День 5.
Ага, на следующее утро нас ждал "Авторский тур в Пустыню".
В 8:30 мы стояли у маленькой мечети ожидая появления экскурсовода и транспорта. Экскурсовод появилась быстрее, открыв потертую деревянную калитку в маленьком домике за углом и запустив нас внутрь небольшого дворика. Помощник тем временем вытаскивал багаж, две большие сумки, воду и газовую горелку с ведерным баллоном. Скоро всё было готово. Ожидали только бедуина с десятиместным джипом. В этом месте выяснилось что несмотря на обилие пикапов в городе очень мало полноприводных машин. Оказывается что для того чтобы привезти вездеход на Синай - нужно разрешение военной администрации. Ну то есть имеется четкая точка зрения: есть джип - можешь ездить по пустыне - наверняка террорист.
Вот поэтому этих машин на весь Дахаб, по пальцам пересчитать, а тех кто не косячит по договоренностям и того меньше.
- Ну, это бедуины, они тут все очень не спешные и расслабленные, поэтому их подгонять надо - то ли пожаловалась, то ли объяснила наш гид по имени Света. - Сулейман, ещё неплохой. И хлеб хорошо печёт! И тут же почти без перехода начала демонстрировать погоняние- Ну, Сулеймааан! Ну-у бы-ыстрее! Ну пожа-алуйста! ( Что-то на арабском)
Со стороны невозможно было сказать, возымело это какое-то действие или нет, водитель открыл задние двери и мы всеобщими усилиями загрузили туда экспедиционный хабар и свои рюкзачки и потом расселись сами на две длинные скамейки покрытые аутентичными ковриками. Сулейман закрыл задние дверцы снаружи и мы выехали на встречу приключениям. Сначала приключения заключались в том чтобы доехать до нужного места для подбора других пассажиров. Сулейман имел своё представление о маршруте, а гид - своё, короче он ехал не так как хотела Света, и та очень расстраивалась, стенала на смеси русского и арабского и ожесточенно жестикулировала. Водитель же вел себя в точности как задумчивое гужевое животное, которое знает все триста тропок в этом поселке, но идёт по тому по которому захотелось, а погонщик может кричать, выть, заламывать руки, призывать на помощь Пророка или тысячу демонов, но толку от этого не будет ни на грош. Арба все равно приедет на площадь тем путем на который свернул её неспешный водитель.
В процессе этой аутентичной прогулки мы собрали остальных участников регаты в наш кузовок и поехали в туристическую полицию, подавать заявку на пустыню. На Синае есть правило, что перед выездом из города нужно подать бумагу, дескать везу девять иностранцев в пустыню, обешаю вернуть в город в том же количестве.
Ну и заплатить естествено налог, подозреваю баксов сорок, хотя это может быть от поголовья зависит. Копеечка, к копеечке, а начальству- банька! Сулейман на удивление быстро обернулся с разрешением и мы наконец то поехали в пустыню.
Пустыня начинается там где кончается ирригация, тоесть почти сразу за городом. Но до настоящей надо ехать чуть дальше. Мы отскочили от города на один чек-поинт и километров на тридцать, после чего съехали с асфальта и поехали по песку. Схема экскурсии была следующая: джип забрасывал нас на какое то место и уезжал обходным путем встречать нас в следующей точке, а мы пешочком тёпали по тропе ожесточенно вертя головами, щелкая затворами фотоаппаратов и неистово восхищаясь окружающей красотой.
Эта традиция была нарушена только один раз, когда нас после обеда отвели на триста метров от машины и представили полосатой красоте, но об этом позже.
Первым номером нас познакомили с камушками которые встречаются на плато: показали кварц, яшму, сердолики и строго-настрого запретили что-то брать с собой. Весь Синай по словам экскурсовода когда-то был дном мирового океана, и от этого там столько окатышей, в просторечьи-гальки. С полезными ископаемыми там не задалось, ну тоесть на шельфе чуть севернее есть нефть, немного газа а так за исключением фараонских медных и бирюзовых рудников ничего толком нет. Точнее не так: всё есть но по три капли на табун, и в такой форме, что пока не придумали как это добывать.
