Набор не всегда понятных слов, именуемый молитвой, – это тот самый инструмент, который производит мощнейшее возмущение среды потустороннего мира, заставляя духов злобы поначалу испытывать дискомфорт, потом боль и жжение, затем воспламеняться и гореть тем огнём, что существует в их мире. Практически на каждой отчитке с вербально-динамической манифестацией наступает момент, когда инферналы, находящиеся в пострадавших, начинают себя «тушить», дуя на конечности человеческого тела, в котором пребывают, или сбивают и стряхивают с себя невидимый сторонним наблюдателям огонь. Ограниченные своим местопребыванием, они не могут просто взять и удрать; им остаётся гореть до состояния ослабления связи с временным носителем – тогда-то и происходит их окончательный выход. Именно так действует на них правильно произнесённая из физического мира каноническая молитва – тот самый инструмент, которым, безусловно, нужно уметь пользоваться, как и любым другим инструментом. Представляю, как сейчас многие возмутятся, ведь я посягнул на святое, сведя нечто высокодуховное до уровня молотка. Постараюсь их успокоить: правила работы очень незатейливы; с ними справиться любой. Верующие воцерковлённые люди их уже используют правильно, и единственное, чего им подчас не хватает, так это молитвенного упорства. Они предпочитают формально-пассивное чтение, что именуется не очень хорошим термином «вычитка». Такое исполнение для силовой работы совершенно не годится, хотя и может быть использовано для предварительного «разогрева».
Итак, молитва тогда превращается в эффективный инструмент против духов злобы, когда все её слова отработаны на предмет правильности их произношения в соответствии с характерными ударениями, и читаются ровно, без торможений и остановок. Именно поэтому наиболее актуальные молитвы следует знать наизусть – только такой подход гарантирует ровное чтение, независимо от внешних факторов (необходимость перелистывать страницу; потеря нужной строки и поиск места остановки для возобновления чтения). Важным аспектом молитвы является её исполнение на богослужебном церковнославянском языке. Обычно тексты молитв в канонической литературе представлены русскими буквами в церковнославянском стиле с характерными ударениями. Это вызывает некоторое возмущение у непривычных к такой лексике людей, однако, как показали многочисленные эксперименты, использование молитв в переводе на русский язык при отчитке вызывает у бесов лишь злорадную ухмылку, переходящую в хохот с соответствующими комментариями, один из которых прозвучал так: «Ты бы мне ещё Пушкина почитал, ага!» Тут есть над чем поразмышлять. Казалось бы, по смысловому выражению тексты идентичны, только вот один производит эффект «воспламенения и горения», а другой нет. Я не знаю, чем это объясняется, но критерием истины остаётся практика, однозначно свидетельствующая о том, что молитва в переводе на общепринятый русский язык не функциональна с точки зрения воздействия на духов злобы. Она может быть полезна для полного понимания смыла текста, но в качестве силового инструмента совершенно непригодна.
Молитва, читаемая человеком вслух, – совсем не то, что та же молитва в исполнении тем же человеком в варианте аудиозаписи; проверялось многократно. Столь же важным является правильное накладывание крестного знамения. Всё-таки хорошо, что мы их не видим. Представьте себе состояние любого человека, которому они бы вдруг стали видны во всей своей мерзости и многообразии: носящиеся в воздухе, постоянно меняющие форму, нашёптывающие гадости и ссорящие людей, толкающие на преступления, облепляющие как репьи опустившихся алкоголиков, наркоманов и падших женщин, помогающие завязывать петли самоубийцам, подсказывающие места торговли «дурью», радующиеся любому человеческому горю и скачущие от восторга на похоронах, – обо всём этом они с гордостью рассказывают на допросах. Кто бы из людей смог это вынести? – да никто! Поэтому волею Отца нашего небесного мы их и не видим, да и не должны. Но знать о них просто необходимо.
Продолжение следует…