Эта история произошла в далекие 70-е прошлого века. Достоянием общественности случай стал в двухтысячных после телеэфира. Тогда мало кто поверил, настолько невероятно было то, о чем рассказывали.
Откровения главных героев рассеяли сомнения по многим эпизодам, но добавились вопросы. Все ли из рассказа потерпевшей правда?
Если да, почему, знавшие об этом, не забили тревогу уже тогда? Одного журналистского расследования вполне бы хватило. Разбираться во всем спустя 40-50 лет и думать, что все было именно так, как рассказывают на камеру, по меньшей мере, наивно.
Историю эту многие, возможно, знают. Перескажу ее так, как вижу я. В своем рассказе использовала фрагменты журналистского расследования земляков главной героини, которым доверяю больше, чем столичным охотникам за "советской сенсацией", желательно, с нехорошим душком.
Дуня, "нелюбимая дочь"
Девочка родилась в семье Аркадия и Пелагеи Третьяковых. Обычные, таких в то время в тех суровых краях было много. Да и сейчас, наверное, есть.
Молодой матери, Пелагее Вавиловне (Мерзлякова - девичья фамилия) было всего 18. Девочку назвали Евдокией. По слухам, отец был не доволен рождением дочери, поскольку мечтал о сыне, от жены отвернулся, потом ушел. Пелагея осталась одна.
Ей в наследство досталась старая родительская заимка, построенная некогда в глухой тайге левобережья Енисея специально для охотников и лесозаготовителей.
Одна
Пелагея зажила своей жизнью, озабоченная тем, чтобы найти нового мужа. Маленькая дочка росла, как и другие дети в этой семье - предоставленные сами себе, до той поры, когда надо было начинать помогать по хозяйству.
Вот и Дуня жила, по ее воспоминаниям, как крапива у забора. Одно плохо – есть просила.
Пелагея кормила, чем могла из того, что давало личное хозяйство и чем с ней делились захожие гости в благодарность за крышу над головой, тепло и женскую ласку. А что такого..?
Желание женщины - найти себе пару - не грех , особенно, в глухой тайге, где сотни километров до ближайшего городка.
Про нужду, тоже несколько натянуто: по отзывам семья имела неплохой достаток за счет охотников, которые снабжали продуктами и деньгами, на которые покупалось все необходимое. Сладости, игрушки в этот перечень не входили. Но не это же причина всех бед..? Для трагедии, о которой речь, нужно отсутствие чего-то более значимого.
Забытая
Время шло. Евдокия подросла. Надо было идти в школу. Но кто ж ее туда будет водить, решила мать, недовольная тем, что надо покупать школьное платье, ранец и все остальное. Заимка была далеко от районного центра и о девочке школьного возраста, Евдокии Мерзляковой, как-то забыли. Вспомнили, когда случилась беда.
К тому времени у Пелагеи появился очередной, третий по счету, муж, который задержался дольше остальных.
Одной из причин стала маленькая Евдокия, которая принимала Гурьяна Бурнышова, как звали мужчину, за отца. Мужчина к ребенку отнесся с жалостью, хоть и была не его. Зная характер Пелагеи, с советами по поводу учебы Дуни не лез, знал, что ответ будет грубым:
– Ребенок не твой, и дело не твое.
Но и безучастно наблюдать за тем, как ребенок живет подобно лесной зверушке, не мог. Начал понемногу приобщать ее к охотничьему промыслу в разумных пределах. Дуня хоть и была шустрой, любую науку воспринимала с трудом и этому было объяснение (причина выяснится позднее).
Девочка прикипела к доброму человеку, добрее которого в своей жизни до него не видела. Сдержанное отношение матери считала нормой - сравнить было не с чем. Читать, писать, как и мать, не умела. Кроме бесконечной тайги ни о чем другом представления не имела. Так и жила, пока однажды в ноябре не вызвалась помочь и самостоятельно проверить расставленные Гурьяном силки.