Местная ископаемая овчинка не стоит выделки.
Местные жители же издревле были представлены кочевыми племенами, в нашем тысячелетии - это бедуины, а кто был до них - только Аллах ведает и то не точно.
В пустыне множество старых дряхлых гор, сточенных сначала океанскими волнами а потом ветром и погодой. Скалы, песок, скалы, и везде среди этой суровой природы что-то то растет, проглядывает ростками, поджидает случайного дождика иди хотя бы росы. Один из наших соэкскурсантов хвастался что из прошлого путешествия привез такую веточку и получил очень не требовательный куст для подоконника. Уехал ты к примеру на месяц и забыл про него, а ему хоть бы хны. Да, но мы как то камней нагребли, а вот про веточки не подумали, да и куда нам? Начнем по привычке поливать раз в неделю, а из него дерево вырастет к примеру. А куда нам дерево? И так места нет.
Лучше пускай дома, в пустыне колосится. В тутошних местах пустыня это аналог коробки со сказками, здесь петроглифы, там иероглифы, в двух местах нам порталы показывали действующие, один даже вроде как в Москву. А еще инопланетные блюдца припаркованы рядами, между ними внеземные пассажиры ходят и стреляют на курево. Земля кругом очень отзывчивая, если с поливом что-нить придумать то что хочешь сади: хоть помидоры, хоть яблоки, хоть анашу с опийным маком - всё отлично растёт и колосится, только поливать успевай и верблюжих кокандриев подбрасывай. А уж спрятать там что угодно можно, никогда не найдешь, хоть с собакой хоть с вертолётом.
Да-а, посмотрели мы значит петроглифы с баранами и верблюдами, пролезли по узкому ущелью, съездили в местный аналог североосетинского Города Мертвых, отбились правдами и неправдами от нашествия детей из соседней деревни, которые увидав джип немедленно прибыли к нашей делегации и разложили бисерные феньки и кошельки на продажу.
И наступило самое интересное время в любом походе - обед.
Когда мы в очередной раз дошли до джипа, там уже весело потрескивал костерок, и наш водитель пек на углях баклажаны и хлеб. Как он справлялся с баклажанами я не видел, но с хлебом дело было так: он замесил тесто из воды и муки, сделал из него здоровенную круглую лепешку. Потом сгреб весь жар в сторону и положил эту лепешку прямо на раскаленную землю, и засыпал её сверху углями. Потом взял палочку и через некоторое время начал постукивать по лепешке, ожидая видимо необходимого уровня звонкости ответа. Когда звук его удоволетворил, он вынул лепешку из углей, разломал на части и подал к столу. Было вкусно. Еще были свежие овощи, оливки, сыр, немного вполне приличной колбасы и звезда стола - бабугульмуш -странная субстанция из печеного баклажана и чего то похожего на хумус.
Поев, мы выпили бедуинского чая и приглтовились продолжать паломничество в пустыню.
На последок наз завезли на вершину самой высокой дюны на Синайском полуострове высотой в двести метров, и заставили спускаться вниз босиком. Тут впервые за всю экспедицию я услышал как жена отчаянное пищит и паникует. Оказывается ей как опытному горному туристу очень страшно спускаться по такому отвесному склону, вот просто так. Пришлось мне, как существу неотягощенному лишними знаниями о природе гор, взять её за руку, и аккуратно спустится вниз, единственное только в конце спуска налетев на выводок довольно дружелюбных камушков.
У подножия дюны мы увидели первую открытую воду в пустыне - небольшой водоем в чаше бывшего водопада. Дальше начиналось русло "вади" долины по которой в период дождя течет вода. Сейчас же это был вполне обычный каньон с печаным дном, единствено только гораздо более озелененный чем окружающие пространства. Когда мы начали свой путь по руслу солнце уже село и мы какое-то время шли в полной темноте, пока не услышали далекий гул мотора, а потом и увидели отблески автомобильных фар. Это бедуин Сулейман гнал свой белый ландкрузер нам на встречу.