Французского писателя Фредерика Бегбедера задержали по обвинению в изн@силовании. Девушка пожаловалась, что еще летом ходила с ним на свидание, которое продолжилось нежной ночью по согласию, а вот на второй заход Бегбедер разрешение не спросил, поэтому она обвиняет его в насилии.
Это практически дословное повторение истории с обвинением основателя Wikileaks Джулиана Ассанжа: он тоже, проснувшись утром в одной постели с новой подружкой, забыл взять ее письменное согласие на повторение вчерашних игрищ. Это послужило поводом для выдачи ордера на его арест, бегства, многолетнего сидения в посольстве Эквадора в Лондоне и в конечном итоге для тюремного заключения в одиночке вот уже на протяжении двух лет.
Довольно очевидно, что в этих и многих других похожих случаях (Доминик Стросс-Кан, Харви Вайнштейн, Кевин Спейси и т.д.) судебная машина включается вовсе не для защиты поруганной чести жалующихся девиц, а исключительно как инструмент давления на мужиков, доставших систему совсем по другим направлениям.
Чем более развита цивилизация, тем больше у нее разрыв между сексом и деторождением. Человеческая популяция естественным образом стремится к балансу: много рожают только там, где много умирают в раннем возрасте. А в странах с долгой и благополучной жизнью естественная рождаемость даже не воспроизводит население. Но именно там, где жизнь материально легче, а народ не все время посвящает насущному выживанию, там вопросы секса, полностью оторванные от деторождения, усложняются до невообразимости: и полов непонятное количество, и любые заигрывания - харр@смент, и неудачный секс может обернуться остракизмом, а то и тюрьмой.
Уровень удовлетворенности своей сексуальной жизнью в западных странах тоже падает, несмотря на все многообразие возможностей, толерантность и кажущуюся свободу нравов. Она ведь не совсем всамделишная, а строго регламентирована тем социальным кластером, к которому принадлежит конкретный индивид.
В консервативном поясе Америки так же трудно быть ЛГБТ-персоной, как в Саратове. А в Калифорнии или Нью-Йорке сложно быть семейным консерватором. И это деление на анклавы будет только углубляться как в рамках одной страны, так и во всемирном масштабе.
Россия в этом смысле - пограничная страна, у нас не зашли впрямую никакие сексуальные реформы за прошедшие 30 лет, а уж сейчас и подавно. Вмешательство государства в вопросы личной жизни во всем мире будет только усугубляться, хотя и с разным вектором. Не исключаю, что в ближайшее десятилетие возникнет гендерная миграция, и вопросы регуляции дозволенных половых отношений станут реальными пунктами предвыборных программ во многих странах.
Сегодняшний спад интереса к сексу в целом объясняют его чрезмерной эксплуатацией в маркетинге в 1990-2000-е годы. А что произойдет, когда вырастет гендерфлюидное поколение, сидящее на фарме? Или наоборот, как повлияют огромные кланы из многодетных семей на социальные структуры своих регионов уже через 20-30 лет? А, может, вообще стоит переключиться на новинки и виртуально любить исключительно роботов?
Читайте больше в нашем тг канале.
#ассанж #бегбедер #харасмент #сша #вителль #мнение #социум #геополитика