В тайге
Пелагея, проводив Гурьяна в город по делам, на желание дочери в одиночку пойти в тайгу, несмотря на холод и снег, отреагировала спокойно:
- Хочешь, иди.
Евдокия ушла, обещая вернуться засветло, но не вернулась и после наступления ранней темноты. Пелагея просматривала в окно, думая, что девочка заблудилась.
На третий день приехал Гурьян. Войдя в дом, первым делом спросил:
- А Дуня где? Почему не встречает?
Пелагея сделала вид, что тоже волнуется:
- Ушла одна, меня не спросила.
- Куда ушла? Когда?
Пелагея призналась, что Евдокии нет уже трое суток. Гурьян побледнел, посмотрел на Пелагею, ничего не сказал, схватил ружье, лыжи, на улице кликнул собаку и ушел искать Дуню.
-«Я не могла пойти за ней, потому что в этот день рожала младшую дочь, Зою», - позднее оправдывалась Пелагея. Но доводы оказались несостоятельными – ребенок, о котором шла речь, родился 15.02.75, а Дуня пропала в ноябре. Лгала. Почему? Скорее всего, боялась ответственности, вдруг накажут. В пробуждение совести или жалости верилось с трудом. Хотя, кто его знает, чужая душа - потемки, светлое прячет, как слабость и мягкотелость, в тех краях - вещи непопулярные.
Гурьян, проискав девочку весь день, вернулся ни с чем. Пелагея недовольно посматривала на него:
-«…делать мужику нечего. Будто, кроме этой заполошной, в доме детей нет.»
В общей сложности у Пелагеи родилось пятеро. Помимо Евдокии, было еще три сына и девочка, в сроках рождения которой Пелагея запуталась.
Спасение
Гурьян посидел в доме, отогрелся, собрался и снова пошел в тайгу. На этот раз вернулся с Дуней, которую нес на руках.
Нашел ее в ручье, в который она провалилась, сбившись с тропы. Снегу намело по пояс. Ручей под снеговой шапкой не замерз, снег поддтаял и девочка угодила прямо в воду. Все это время она пыталась выбраться. Мороз хоть и был под 30, а кромка снега оставалась рыхлой, постоянно проваливалась при каждой попытке на него опереться.
Девочку раздели и положили поближе к печи, отогреваться. Гурьян сразу понял, что рук и ног уже не спасти – черные от обморожения.
После двухдневных поисков сам был едва живой.
Дуня, скорее всего, так бы и умерла от гангрены за печкой. Но Гурьян проявил удивительную настойчивость в борьбе за ее жизнь и снова стал собираться в дорогу, на этот раз, основательно.
Идти предстояло по заснеженной тайге, потом по лесовозному тракту, в общей сложности километров 160. Гурьян не был уверен, что девочка дождется помощи, выживет. Но и смотреть на ее мучения в бездействии не мог. Шел больше двух недель. Организм пятидесятилетнего охотника выдержал.
Добрался до ближайшего населенного пункта, рассказал, что случилось. Ему сообщили, что уже все знают, направили санитарный вертолет и Дуню уже везут в райцентр. Выяснилось, что после его ухода, через две с половиной недели на заимку заглянули охотники, которые увидели девочку и потеряли дар речи, слушая рассказ ее матери.
"Я ей отломила сама... Они сами отломились... отмороженные, как сухие ветки... Я сколотила ящичек и похоронила... Помню, где это место..."(( https://vk.com/wall-75652374_174859?ysclid=lq6m2t8jz6357143086)
Примерно то же самое Пелагея рассказывала потом журналистам, которые упорно пытались понять, что же она за человек.
Позже, когда врачи осмотрели Дуню, они удивлялись хладнокровию и умению того, кто "кустарно прооперировал", но по сути спас ребенка от верной и мучительной смерти. Речь шла о Пелагее.
