Что ж, вот и новая рабочая неделя. Осталось уже не так много до праздников, с одной стороны, а с другой – нагрузки много, и праздничное настроение как-то не очень пока что ощущается. Ну, всему своё время, как говорится.
Сегодня же расписание не самое плохое, в принципе. Занятия начинаются со второй пары, в 10.00, и заканчиваются в 14.30. Ну прелесть же! Это вам не семипарье. Пора всемирно известному чемпиону и передохнуть немного, заслужил.
Здравствуйте, Ваше Величество, доброе утро! Вижу, сердитесь Вы на меня, смотрите так сурово, словно вот-вот подожжёте взглядом. Ну это Вы зря. Я Вас ничем не обидел, ничего плохого не сделал, да и вообще ещё пригожусь Вам, поэтому не пытайтесь глазами прожечь во мне дырку, это неразумно. Завтрак Ваш, как видите, уже готов – и я наполнил царскую миску щедрой порцией заморских яств. И тут же Нюшенька сменила гнев на милость, погладить себя разрешила. Что ж, очень хорошо. А я потихоньку буду собираться на работу.
Погода сегодня нелётная, как говорится – ох и снегу намело, ступить некуда. Пока до храма знаний доберешься, уже устанешь, а ведь ещё столько трудов предстоит!
Началась вторая (по расписанию) пара. Помимо студентов группы, пришли ещё и двое должников. Одного из них простили и милостиво отпустили, у другой же было целых шесть долгов, но сдала она только три, остальные обещала в следующий раз принести.
- Можно презентацию показать, пожалуйста? – обратилась ко мне одна из студенток группы.
- Можно, конечно, - улыбнулся я: активность всегда приветствуется.
Прошло несколько минут, но юная дева так и шевельнулась. Я недоуменно посмотрел на нее, собираясь напомнить про презентацию, но тут она вновь задала вопрос:
- А презентацию показать можно?
Ну честное слово, как кошки, которые у порога встанут, и ни туда, ни сюда. Вздохнул я и велел ей идти к доске.
Презентация, к слову, была вполне себе неплоха. Что именно так смущало юную деву, я так и не понял.
На третью пару вновь нагрянули должники. Ну куда же без них в середине ноября-то. Надо же накопленные за семестр грехи исправлять.
Они ещё умудрились начать войну за место – кто-то сел за чью-то любимую парту, и понеслось… Насилу угомонил я предводителей парточных войск, дал задание студентам группы и велел должникам приступить к учебной исповеди.
- можно я уйду на последнюю парту? – окликнул меня внезапно один из юношей. – Там одногруппницы курсовой проект делают.
- Сиди на месте, - покачал головой я. – Будешь третьим лишним, мешать им будешь, сдай сперва свои долги.
Юноша меня не послушался – стоило мне отвернуться, метнулся за последнюю парту к тем одногруппницам. Это мне, конечно, пришлось не по душе.
Четвертая пара прошла довольно-таки мирно и спокойно. На ней присутствовал юноша, имеющий немалые способности к рисованию.
Как только он пришёл, я вручил ему лист бумаги.
- Зачем это? Что-то писать? Заявление какое-нибудь? А где ручка? – засуетился он.
- Писать не надо. Рисовать будешь, - усмехнулся я. – Скорее, тебе карандаш понадобится.
Юноша явно обрадовался. Вообще, он успевал на паре и порисовать, и меня послушать, и записать в тетрадь то, что нужно. Зато дисциплину не нарушал и не баловался, когда творил. Поэтому, как говорится, чем бы дитя ни тешилось…
А изобразить он решил своего товарища. Притом рисовал его как-то забавно, на мой взгляд, чуть ли не похожим на шкаф. Ну, он художник, и он так видит.