Со свежестью прохладного ветерка, проникающего через открытые окна автомобиля, утихает мое волнение. Пару часов назад я думала, что единственным решением будет бежать. Особенно после того, как Вова внезапно вернулся домой и почти сразу начал меня уничтожать. Но теперь реальность передо мной суровая и ясная. Деньги, работа, быт, и забота о ребенке - все это я должна решать сама.
-Конечно, правильно!- убеждает меня моя подруга.
-Чего ты боишься?
-Просто... как я буду жить? Нет, я понимаю, что я буду кушать, спать, гулять, но...
-Чего тебе бояться? - Анжела берет меня за руку.
-Ты сама только что рассказывала, как все было ужасно.
-Я буду одинокой мамой. Моя звездочка будет расти без отца. Я так мечтала, чтобы мы гуляли вместе, а Вова катил коляску, а я шла рядом. Кто будет купать ребенка?
-Что тебе мешает вымыть ребенка? Мы же подумаем, как это сделать. Мне приятно, когда она говорит "мы", но у меня слишком много вопросов и слишком мало ответов. Кроме того, я всегда считала, что связь ребенка с отцом очень важна.
-Кто будет учить его ездить на велосипеде? Кто отведет его в первый класс? - Начинаю перечислять свои "страхи".
-Ирина, почему ты говоришь, как будто твоего ребенка уже нет отца? Он все еще рядом и пока никуда не исчез. Вы сможете воспитывать его отдельно. Многие так живут и справляются.
Я не мечтала о таком будущем...
-Ирина, тебе нужно отдохнуть и рассуждать свежей головой о том, как двигаться вперед. Ты сможешь адаптироваться, - Анжела обнимает меня и говорит почти шепотом.
-Я верю в тебя.
-Да, Анжел, я смогу адаптироваться. Просто пока не понимаю, что и как.
-Может, ты хочешь вернуться к Владимиру? - Она немного сдвигается и смотрит на меня внимательно.
-Нет! - Отвечаю я резко. Вспоминаю его злой взгляд, глухой удар в стену, который остановился всего в нескольких сантиметрах от моей головы, и уверено повторяю:
-Нет! Никогда.
-Тогда давай действовать последовательно и решать проблемы по мере их возникновения, - моя подруга говорит спокойно, и я чувствую ее поддержку.
-Первое, что нужно сделать, это пойти в квартиру, разложить твои вещи и выпить чашку чая. Зачем мы здесь все сидим в машине?
-Я даже работы не имею, - горькая правда вновь проникает в меня.
-На что мы будем жить?
-Мы исправим это! Им нельзя было уволить тебя. Ведь ты беременна. Получим справку.
Разве консультации будут достаточными? – Сомневаешься, что у нас получится?
– Конечно! Если милиционеры ничего не сделают, то отправим письмо в инспекцию по трудовым делам. Не волнуйся, – моя подруга залить храбрости в меня. Мне становится легче, когда я понимаю, что Анжела на моей стороне, и когда я знаю, что закон защищает меня. Мне нужно только сделать первый шаг. Я начинаю представлять, что скажет заведующая, как Антон Андреевич отреагирует. Но сейчас я должна думать только о себе и о ребенке. Анжела выползает из машины и ведет меня вперед. В голове у меня крутятся мысли о том, что я предаю своего ребенка, отнимаю у него отца. И с финансовой стороны... Что я могу предложить малышу? Моя зарплата учителя - копейки по сравнению с тем, что Вова может предложить. Мне нравится быть в гостях у Анжелы. В ее комнатах много света, простору, воздуха, нет избыточной мебели. Заметно, что подруга придавала своему дому стиль и сделала все с любовью к себе и Павлу.
– Ты будешь спать в этой комнате. Вещи можешь положить сюда, – она указывает на шкаф-пенал.
– Располагайся. Если что-то понадобится – не стесняйся, говори.
– Распаковывать особо нечего. Я рассказываю о том, почему я не взяла с собой сумку дома.
– И правильно, что ты не взяла! – уверенно заявляет подруга.
– Возьмешь из моего шкафа то, что нужно, остальное купим. Я сажусь на стул, эмоции снова овладевают мной. Губы предательски дрожат, начинает течь слеза.
– Ира, зайка, что случилось? – Анжела обнимает меня.
– Давай мыть руки и пойдем на кухню. Думаю, у меня есть, чем тебя порадовать.
– Это, наверное, гормоны… Я уже сама устала плакать, а они всё ещё текут.
– После такого стресса можно целую неделю плакать. Так что, если хочешь, не сдерживайся. А как будешь готова, пойдем на кухню. Я иду в ванную, вспоминая, что скоро вернется Анжелин муж.
– А Паша когда приедет? – кажется, я уже задавала этот вопрос, но в моей памяти такая каша, что я не помню ответа.
– Через три дня, – Анжела открывает воду.
– Не волнуйся, ведь ты в гостевой комнате, ты абсолютно не мешаешь. Проживай здесь столько, сколько нужно.
– Я постараюсь очень быстро разобраться со своими проблемами. Анжела, спасибо, что ты со мной.
– Опять глаза на мокром месте. Давай решать все шаг за шагом. Сначала пьем чай, потом ты ложишься отдохнуть. Это соглашение?
– Договорились, – улыбаюсь я.
– И мне хочется есть.
– Отлично! – подруга потирает руки.
– Я до сих пор не обедала. Мы направляемся на кухню. Анжела достает котлеты и гречку из холодильника. Быстро нарезает овощной салат. Затем заваривает травяной чай, его запах немного успокаивает меня.
