанная пасторальными, идиллическими напевами, дышит не знойной атмосферой Востока, а свежестью северного утра. Очарование этой музыки — в тонкой игре тембров и светлых, сияющих гармонических красок. Пасторальный дуэт флейты и гобоя, а затем тёплое звучание струнных, пение валторны и щебетанье флейт рисуют картину пробуждающейся природы.
№ 2. Смерть Озе. Глубоко, трогателен у Грига образ матери Пера, крестьянки Озе. Композитор воплотил в возвышенной музыке «Смерти Озе» глубину человеческой скорби, неисчерпаемую силу и нежность материнской любви. По указанию Грига, музыка «Смерти Озе» должна была исполняться в спектакле два раза: сначала в качестве самостоятельного антракта перед четвертой картиной (в комнате Озе), затем в сцене Пера с умирающей матерью. В этой сцене музыка
звучит как оттеняющий фон для драматического диалога и приобретает значение контраста к словам Пера, который своими поэтическими вымыслами заставляет больную мать забыть о тяжелой действительности.
Лети, вороной! У дворцовых ворот.
Толпа, и трещит под напором ограда.
Пер Гюнт подкатил — расступайся, народ!
Нельзя ли впустить мою мать поскорее?
Великим, поэтом-лириком предстаёт композитор в «Смерти Озе>. Маленькая симфоническая прелюдия поражает возвышенной, строгой красотой. Она проста, как народная песнь, немногословна, как поэтическая эпитафия. Пьеса Григ с гениальной проникновенностью выражает трагизм ‘уходящей человеческой жизни.
№ 3. Танец Анитры. Дочь вождя бедуинов Анитра, обрисованная у Ибсена с оттенком злого сарказма, издевательства над её духовным убожеством, в музыке Грига становится воплощением пленительной грации и’ утонченного изящества. Ее пляска легка и послушна. Интонационный и гармонический склад музыки указывает скорее на норвежские истоки. Композитор совсем не преследовал здесь этнографических задач. Едва ли не самая ценная сторона «Танца Анитры» — это оркестровка. Григ добивается красочного разнообразия нюансов при самых ограниченных средствах оркестра. Танец написан для небольшого струнного состава оркестра с добавлением легкого, звенящего тембра треугольника. Этим составом композитор пользуется с редким мастерством. Всегда строгий к себе, Григ считал особенно удачной инструментовку этого танца.
№ 4. В пещере горного короля. Второе «фантастическое» действие драмы наиболее насыщено музыкой. Центром этого действия является знаменитое интермеццо «В пещере горного короля» (вступление к шестой картине второго действия). «Доврская, пещера» Грига — не только сказочная картинна. Это целый мир суровой и неприступной торной ‘природы, таящей в себе могучую и грозную силу. - мир, о котором говорит Ибсен в одном из своих стихотворений:
Верил я, сходя впервые.
В недра мрачные, земные:
Духи тьмы там, в глубине
Тайну тайн откроют мне.
Мрачное шествие «духов тьмы», подобно надвигающейся лавине, развертывается в музыке Грига. Маршеобразная тема народного характера (в её основе - подлинная мелодия народной песни шотландского происхождения) разрабатывается в форме динамических вариаций, с мощным нарастанием к концу. Эффект постепенного нарастания создается как усилением динамики, так и ускорением темпа, а главное — последовательным «напластованием» тембров и сгущением красок оркестра. Этим достигается поистине страшное впечатление надвигающейся «злой силы», готовой всё сокрушить на своем пути.
Вторая сюита
№1. Жалоба Ингрид — выразительное лирико-патетическое вступление ко второму акту. (Начало второго акта — утро в торах, сцена Пера с Ингрид — еще не связано непосредственно с образами народной фантастики). Образ влюбленной в Пера и брошенной им девушки в музыке Грига далеко не отвечает прозаическому характеру ибсеновской Ингрид. дочки деревенского богача. Ингрид у Грига - трогательная в своей женственности «покинутая Маргарита». Её скорбь возвышенна и прекрасна. Свободно льющаяся мелодия скрипок составляет основу этого чудесного антракта. Контрастом служит обрамляющая антракт тема Пера, взятая из вступления к первому действию. Это характеристика юного, озорного Пера, родственная народному танцу, Однако новая гармонизация этой темы придаёт ей тревожный. мрачный ‘оттенок.
№ 2. Арабский танец. В этом колоритном танце Григ иначе трактует тему Востока, нежели в «Танце Анитры». «Арабский Танец - картина «экзотического». далекого Востока, в достаточной мере условного, как условен этот Восток и у
Ибсена. Характер причудливой, слегка гротескной восточной пляски, с резким свистящим тембром флейты-пикколо и ударами большого «турецкого» барабана, отчетливо выступает в музыке, рисующей поклонение арабских девушек «пророку» Перу.
№ 3. Возвращение Пера Гюнта. В музыке заключительного, пятого акта доминирует философская, психологическая линия драмы: жизненный путь героя приходит и трагическому концу. Открывающее это действие симфоническое вступление («Возвращение Пера Гюнта на родину») предвещает грозные, неотвратимые события. Образы природы здесь приобретают символический смысл. Фанфарные возгласы, свистящие взлеты хроматических гамм и беспокойное тремоло струнных рисуют картину бури на море.
