Автор "Фандорина" Борис Акунин считает, что хороший русский-это мертвый. А Россию надо развалить на кучку мелких княжеств.
Многие из нас до сих пор читают его книги и восхищаются. Он считает, что нас можно и нужно уничтожать.
Многие считают его хорошим писателем. Он считает, что мы тупые и упёртые и что «воспитывать» нас надо, делая нашу жизнь невыносимой.
Мы против атак на гражданское население. Он считает, что это простой и ясный способ дать нам понять, как жить правильно.
Он — это писатель Борис Акунин, мы — его читатели, русские люди, вознёсшие на пьедестал и увешавшие лаврами того, кто казался нам популяризатором истории России.
Мы ошибались. И ошибся он.
Крупный писатель, покинувший свою страну в те дни, когда он должен был её поддерживать, удивляется: «А почему мои книги до сих пор не запретили?»
Потому, что Россия — свободная страна. Мы даже с русофобами пытаемся в диалог вступить: а ну как люди недопонимают просто? Не будем в штыки, сядем рядком да поговорим ладком.
Но ладком не получается. Российскую готовность к диалогу такие, как Акунин, воспринимают как слабость и глупость.
Он ошибся. А мы на этот раз — нет.
Невозможно ошибиться, если человек публично заявляет, что его не коробит от слов «хороший русский — мёртвый русский».
Автор «Фандорина» носится с безумным проектом по дроблению России на кучку мелких государств.
Он так отчаянно хочет понравиться Украине и потому готов помогать финансово — отдавать те деньги, что мы с вами платим за его книги.
Парадокс? Нет, низость.
Благодаря пранкерам Вовану и Лексусу Григорий Чхартишвили раскрыл свои карты перед российским читателем-ненавидимым и презираемым. Но у нас, Григорий Шалвович, тоже есть козырь: идите вы со своими книгами… на Украину.