Теперь все чаще чувствую усталость,
Все реже говорю о ней теперь.
О, промыслов души моей кустарность,
Веселая и теплая артель.
Каких ты птиц себе изобретаешь,
Кому их даришь или продаешь
И в современных гнездах обитаешь,
И современным голосом поешь!
Вернись, душа, и перышко мне вынь,
Пускай о славе радио споет нам.
Скажи, душа, как выглядела жизнь,
Как выглядела с птичьего полета?
Покуда снег, как из небытия,
Кружит по незатейливым карнизам,
Рисуй о смерти, улица моя,
А ты, о птица, вскрикивай о жизни.
Вот я иду, а где-то ты летишь,
Уже не слыша сетований наших.
Вот я живу, а где-то ты кричишь
И крыльями взволнованными машешь.
Иосиф Бродский
л.и.
Приходит время сожалений.
При полусвете фонарей,
При полумраке озарений
Не узнавать учителей.
Так что-то движется меж нами,
Живет, живет, отговорив,
И, побеждая временами,
Зовет любовников своих.
И вся-то жизнь -- биенье сердца
И говор фраз; да плеск вины,..
И ночь над лодочкою секса
По слабой речке тишины.
Простимся, позднее творенье,
Моих навязчивых щедрот,
Побед унылое паренье
И утлой нежности полет.
О господи, что движет миром,
Пока мы слабо говорим,
Что движет образом немилым
И дышит обликом моим,
Затем, чтоб с темного газона
От унизительных утрат
Сметать межвременные зерна
На победительный асфальт.
О, все проходит понемногу
И говорит -- живи, живи.
Кружи, пуржи передо мною
Безумным навыком любви.
Свети на горестный посев,
Фонарь сегодняшней печали,
И пожимай во тьме плечами,
И сокрушайся обо всех.
Иосиф Бродский, февраль -- март 1961
Стансы
Ни страны, ни погоста
Не хочу выбирать.
На васильевский остров
Я приду умирать.
Твой фасад темно-синий
Я впотьмах не найду,
Между выцветших линий
На асфальт упаду.
И душа, неустанно
Поспешая во тьму,
Промелькнет под мостами
В петроградском дыму.
И апрельская морось,
Под затылком снежок...
И услышу я голос:
"до свиданья, дружок!"
И увижу две жизни
Далеко за рекой,
К равнодушной отчизне
Прижимаясь щекой.
Словно девочки-сестры
Из непрожитых лет,
Выбегая на остров,
Машут мальчику вслед.
Отрывок из поэмы «Гость»
Друзья мои, ко мне на этот раз.
Вот улица с осенними дворцами,
Но не асфальт, -- покрытая торцами,
Друзья мои, вот улица для вас.
Здесь бедные любовники, легки,
Под вечер в парикмахерских толпятся,
И сигареты белые дымятся,
И белые дрожат воротники.
Вот книжный магазин, но не богат
Любовью, путешествием, стихами,
И на балконах звякают стаканы,
И занавеси тихо шелестят.
Я обращаюсь в слух, я обращаюсь в слух:
Вот возгласы и платьев стук нарядный.
Как эти звуки родины приятны
И коротко желание услуг...