№ 4. Песня Сольвейг - одно из самых совершенных творений Грига. сохранившее всю первозданную свежесть народных напевов (множество подлинных норвежских и шведских народных мелодий родственны песне Сольвейг). В образе светлой, «солнечной» Сольвейг - простой и чистой
крестьянской девушки, полюбившей бесхарактерного, эгоистичного Пера - фантазера и затейника воплощен мир возвышенных чувств. Образ Сольвейг стоит в центре музыкальной концепции Грига. Не случайно именно «песней Сольвейг» Григ начал сочинение «Пера Гюнта», а затем придал этому простому напеву значение лейттемы произведения. Эта элегически-задумчивая песня, прозвучав в оркестровом вступлении, вновь возвращается затем в музыке третьего, четвертого и пятого антов. Полная чарующей простоты, она господствует в музыке «Пера Гюнта» как утверждение высоких, прекрасных человеческих чувств. Впервые полностью звучит «Песня Сольвейг» в третьем акте, перед сценой Пера и Сольвейг. Оба куплета песни с припевом исполняются ‘группой первых скрипок, под аккомпанемент всех струнных и арфы. Далее, в четвёртом акте та же песня повторена уже в качестве вокального номера: ее поёт Сольвейг, ожидая далёкого и любимого Пера. В «Песне Сольвейг» есть и непринужденность народных напевов, и элегическая, щемящая сердце грусть, и хрупкая, женственная грация, особенно пленительная в оживленном танцевальном припеве.
Лирическая сюита соч. 54 - оркестровый вариант пятой тетради «Лирических пьес». написанной Григом в 1891 году. Вскоре после создания пятой тетради известный дирижер вагнерианец Антон Зейдль сделал оркестровое переложение трех пьес Грига («Норвежский крестьянский марш», «Ноктюрн», «Шествие троллей») и затем исполнил сюиту в Нью-Йорке. Грига не удовлетворила оркестровка Зейдля, которую он считал слишком перегруженной, по-вагнеровски «роскошной». В 1904 году он существенно переделал партитур (экземпляр с поправками Грига хранится в Бергенской публичной библиотеке), а также включил в сюиту еще один номер — лирическую пьесу «Мальчик-пастух» (в собственной оркестровке. В таком виде четырехчастный цикл был опубликован под названием «Лирическая сюита».
Каждая из пьес «Лирической сюиты» вносит новое в григовскую «поэзию севера». Первая пьеса — «Мальчик пастух» переносит нас в горы Норвегии. Это меланхолическая картина северной природы. задумчивая элегия-пастораль.
А за нею — здоровая, терпкая музыка крестьянского танца-шествия «Гангара» («Норвежский крестьянский марш»), с его упругой синкопированной ритмикой, колоритными гармоническими жестокостями и ясной диатоникой, полнокровное, сочное, глубоко реалистическое воплощение народной тематики.
Как и в других своих народных танцах, композитор. рисуя картину приближающегося шествия, применяет здесь вариационную форму с последовательным динамическим нарастанием.
В спокойном мажорном «Ноктюрне» восторженное созерцание красоты чарует, завораживает слух. Классически-стройный по форме. «Нонтюрн» Грига поражает гармоническим соответствием всех элементов музыкальной речи. Не знаешь, что более впечатляет: выразительность ли плавно парящей мелодии или волшебное очарование медлительно нисходящей гармонии; ритмическая свобода дыхания или живописность фортепианной фактуры, с её мерцающими переливами звонко-серебристых тремоло и трелей, таинственными отзвуками
лесных шорохов и перекличкой птичьих голосов. Все здесь подчинено задаче создания неподвижного. как бы застывшего образа.
Таинственное «Шествие гномов» продолжает традицию мрачных фантастических сцен «Пера Гюнта». Однако Григ вкладывает в эту миниатюру оттенок тонкого лукавого юмора.
(По книге 0. Левашовой «Эдвард Григ»)
«Рождественский — дирижер интеллектуального плана. Ясность музыкальной мысли неизменно влечёт его. Он испытывает искреннюю радость, соприкасаясь с произведениями, отличающимися отточенностью композиторского мастерства... Интеллектуализм ощущаешь не только в его исполнении, но и во всём его облике, в выборе программ, в манере репетировать, в подходе к изучаемому произведению... Большая роль интеллектуального начала совсем не означает, что творчество Рождественского лишено эмоционального заряда...» - пишет советский дирижёр и педагог Е. Рацер.
Народный артист РСФСР, лауреат Ленинской премии Геннадий Рождественский родился в 1931 году. Он закончил Московскую консерваторию по двум специальностям: фортепиано (класс профессора Л. Оборина) и дирижированию (класс профессора Н. Аносова). Двадцатилетним студентом дирижёр начал стажироваться в Большом театре. Впервые в истории крупнейшего театра страны за его пульт встал такой молодой дирижёр. С 1965 по 1970 год Рождественский являлся главным дирижёром Большого театра СССР. С 1961 по 1974 год музыкант возглавлял Большой симфонический оркестр Всесоюзного радио и телевидения.
Дирижёр широко гастролирует по стране и за рубежом. В его интерпретации записано на грампластинки большое число произведений самых различных жанров. Записи семи симфоний и балета "Золушка" С. Прокофьева, вокально-симфонических произведений Г. Свиридова получили золотые медали Французской академии грамзаписи имени Шарля Кро.
***
И послушать:
Пластинка "одного возраста" с ноктюрнами Шопена, но сохранилась гораздо лучше. И запись хорошая. Так что наслаждайтесь!
Принимаю, кстати, заявки-пожелания по поводу музыки. Не исключено, что есть у меня то, что Вам хотелось бы послушать. Не стесняемся!