Заметка №15
Этнограф Сент-Ив Венсан, который прожил несколько лет в одном из племен ирокезов, вспоминает как трудно было объяснить индейцам цифры и цифровой ряд.
«Старый Вассавити очень недоверчиво следил как я в сотый раз считаю хемлок, сосну и клен и вытягиваю три пальца - три, понимаешь ли, три дерева.
Что такое дерево, недоумевал он. Дерево это дерево, кричал я, хлопая по сосне. Погоди, остановил меня индеец, ты хлопаешь не по своему «дереву», а по сосне. Что тут поделаешь? Ты согласен, старик, что клен это не медведь. Вассавити объявил, что в жизни не слышал подобной чепухи. Потом рассказал, как на его глазах убегающий от охотников медведь обратился в клен, а потом, когда опасность миновала, стряхнул с себя кору, листья и неторопливо удалился.
Я растерянно молчал. Старый Вассавити покачал головой и принялся меня поучать. Число три, провозгласил он, нельзя показывать на пальцах - это знак черного колдовства.
Вот смотри, заключил индейский мудрец, сосна, хемлок и клен часто враждуют меж собой, какие уж тут числа. Но вот белка на сосне, а также гнездо ворона. Сосна, ворон и белка очень дружат, можно сказать, одна семья. Вот тебе число три. А твои деревья... Вассавити махнул рукой и побрел в лес».
Вассавити продемонстрировал этнографу, что у него своя классификация мира. Поэтому математика, может быть и впишется в его концепцию, но неочевидных для европейского этнографа правил в ней будет куда больше.
По мнению антрополога Люсьена Леви-Брюля, человек традиционного общества далеко не глуп, как надменно полагали европейские колонизаторы, а просто живет в мире, где всё является следствием магических практик, действий богов и колдунов. Мир они контролируют с помощью ритуалов и обрядов, а не логических законов. Эти люди по мнению Леви-Брюля «непроницаемы» для научной картины мира, но они прекрасно опираются на мифологические конструкты.
Они не отделяют себя от природы, а несут с ней связь через божество, тотема. Для них очевидно, что предмет или человек может быть здесь, но в тоже время может находиться и в другом месте. Любая болезнь - это происки колдуна, а удача на охоте будет сопутствовать, если только опираться на строгие ритуалы.
Например, тотемом многих славянских племен был медведь. На него можно было охотиться, но его лапу не ели никогда. Ее захоранивали вместе с остальными костями животного. Сохраненная медвежья лапа была гарантией того, что сакральный зверь возродится, а вместе с ним мир продолжит существование… Ничего не напоминает? Позже я расскажу более подробно про этот древний мифологический концепт.
Такой тип мышления Леви-Брюль и обозначил как «дологическое мышление», оперирующее «пред-понятиями» и «предсвязями». Его теорию критикуют, но верное зерно он уловил.
Вы подумаете, что современным цивилизованным людям такой тип мышления не грозит?
Половина страны выкладывает до сих пор деньги на растущую Луну, обращается к магам и ведьмам, отслеживает астрологические гороскопы, молится при тряске в самолете и кладет пятак под пятку, отправляясь на экзамен. Многие женщины считают, что причиной смерти члена семьи или его безбрачия был негодный цветок на подоконнике или близко посаженная ель к дому. Примеров множество…
Современные исследователи считают, что наше цивилизованное сознание похоже на мозаику или многослойный пирог: мы включаем магический, религиозный или научный режим восприятия в зависимости от ситуации.
А вот, что пишет об изначальной двусмысленности и парадоксальности человеческого сознания обожаемая мной филолог и профессор Самарского университета Софья Залмановна Агранович, к которой я ещё не один раз вернусь:
«Фантазии, заблуждения, сбои, неадекватность в отражении действительности, в соединении ее частей, в классификациях и типологиях оказываются не досадным браком и результатом несовершенства первобытного мышления и даже не следствием естественного дефицита позитивных знаний о мире, а необходимейшей составной частью развития чисто человеческого сознания.
Мы полагаем, что именно этот «хлам» явился основой становления прототеоретического, а затем и теоретического, понятийного мышления.
Абсолютно нормальный, беспредельно здравомыслящий, стопроцентно адекватный человек, в голове которого «хлам» и «мусор» полностью отсутствуют (таких, к счастью, практически не существует), никогда не понял бы не только Эйнштейна, но и самое примитивное произведение первобытного искусства, например наиболее ранний, как считают археологи, орнамент в виде крестика, который является и первичной моделью мира, и первичным отражением пространственных представлений человека, и первым солярным символом. А. Ахматова, вероятно, могла бы распространить свои знаменитые слова не только на поэзию, но и на всякую человеческую интеллектуальную деятельность: «Когда б вы знали, из какого сора…».
Вот именно такое сложное и творческое мышление стало гарантией того, что первобытный человек выжил в суровых условиях. Именно его двусмысленность, позже породит ещё и линию логического мышления, которым мы предпочитаем пользоваться сегодня.
Материалы:
- Агранович С.З., Березин С.В. Homo amphibolos. Археология сознания. 2005 г.
- Леви-Брюль Л. Сверхъестественное в первобытном мышлении.1994 г.
- Сент-Ив Венсан. Воззрения ирокезов на природу. 1972 г.