Сложно жить будучи монстром под чьей-то кроватью. У тебя довольно маленькое жильё и совершенно никакой личной жизни. Единственное развлечение —это возможность переодически пугать хозяина этой самой кровати, но что делать, если твоё единственное развлечение тебя не боится, а напротив, считает своим лучшим другом?
***
Однажды мне довелось встретить самую смелую в мире охотницу на стоматологов. Она всегда смотрела страху прямо в глаза, будь то страшная тень, проскочившая в коридоре, или же осознание того, что твои родители вот-вот разведутся. Никогда в жизни я больше не встречал никого более отважного, чем она.
—Я буду звать тебя Рудольф, ладно? —тихо сказала она мне в день нашего знакомства, лёжа сверху на кровати. А я промолчал.
На следующий день, перед тем как отправиться в школу, она специально оставила под кроватью тарелку с печеньем и стакан молока. Вернувшись домой, храбрая девочка обнаружила лишь печенье, аккуратно переложенное из тарелки на пол.
—Глупышка, тарелки есть нельзя! Они предназначены для того, чтобы класть на них еду, —рассмеялась тогда она. Её смех в тот день звучал звонко, словно колокольчики, и мне даже самому впервые за долгое время стало весело. Казалось, будто вся комната заполнилась чем-то светлым и радостным, но я молчал. Молчал, чувствуя неловкость за то, какое первое впечатление обо мне сложилось.
***
—Рудольф, ты случайно не знаешь кто такой Развод? Родители постоянно говорят про него, особенно когда ссорятся. Я не совсем понимаю кто он, но думаю, что он плохой, раз родители постоянно ругаются из-за него. Знаешь, Рудольф, я бы отдала все свои конфеты, чтобы узнать как победить этого негодяя! —рассуждала в ту ночь отважная девочка. А я молчал. Молчал, потому что я не знал кто такой Развод и как его победить, но точно знал, что у неё достаточно много конфет для того, чтобы узнать это.
На следующее утро я проснулся из-за криков, доносящихся из соседней комнаты. Так получилось, что бо́льшую часть ночи я провёл читая книгу, оставленную мне смелой девочкой. Она часто так делала, оставляя под кроватью сказки, которые полюбились ей самой, и фонарь, чтобы мне не было скучно. Как раз именно по этой причине, мне так важно было хорошо выспаться, и именно по этой причине во мне начала закипать злость.
—Рудольф, не злись на них, пожалуйста. Они просто не понимают, что своими криками могут разбудить тебя. Сейчас для них важно лишь как можно сильнее обидеть друг друга. Я обязательно поговорю с ними, когда они перестанут ругаться, чтобы они так больше не делали, хорошо? —услышал я сонный голосок только проснувшейся отважной девочки. Я не ответил, потому что был слишком зол на её родителей, и невероятно восхищён тем, что она готова добровольно разговаривать с этими дикими существами, так громко грызущимися за стенкой.
***
—Рудольф, знаешь, я хоть, наверное, и кажусь тебе смелой, но на самом деле я много чего боюсь, —неожиданное заговарила в одну из ночей храбрая девочка. —Я ужасно боюсь стоматологов, того, что родители бросят меня, и этого ужасного Развода. Но знаешь, что я поняла? Смелые люди, это не те люди, у которых нет чувства страха, а те, кто смотрят страху в лицо, делают то, что им нужно. Знаешь, в первую ночь я до жути боялась тебя, а потом поняла, что могу с тобой подружиться. Ты хороший друг, хоть и очень молчаливый, —говорила она, а я молчал. Молчал, восхищённый тем, что она нашла в себе смелость для того, чтобы признаться в своих страхах. —Я слышала , что раньше люди боялись тигров, но потом они начали на них охотиться. Может я перестану бояться стоматологов, если тоже буду на них охотиться?
***
—Рудольф, я узнала кто такой Развод.. —услышал я заплаканный голос отважной девочки сверху на кровати. Я приготовился запоминать его отличительные черты, чтобы при личной встрече как следует тому навалять. —Это не человек, как я, и не монстр, как ты. Его нельзя ударить или победить. Это решение, давно принятое родителями. Это значит, что они больше не хотят жить вместе. Теперь мне придётся уехать отсюда с одним из них.. —говорила она, захлёбываясь слезами, а я молчал. Молчал, не зная как же мне тогда проучить этот Развод, если его нельзя ударить.
То был последний день, когда я слышал храбрую девочку. Конечно, спустя много лет в этот дом приедет женщина. Она будет одета в дорогой костюм, а в руках у неё будет сумка, в которой будут лежать разные взрослые вещи, по типу сотового. Она войдёт в комнату, аккуратно сядет на кровать под которой буду лежать я, шёпотом скажет "Привет, Рудольф.." и тихо расплачется. А я по-прежнему буду молчать.