Москва. Остаться в живых и желательно в адекватном состоянии. День первый

Больничный городок оказался довольно большим. Если бы не сынуля – точно б заблудилась. Но система отлажена. Не без скрипа, шороха и пыли тебя записывают и отправляют по цепочке – ПЦР, ЭКГ, УЗИ, рентген. Кровушку качают – 8 пробирок, ну и все остальное. Ждать места в палате пришлось до темноты – пока не ушла выписанная пациентка. С лечащим врачом познакомилась прямо в холле. Навестил меня терапевт, кардиолог, анестезиолог, еще кто-то – не запомнила.

Объявили, что операция завтра – ни есть, ни пить.

Перед операцией накануне тебе очищают кишечник, утром ставят катетер и в чем мама родила везут на седьмое небо - седьмой этаж, где операционные.

Наркоз спинальный, когда чуть ниже спины делают три укола, от которых искры из глаз. Мне потом объясняли, что был еще какой-то проводниковый. Во время уколов я так вцепилась в чью-то руку, что не удивлюсь, если мальчик остался с синяками. Это я про ассистента анестезиолога

Маленькое замечание. Слушать надо только врачей. Мы с анестезиологом обговорили все детали – что я принимаю, какое может быть давление и пр. Но утром сестричка решила, что оно у меня великовато, и принесла какой-то обломок таблетки, который я сдуру засунула под язык. Выяснилось всё уже на операционном столе, типа поздняк метаться. во время операции меня несколько раз начинало трясти эпилептически.

Всё время была в сознании, понимала, что работают молотком, пахло паленой костью, хотя пару раз куда-то улетала в отрыв от реальности.

Одну коленку делают три врача – сильные, красивые, молодые. Рука набита – профи.

После операции сутки вставать нельзя совсем, зато можно есть. После общего наркоза с едой проблемы. Как и с дыханием. А здесь легкие чистые как свежая мята.

Больше всего достает невозможность повернуться. Спина и то, что пониже, просто цементируются. Колено, кстати, тоже зацементировано реально каким-то китайско-немецким железобетоном. Тяжелое – сил нет.

Как я поняла, цементирование здесь поставлено на поток. Только в нашей палате за 8 дней поставили три коленки и два тазобедренных сустава.

Остальное - сломанные руки ноги. Кого-то оперируют, кого-то просто собирают, фиксируют и после наблюдения отправляют домой срастаться.

Да, кормят весьма и весьма. Пять раз в день. Кухня местная, все свеженькое тепленькое. Я даже не все съедала.

Обстановка в палате веселая. Если здесь не смеяться – остается только плакать. Но не таких напали

Самая страшная ночь – сразу после операции. Несколько уколов, от которых голова с крышей решает отъехать, но всё кончается пучком. Утром глаза открываются сами.

Уффф