– Анжел, а что мне делать на работе? Вова же сразу найдет меня там... Он знаком с владельцем детского сада. Он сам меня устроил.
– Блин, точно. Слушай, а ты уверена, что в твоем телефоне нет "жучка" или прослушки?
— Что ж, я не особо уверена. Я говорю, что-то телефон, как будто услышал, зачинает звонить. Моя мама.
— Кто это? — Она начинает без предисловий.
— Значит, она в порядке. Значит, они помирились. Ты дерзко врешь мне?
— Я сказала, что они помирились.
— Я просто в шоке от ее реакции.
— Она начинает визжать.
— И ты сразу иди домой! И выкинь из головы эту ерунду!
— Я почти с ними не переписывалась! — Восклицаю в ответ. Кажется, в первый раз я повысила голос на маму. Я слышу, как она задыхается от возмущения.
— Как ты смеешь! — Она произносит сквозь зубы.
— Ты пожалеешь о своем поступке! Исправь все сразу же! Так много было инвестировано, столько времени и денег было потрачено на тебя, а ты играешь в эти игры.
— Мама, мне пора.
— Нажимаю кнопку отключения и кусаю нижнюю губу. Мне очень обидно, что она так реагирует.
— Извини меня, пожалуйста, — медленно и осторожно говорит Анжела, — но я чувствую, что тебя воспитывали как товарное животное. Чтобы продать дороже и получше.
— Я тоже уже так думаю… — отвечаю раздумчиво.
— И откуда она узнала? Наверняка Надя сказала. Мама постоянно шепталась с ней на кухне, когда она к нам приходила.
— Нелюбимы Надя, — говорит Анжела.
— Ее нужно было бы изгнать. "Когда-нибудь это пригодится!" — мама часто говорила мне об учебе в музыкальной школе и художественной школе, изучении английского языка, танцах, уроках искусства и других занятиях, которыми была наполнена моя жизнь.
— Когда-нибудь наши затраты окупятся". Тогда я не понимала, а точнее, не представляла, что она говорит о финансовых затратах. Первое большое разочарование я принесла ей, когда отдала документы в педагогический институт вместо факультета романо-германской филологии. И теперь я снова ее разочаровала. Мои мысли прерывает звонок. Владимир. Я с ужасом смотрю на его имя. Я потягиваюсь к телефону, но Анжела прикрывает мою руку своей.
— Ты уверена?
— Да. Или… нет. Мне очень страшно услышать его голос. Больше всего мне страшно потому, что я не знаю, как я отреагирую, если он вдруг прикажет мне вернуться. Будет ли у меня достаточно силы воли и мужества противостоять ему дальше?
— Не отвечай! — уверенно говорит подруга.
— Пусть он остынет сначала.
— Ты его не знаешь, — печально усмехаюсь.
— Он никогда не остынет.
— Лучше не отвечай! К тому же он может отследить твою локацию по звонку.
— Каким образом?
— Ты что, никогда не смотрела фильмы? Звонят, продолжают разговор и как-то определяют, где человек находится, его координаты.
— Для этого нужны специальные устройства, сети…
— Не думаешь, что у твоего мужа их нет? Телефон молчит.
— А если он уже отследил? — страшная мысль приходит мне в голову.
— Если так, то мы узнаем об этом скоро достаточно, — задумчиво говорит Анжела.
— Но ты не волнуйся! — она сразу добавляет.
— В наш дом нельзя так просто проникнуть. Консьерж не пустит без хозяев или предварительной записи.
— Ты думаешь, его остановит бабушка с вязанием?
— У нас, кстати, не бабушка! — обиженно отвечает подруга.
— Но да, ты права, она завещала запись. Мобильник издаёт звук сообщения. Я все равно узнаю, где ты находишься!
— Значит, он еще не отследил, — облегчено вздыхаю и… вынимаю сим-карту из телефона.
— Я на телевидении видела, что телефон могут отследить и без сим-карты. Видимо, с картами тоже лучше не долго.
— Если Владимир их еще не заблокировал. Хотя зарплата оформлена на меня, и у него точно нет к ней доступа.
— Тогда переведи все деньги на нее! — с энтузиазмом говорит Анжела.
— Как это? Нет, я просто не могу… это его.
— Если деньги на твоих картах, значит, это твое!
— Не знаю... Ирина, не будь глупой. Ты же сама говорила, что нужно иметь средства для жизни. Также, если деньги находятся на твоих картах, значит они принадлежат тебе. Переводи и не думай! Ведь у тебя еще есть ребенок, которого нужно воспитывать. Я засовываю сим-карту обратно и последовательно захожу в банковские приложения. У меня их три. На двух из них суммарно лежит почти триста тысяч рублей. Переношу эти деньги на зарплатную карту, где осталась сумма в двадцать тысяч.
— Я себя чувствую словно вор…
— Не говори глупостей! Ты берешь свои деньги. Ведь он уже их тебе передал! Значит, они принадлежат тебе. Если буду жить скромно и работать до начала декретного отпуска, то с этой суммой я смогу обеспечить себя и ребенка на первый год. Плюс у меня есть наличные почти пятьдесят тысяч и немного драгоценностей.
А потом я придумаю что-нибудь еще. Подсчитывая все это, я начинаю чувствовать себя легче и более спокойно. Я наконец-то ощущаю уверенность в том, что принимаю правильное решение. Я беру телефон, подхожу к раковине, включаю течь мощную струю воды и опускаю его туда. Здравствуй, новая жизнь!
продолжение следует...