Найти в Дзене

Особые отношения татар со льдом и водой

Очень забавно, что иногда человек, который именно что не думает на втором языке, а переводит в голове, может усвоить какие-то закономерности совершенно "статистически", именно таким образом, как это делают носители, а потом поймать, что привычный способ что-то сказать совершенно не соответствует формальной грамматике (также, как и носители этого не замечают). Довольно простая штука, "изафеты", как связывается два существительных, обозначающих принадлежность одного предмета другому, и реализуемая в татарском 3 видами, все логично, ученики никогда не путаются: А не приходило ли вам в голову... Возьмем не очень распространенное татарское слово "сөңге", означающее копьё! 1. Одинның сөңгесе - копье Одина. Один тут в иялек килеше, татарский родительный падеж (Один-ның), а копье с притяжательным аффиксом -се, "сеңге-се", указывающим на принадлежность копья кому-то в третьем лице. Это копье - собственность Одина, оно ему принадлежит. 2. манара сөңгесе - шпиль башни, минарета (буквально копье м

Очень забавно, что иногда человек, который именно что не думает на втором языке, а переводит в голове, может усвоить какие-то закономерности совершенно "статистически", именно таким образом, как это делают носители, а потом поймать, что привычный способ что-то сказать совершенно не соответствует формальной грамматике (также, как и носители этого не замечают).

Довольно простая штука, "изафеты", как связывается два существительных, обозначающих принадлежность одного предмета другому, и реализуемая в татарском 3 видами, все логично, ученики никогда не путаются:

А не приходило ли вам в голову... Возьмем не очень распространенное татарское слово "сөңге", означающее копьё!

1. Одинның сөңгесе - копье Одина. Один тут в иялек килеше, татарский родительный падеж (Один-ның), а копье с притяжательным аффиксом -се, "сеңге-се", указывающим на принадлежность копья кому-то в третьем лице. Это копье - собственность Одина, оно ему принадлежит.

2. манара сөңгесе - шпиль башни, минарета (буквально копье минарета). Тут манара в баш килеш, именительном падеже. А сөңге-се опять с притяжательным аффиксом. Т.е. копье часть башни, но нельзя сказать, что башня владеет копьем, т.е. принадлежности нет. Напротив, башня описывает свойство копья, и даже более корректный оттенок перевода тут "башенный шпиль".

3. агач сөңге - деревянное копье. Оба слово, агач, дерево, и копье - в именительном падеже, потому что агач выступает материалом, из которого сделано копье.

А дальше следите за руками. Берем устойчивое выражение

боз сөңгесе - "копьё льда" или "ледяное копьё". Фраза построена, как будто лед выступает не материалом, а характеризует деталь льда или это копье обитает в этом льду, как в случае с башней - шпиль. На самом деле это, конечно же, сосулька. Забавно, но интуитивно когда я строю предложение со словами су (вода) и боз (лед) я не могу построить их по 3 изафету. Когда хотел сказать про ледовую переправу, то сказал "боз юлы", а не "боз юл" (ледяная дорога, т.е. дорога из льда), и поискал в интернете - везде "боз юлы". Но каменная дорога - "таш юл", по 3 типу. Интересно, что это скорее всего так устроено обучение мозга на примерах. Дело в том, что со словами "су" и "боз" неимоверно много сочетаний по 2 типу (водный.. да кто угодно, названия животных, вроде "су атчыгы", "водомерка", буквально "водная лошадка"). Потому что все они живут в воде, а не сделаны из нее, как материала (точнее сделаны процентов на 80, но это узнали позже). А вот чего-то, где вода выступает истинным материалом, очень мало, и мозг классифицирует не по формальным критериям, а иными способами, что потом называется "ну так говорят".

-2