Это она, пользуясь подручными средствами, смогла произвести сложнейшие манипуляции, обработать края тем, что было – неразбавленным спиртом, из инструментов пользуясь, как она сказала, только ножницами. (это окажется еще одной ложью. Дуня через 40 лет обмолвится, что был еще топор.)
Глазами дикарки
Обругав Пелагею, охотники немедленно связались с райцентром...
Так она оказалась в больнице, впервые в своей жизни. Увидев большие дома, множество людей, телевизор, машины, Дуня никак не могла поверить, что этот мир реальный.
Врачи осмотрели пострадавшую и увидели, что основное уже сделано. Но началось омертвение конечностей и «сухая гангрена». Потребовалось несколько операций, долгая реабилитация, поскольку заживление шло плохо, сказывалось общее переохлаждение, стресс.
- С одной стороны, как счастливая - выжила, а с другой - калекой жить теперь всю оставшуюся жизнь,- посочувствовал кто-то, даже не представляя, какие еще испытания выпадут на долю этой девочки.
В больнице Дуня провела больше двух месяцев. Она освоилась и по детской наивности не помышляла о возвращении в лес, плакала, когда за ней приехали.
Лицо у Пелагеи при виде дочери стало каменным. Помощник по дому из нее теперь никакой. Девочка возвращалась с диагнозами – олигофрения и инвалидность первой группы.
Инвалид
Жизнь на заимке потекла своим чередом. Гурьян охотился, Пелагея занималась большим хозяйством, растила детей, из которых на тот момент в живых оставалось трое: инвалид-Дуня, Евсей 1974 года рождения и младшая Зоя.
Дуня к своей прежней жизни адаптировалась быстро. Она повзрослела и у нее появились другие, взрослые интересы. В желающих ее «просветить» по этой части среди молодых и не очень молодых охотников, лесозаготовителей, недостатка не было.
Пелагея смотрела на это равнодушно. Гурьян все видел, переживал, но ничего поделать не мог – ребенок и правда не его. Уследить за Дуней, которая ухаживания и дальнейшее воспринимала, как игру, было невозможно.
Убийство
Потом снова пришла беда. На Мерзлюковской заимке раздался выстрел. Гурьян покачнулся и упал, не издав ни звука. Стреляли с близкого расстояния, рана шансов выжить не оставила. Одно хорошо, что умер, не мучаясь. Ружье было в руках его приемного сына, Евсея. Что произошло, уже не важно. Нет человека, а другой, молодой, оказался в тюрьме.
Пелагея горевала по Гурьяну, но недолго. По нему скучала Дуня. Ощутив сиротство, она стала ссориться с матерью, отношения окончательно разладились. Дальше хуже: на заимке случился пожар, в котором Пелагея винила «безрукую» дочь.
Сгорело все ценное, без чего в тайге не прожить – амбар с запасами на зиму и вездеходы «Буран», которые приносили регулярный доход .
Расставание
Дочь Зоя вышла замуж и покинула заимку, уехала с мужем. Пелагея осталась на обгоревших руинах одна с Дуней.
Жизнь на заимке замерла. Охотники больше туда не наведывались, не было смысла. Впереди маячило полуголодное существование. Надежды, что быстро помогут все отстроить, не было. Пелагея никогда не отличалась способностью договариваться. А тут совсем «одичала», всех возненавидела, а больше остальных, свою дочь. Дуня не осознавала всей глубины своей обездоленности, проблемы семьи воспринимала отстраненно.
На помощь женщинам пришел местный участковый. О девочке-инвалиде помнил и при первом удобном случае наведался на заимку с предложением поместить Дуню в интернат.
- Там ей будет лучше.
- Ей везде хорошо, - ответила с горечью Пегалея. – Кто обо мне позаботиться? С ней хоть поораться можно, а так перекинуться словом будет не с кем.
И все же согласилась – Дуня поживет в интернате до лета.
