- Кто-то из вас ведёт за моей спиной тёмные игры! И сейчас я узнаю, кто! - злился Фредди.
- Спасайся кто может, - с усмешкой произнёс Джим.
- У их божественного теперь ещё и мания преследования, - тихо сказала Барбара.
- Вот увидите, сейчас начнёт грозить увольнением, - прошептал первый визирь.
- Шепчетесь? Вот я вам покажу! Уволю всех прямо сейчас же! Кто Зевсу предательские записки пишет, а?! Втихаря от меня!
- А что за записки-то? - спросил первый визирь.
- Пока не успокоится, всё равно ничего не скажет, - шепнула Барбара. Но прислушавшись, поняла, что ошиблась. На сей раз Фредди решил подробности в себе не держать. И правильно. А то бы взорвался.
Фредди стремительно ходил туда-сюда по своим огромным покоям, толкая эмоциональную речь. В ней чаще всего повторялось Его любимое f... Так что смысл улавливался с трудом.
Похоже было на то, что кто-то подал прошение Зевсу... А точнее, бумагу с просьбой не пускать на территорию владения, то есть сюда, Мэри Остин, когда... На самом деле - НИКОГДА!
Фредди был ужасен в гневе. Но присутствующие здесь давно ко всему привыкли.
- Как бы Его инфаркт не хватил, - забеспокоилась баронесса, прижав ладошку к шикарному бюсту.
- Нам тут это не грозит, - успокоил первый визирь.
Джим уселся в сторонку и делал вид, что всё происходящее Его не касается.
- Я у кого спрашиваю? - наконец их божественное конкретно обратился к притихшим зрителям этого драматического спектакля. - Джим, что расселся?! Твоя работа?
- Делать мне нечего, записки какие-то писать! Ты же знаешь, это не в моём характере! Сейчас уйду, и ты меня никогда больше не увидишь! - сурово произнёс гордый Джим.
- Джо, это ты сделал? - теперь Фредди одарил гневным взглядом первого визиря.
- Я бы сам тебе прямо сказал. Зачем мне к Зевсу бежать? - спокойно отчитался Джо.
- Ну, конечно! Надо было сразу догадаться! Всё это чисто бабские штучки! Барбара, смотри мне в глаза!
- Почему сразу я? - лицо баронессы светилось искренним удивлением. - Может, это кто-то из гарема?
- Разрешите, ваше божественное, допросить всех в гареме? - неожиданно обратился к Меркурию первый визирь.
Услышав это "допросить", Фредди аж вздрогнул:
- Ты что! "Великолепный век" насмотрелся? Никаких допросов на моей половине дворца быть не может! Никогда! Слышишь?
И тут, видимо, их божественное устали. Они уселись на троне величиной с небольшой диван и тяжело вздохнули.
- Вы передавайте Зевсу свои пожелания, свои! А за меня решать вы не смеете.
Фредди задумался. С одной стороны Он порадовался: никто из ближайших Ему людей не вёл предательские дела за Его спиной. А с другой стороны драматическая ситуация превращалась в детектив. И очень захотелось узнать: а кто же преступник?
- А где эта записка? - задал вполне логичный вопрос Джим.
- Она там, где и должна быть, - совершенно непонятно для всех ответил величайший.
- А где она должна быть? - полюбопытствовала Барбара.
- На столе у Зевса! - воскликнул Меркьюри. И помахал пальцем. - А вы подумали: я рискну воровать записки со стола у Громовержца? Достаточно того, что Он каждый день напоминает мне про этот... Как его? Забыл! Первый визирь, напомни!
- Про стыд, ваше божественное! - поспешил на помощь первый визирь.
- Удивительно, что ты помнишь, - хихикнул Фредди, поглаживая большого чёрного кота. - При каждом удобном... и неудобном случае Зёва напоминает мне, как Он вложил стыд в людей. А до меня всё никак не дошло.
При этом Фредди подумал: "На себя бы посмотрел."
А вслух произнёс:
- Ну, ладно. Расходитесь по своим делам.
Когда Барбара и Джим вышли из покоев величайшего, первый визирь рискнул спросить:
- А кто тебе ту записку-то показал?
- Один из ангелов. Есть у меня, к счастью, не только свои люди, но и свои ангелы.
- Кто-то из ангелов, вхожих в покои самого Зевса, принес тебе тайную записку с его стола и отнёс обратно?
- Именно так.
- А на записке ведь должна быть подпись? - логично предположил Джо.