Зима. Могучая метель,
И пустота небес. Мороза дикий скрип.
Как одинок мой путь во льдах!
Ведь будущего нет. А я давно охрип.
Анатолий Павлович с досадой посмотрел на угрюмого старика, закутанного в одеяло. Свитер уже пожелтел от пота спасенного. В его серых глазах мелькал вопрос – укор: «Зачем ты меня спас? Кому я нужен?!». «Упрямец! Что же делать с ним?» – сердито подумал Анатолий и поставил тарелку горячего супа на тумбочку:
– Филипп Александрович, вам нужно поесть. Даже если ваш рассказ - правда, то это не повод для отчаянья. Должен быть выход из этой ситуации.
Филипп горестно проворчал:
– Какой? Моих родных удар хватит! Особенно деда! Ведь теперь я старше его.
Три дня назад Игорь и Витя нашли этого старика в снегу возле стоянки.
– Палыч, он точно не полярник или турист! Нас бы предупредили! Вроде живой! – прокричал самый молодой биолог городка Витя, он уже стоял рядом с ним.
Старик в пуховике полусидел в сугробе, и выглядел совершенно изможденным: борода и усы покрылись изморозью, а голые руки - красными волдырями.
– Живой, ли? – скептически проворчал Игорь, поплотнее натянув шапку -ушанку, – Мороз -то, лютый!
– Пульс есть. Везунчик! Нужно его в лазарет! – решил Анатолий, оглядываясь по сторонам.
В лучах полуденного солнца всё выглядело глухим и ярким. В последние дни белизна снегов угнетала Анатолия. Положив спасенного на сани, мужчины потащили его к дому с синей крышей, где находился медпункт. В карманах куртки Витя нашел паспорт на имя Ракитина Филиппа Александровича, 1950 года и удивленно свистнул:
– Ого, по документам он твой ровесник, а по виду ему все сто.
Анатолий мельком взглянул на паспорт и сердито:
– Это невозможно! Ладно, потом разберемся!
По ночам старик бредил о Богах, о монетах и о шаманках. Анатолий дежурил возле него, вспоминая школьного приятеля Филиппа и его сестру Раису. С ними Анатолий провел всё детство. В тринадцать лет он уехал в Сочи с мамой к дедушке. Поначалу они переписывались, но потом общение прекратилось. Через пять лет Анатолий узнал, что Фила поймали на краже. Толя пытался образумить друга, но потерял и друга и зуб. Фил не любил нравоучений.
Найденный старик напоминал друга детства, да и фамилия странным образом совпадала.
На второй вечер старик очнулся и прохрипел:
– Где я? Что случилось? Кто вы?
– Я Анатолий, а это Игорь. Мы нашли вас возле стоянки. Филипп Александрович, почему вы были без провожатого?
Старик испуганно рассматривал бороду и руки:
– Что со мной? У вас есть зеркало?
Увидев своё отражение, мужчина прошептал:
–Вот моя кара…
Опершись о стол, Анатолий спросил:
–Как вы попали на южный полюс? У вас был проводник? Нужно послать помощь?
– Южный полюс? – переспросил старик,– Но я был в Якутии, в шатре у шаманки Айты…
Анатолий с Игорем переглянулись. Филипп Александрович кивнул:
– Понимаю, что вы не верите. Возможно, всё это мне сниться.
После ужина старик рассказал невероятную историю.
– … День назад я был молодым. Проклятым, но молодым…
Карма точно есть. Когда вы совершаете дурной поступок, то задумайтесь, не переходите ли вы дорогу Богам? До кражи артефакта Монеты Севера, я был везунчиком, даже кличку дали «Счастливчик». А в тот раз меня поймали за руку, но я тогда отшутился, сказав, что это фокус. Представьте восторг, когда эта монета нашлась в кармане моего пальто. Она была старинная, но липкая на ощупь. На следующий день я проснулся с драгоценностью в ладони. Избавиться от неё было невозможно. Через неделю я сидел в шатре шаманки на крайнем Севере.
Когда я протянул монету, то снаружи шатра раздались громовые раскаты. Побледневшая шаманка оттолкнула монету в пламя костра. Почувствовал боль от ожога - драгоценность вернулась в ладонь. Тогда шаманка сказала:
– Эта монета Севера! Её нельзя было красть! На тебе лежит гнев Нум - Торум! Я дам особое снадобье! Тебе придется голыми руками мыть монету, пока он не простит.
Я выпил обжигающее зелье Айты.
Не помню, как вышел из шатра и нашел воду, зато навсегда запомню боль от ледяной воды и… Бога Севера.
Я мыл монету, тёр её и умолял небеса - Простить! Мой атеизм перестал существовать. Проклятая монета была реальностью. Хотелось верить, что Бог Севера тоже есть.
Жгучий холод. Проклятое сокровище. Вечные секунды.
Вдруг темные небеса засветились жемчужной нитью, и рядом со мной возник великан в белом полушубке. Он сидел на льдине. Я протянул монету, он взял её! Последнее, что я помню, его безмятежный взгляд.