«В акте обследования жилищных условий инвалида первой группы Мерзляковой Е. А., составленном участковым и председателем Погодаевского сельсовета Болдыревым в начале 1994 года, в частности, указано: "В доме грязно, не белено, не крашено. Усадьба загажена отходами и навозом. Дом ветхий, состояние антисанитарное".( https://vk.com/wall-75652374_174859?ysclid=lq6m2t8jz6357143086)
Другая жизнь
Дуня прошла межрайонную ВТЭК, получила разрешение на проживание в Енисейском психоневрологическом доме-интернате в Лесосибирске.
Ей оформили пенсию по инвалидности, обеспечили необходимый по ее диагнозу, уход и лечение в стационаре. Дуня обжилась и надеялась, что хоть тут-то она сможет остаться навсегда. Но летом ей сказали:
- Дуня, к тебе мама.
- Зачем? – тихо спросила Дуня, предчувствуя нехорошее.
- Она за тобой. Сказала, что соскучилась.
Дуня заплакала.
- Не хочу к ней,- говорила она сквозь слезы.
Ее уговорили встретиться с матерью и поговорить, все же родные. Она согласилась.
Пелагея при встрече с дочерью, которая выглядела ухоженной и довольной, тоже всплакнула, больше от зависти, что ей так нельзя – поселиться в чистом доме на всем готовом. Всю жизнь она только и делала, что боролась за себя и своих детей. Несправедливо, что такое дозволено только инвалидам. Хоть сам себе руку или ногу отморозь, чтобы потом жить, как королеве. И т.д. Что уж она сказала Дуне, непонятно, но Дуня известила о своем добровольном решении покинуть интернат и вернуться на заимку.
Снова в тайгу
Пелагея обнаружила, что из нового сарая, отстроенного кое-как вместо амбара, пропадают продукты. Устроила засаду и поймала вора – Дуню.
- Воровать вздумала?
- Есть хочу!
Пелагея пригрозила, что посадит ее на цепь, если та не прекратит красть.
Дуне что-либо запретить было сложно, разумеется, она пробралась в сарай снова, и Пелагея, со слов Дуни, исполнила угрозу, посадив ее на цепь.
- Будешь жить в этой будке. Сама виновата.
(В документальном фильме, снятом об этой истории, Евдокия рассказывает эмоционально о том, как все было, показывая на следы на шее от ошейника. Пелагея, ее мать, все отрицала, мотивируя слабоумием дочери, которая все придумала.)
В будке, так в будке – Дуня перемены в судьбе приняла, как должное.
Редкие гости, видя Дуню, подшучивали:
- Грозная псина, а ласку любит!
И делали свое дело, пользуясь беспомощным состоянием молодой женщины-инвалида. Пелагея заметила округлившуюся талию дочери. Но и беременность не сподвигла ее вернуть дочь в дом. Дуня родила ребенка в собачьей будке.
Мальчика назвали Иваном.
Из наиболее ярких событий в жизни этой странной семьи были кратковременные попадания Дуни в больницу, где она немного приходила в себя и за ней приезжали «любящие» родственники, которые не могли себе позволить потерять источник дохода – инвалидную пенсию Дуни, которую мать получала по доверенности.
Сама Пелагея тоже по возрасту могла претендовать на пенсию. Но она была безграмотной и не смогла ее оформить, а желающих ей помочь не нашлось.
Дух Гурьяна
Можно верить, а можно и нет, но в судьбе Дуни и ее сына, которому тоже, вроде как тоже пришлось посидеть на цепи (крал продукты, как и его мать, за что и был наказан бабушкой), встретился очередной неравнодушный человек, дальняя родственница погибшего Гурьяна.
Анастасия Горченева узнала о Дуне с сыном, которых поместили в больницу, якобы, после сидения на цепи и истощения, захотела на них посмотреть. Увидела и поняла – уйти не сможет. Недаром и покойный Гурьян снился, просил помочь.
