Человек без друзей.
Сидел разбирал шкафы, наткнулся на пыльные фотоальбомы. Уборка прервалась. Я листал старые хрустящие страницы, ностальгировал, глядя на маленького брата, на себя подростка, на семейные торжества и различные поездки в другие города и страны (ну, по нынешним временам я из России и не выезжал выходит ни разу). Долго задумчиво глядел в даль с пухлым альбомом в руках, потом плюнул на уборку и пошел за вином.
Камеры в телефонах убили эту прекрасную традицию - хранить фотографии. Когда у тебя только тридцать шесть кадров, ты стремишься запечатлеть лишь то, что важно - памятные места, важных тебе людей. И дорожишь этими мгновениями всю свою жизнь.
Сейчас среднестатистическая барышня делает по полмиллиона селфи на фоне еды/интерьера/памятника. Список бэкстейджей для своего, пусть и такого любимого лица можно продолжать вечно, но ценность таких фотографий нулевая. Они будут храниться в безграничной памяти смартфона, но едва ли когда то будут просмотрены и уж тем более не вызовут тех эмоций, что бумажная фотокарточка.
Девальвация фотографий началась с цифровых фотоаппаратов. Но тогда фотки хотя бы скидывались на компьютер, где, по старой привычке, я хоть иногда просматривал их, пытался придумать логичную организационную парадигму, размещал в папках по годам, а затем по названиям событий.
А сейчас у меня и компьютера то и нет. Нет необходимости. А из фотографий - одни показания счётчиков да документы.
Одна из таких папок мне сейчас вспомнилась. В нашей студенческой компании был "штатный" фотограф. Ни одна пьянка на даче у Павлика не обходилась без этого "репортёра Шрайбикуса". Однажды, разглядывая кадры с очередной попойки, я заметил, что его нет ни на одном групповом фото, зато обязательно присутствует фотокарточка с мордой, где он фотографирует сам себя, и обратил на это внимание остальных. Мы тогда долго ржали, что сам себя может фоткать только человек, у которого нет друзей, часто потом его на эту тему подкладывали.
Кто ж тогда знал, что Саша изобрел селфи...