Все вроде устаканилось, я выдохнула и пошла наблюдать за своей младшей дочерью. Потому что предполагала, что дите моё сильно изменилось. Я же вижу, что она не помнит ни меня ни мать мою, свою бабку любимую. Ребенок отреагировал только на Олю. Но это не говорит о том, что Ира помнит Олю. Просто последние четыре месяца она находилась среди детей, поэтому Оля оказалась тем персонажем, с которым можно было общаться. Ну хоть это радует. Потому что контакт, это хорошо. Да вон и сейчас сидят на кровати, и играют так, как будто и не было этих четырех месяцев. Это меня очень радует, прямо от всей души.
Но было и то, что меня не то, что не радовало, но и напрягало. Первое то, что Ира совершенно разучилась улыбаться. Вся надежда была на то, что Оля хохотушка, научит Иру и улыбаться и смеяться. Кроме отсутствия улыбки, Ира забыла те слова, которые знала, и теперь говорила какими то звуками и междометиями. Тут я тоже надеялась на Олю. Она говорила чисто, выговаривая все звуки, только несколько слов у нее не получались. Кайтошка, кайбаса и ахадильник. Но для Иры это не важно, она за весь вечер ни одного полного слова не произнесла. А я к ней не приставала, пусть адаптируется. Так будет правильно.
Ну и еще она конечно разучилась ходить на горшок. Вернее проситься. Но об этом я догадалась во время своего визита в дом малютки, это не страшно, и решаемо. На днях сходим к врачу на осмотр, и все будет понятно. У нее, моей белой девочки очень выросли волосы. А волосы у нее были очень белые и очень тонкие. Мать моя видимо утром заплела ей эти хвосты мышиные. И они уже все расплелись. Ну да ладно, сейчас поиграют и пойдем есть, посмотрим, как Ира отреагирует на еду, которой много. Я изначально хотела ее сначала накормить, но раз она пошла за Олей, значит не была голодной. Как только пойму, что оголодала, пойду кормить.
Но Ира оголодала только тогда, когда есть захотела Оля. И мы все вместе пошли на кухню. Оля у нас девушка скромная, никогда она не ест больше чем надо. И никогда не будет есть, то что ей не нравится. Поэтому Олю я не регулировала. А вот Ире поставила полную тарелку всего, что у меня было. И пока Ира ела, я понимала, что за четыре месяца изоляции она реально оголодала. И даже когда я понимала, что Ире уже достаточно, она пыталась мне показать, что хочет ещё. Пришлось призвать на помощь Олю. Оля и на горшок Иру посадила вполне успешно, и от еды отвлекла. Я была очень благодарна старшей дочери. И надеялась на то, что все поправится.
Весь вечер я наблюдала, как идет процесс адаптации, и по пути думала, как же мне рассчитаться с Юлией Борисовной. Ну теперь то реально было за что рассчитываться. Да и проблема у нас получилась одинаковая, дети. У нее сын, у меня дочь. Только у меня малышка, а у нее взрослый остолоп. Ну а как его еще назвать? Вот куда он свинтил и зачем? Кому что хочет доказать? Ведь кроме его матери никто не заметит его исчезновения. Ну а мать вот, сообщила мне, что у нее сын куда то делся. Вот куда он мог деться? Где его искать? Мне то проще его найти, чем сдавать его пароли и явки. И что придумать?
И тут мне пришла идея. Ведь Слава то наверное в курсе, где находится Дима. Ведь ему то услуги врача могут понадобиться в любую минуту. Ни тот , ни другой , скорее всего не будут прерывать сотрудничество из за того, что Дима решил наказать маму или меня. Никто ведь не знает, что у него в голове. А Слава, скорее всего не знает про Димину забастовку. Потому что вряд ли Дима будет делится личными проблемами, ведь этому Славе они ни к чему. Ему нужен врач без проблем. Но даже если Дима где то шифруется, как договорился с начальством в больнице? Он же там штатный врач? Или больничный продлил?
Так. План разведки я придумала. Это хорошо. Но надо подумать, куда идти искать Славу, на работу или домой? До рынка ехать надо и по рынку искать, а живет он рядом, два квартала. Вот теперь надо было решить это. Желательно до завтра. Чтобы завтра получить координаты Димы. Наверное пойду домой. А если Слава не захочет выдать секрет? Ладно. Сегодня не будем придумывать, что попало. Послушаем Славу , и тогда подумаем. Если конечно Слава захочет со мной говорить. А почему это вдруг не захочет? Он же не будет знать, с каким вопросом я пришла.
Поддержать канал 2202206274060537