Дуня никогда не забывала о Гурьяне, который ее вызволил из водяной западни и в ответ на предложение пожить у его дальней родственницы, согласилась с радостью.
Мерзляковы Дуня и Ваня перебрались на новое место жительства, в город Ейск.
Пенсионерка, Анастасия Ивановна, помогла оформить документы на Ивана. Обзавелась коровой, чтобы в доме было молоко. Выбила для Дуни инвалидную коляску. Встали на очередь по протезированию для Дуни.
Ее желание оформить опекунство над Ваней не встретило понимания у чиновников, которые решили, что старая опекунша (66 лет) не лучше, чем мать инвалид и мальчику будет лучше в интернате.
"Популярность"
После того, как история Дуни Мерзляковой была вынесена на всеобщее обсуждение, поднялась волна негодования. На ее мать обрушилась волна ненависти – как можно было довести свою родную дочь до такого состояния. Историю про собачью будку, цепь и голодание все восприняли с особой остротой. Образ "лиходейки Пелагеи" стал меняться после того, как нашлись журналисты, которые решили удостовериться, что так все было.
Поехали в те края, встретились и опросили всех, кого смогли найти из знавших Мерзляковых. Таких оказалось порядка тридцати человек. Так вот, ни один не подтвердил, что своими глазами видел Дуню в собачьей будке. Про Ваню и речи нет.
- Пелагея странная женщина, со своими чертями, но до такого зверства не дошла бы.
Поинтересовались "общедоступностью" Дуни. В ответ опускали или отводили глаза - значит, правда. Евдокия, недовольная тем, что ее слова ставят под сомнение, добавляла красок – мать не просто разрешала «общаться» со своей слабоумной дочерью, но и делала это за деньги.
Кому верить? В фильме есть кадры, как маленький Ваня с детской непосредственностью высказывает бабушке Пелагее, что она плохо делала, когда сажала его на цепь за то, что он брал хлеб и относил его голодной маме. Оценить правдивость слов ребенка может только психолог.
Эпилог
Мерзляковым пришлось от своей благодетельницы съехать. История их неожиданного расставания неизвестна. Роль Анастасии Ивановны в их жизни несомненно положительная. Только она смогла остановить маховик судьбы и разорвать порочную связь между матерью и дочерью, обреченных мучать друг друга самим фактом своего существования. Голос Анастасии Ивановны, как и мотив помогать семье показался мне искренним. Врачи, узнав о ее желании помочь семье, не могли поверить, что намерения пенсионерки лишены корысти, искали подвох, но таки не нашли. По всем статьям женщина трудоустроила себя добровольно на всю оставшуюся жизнь. А когда узнали, что Анастасия переписала свой дом на Дуню, сочли, что у нее не все в порядке с головой. Видимо, была веская причина, по которой эта женщина вдруг передумала и отошла в сторону.
Евдокию поместили в дом престарелых, где она доживает свою горемычную жизнь. Сын Иван женился, переехал в Новосибирск, изредка навещает мать, не в силах ничего изменить в ее судьбе.
Пелагея ушла из жизни при невыясненных обстоятельствах. Перед этим, оставшись без средств, она уговаривала Дуню пожить какое-то время у нее на заимке, говорят, что в расчете на пенсию. Анастасия Горченева, которая в то время еще опекала семью, попросила женщину оставить свою несчастную дочь и внука в покое. Больше они не увиделись.
Были попытки истребовать алименты у биологического отца Ивана. Но без помощи Пелагеи тут было не обойтись. Она же сообщать имя мужчины, которого отлично знала, отказалась наотрез. Предполагают, что ее внезапная смерть могла быть следствием этой тайны, кто-то не хотел, чтобы позорное отцовство было раскрыто.
Эта история оставляет странное послевкусие. С одной стороны очевидность бесчеловечности на фоне всеобщего равнодушия. С другой факты бескорыстной помощи на грани жизни и смерти ради спасения другого человека. Так что же это было в итоге?