Плач и вой, перегар корвалола…
Крики матери, слезы отца.
В сотый раз эта смерть поборола…
Горя смрад отодрать бы с лица.
Как же это я все ненавижу!!!
Атмосфера подкошенных ног.
Слезы, слезы я вижу…
Убежал бы отсюда, коль смог.
Но нельзя, таковы уж порядки.
Так устроено в нашем мирке –
Надо рвать и метать в беспорядке
Над любимым в сосновой доске…
Надо в обморок падать, рыдать,
Горе выплеснуть с воем наружу.
Сердце, душу свою заковать
На года в леденящую стужу…
Надо руки ломать и стонать,
Рвать реальности тонкую нить.
Надо бить, клокотать и орать,
А потом с горя пить, пить, пить…
Почему же нельзя как-то проще?
Почему так у нас испокон?
Если жизненный путь уж закончен?
Может новой там жизни разгон…
Может, там он кому-нибудь нужен?
Может, там все решили за нас?
И от будущих бед сильно дюжих
Оградили – забрали сейчас…
Может, это и вовсе не горе?
Может, там перед ним все пути?
Остров райский в лазоревом море?
Может быть, это счастье – уйти?..
Может, просто за них улыбнутся,
Проронить две слезы и простить,
Что смогли мы чуть-чуть разминутся,
Не успели чуть-чуть долюбить…
