Облако терминов, понятий и цитат.
БАБНИК /разг./, лицо муж. пола, проявляющее повышенный сексуальный интерес к женщинам; то же, что вуманайзер; мадамист; кобель; кот (2); супник; ходок; юбочник.
Действия Б. зачастую носят характер навязчивости; отличаются неразборчивостью и непостоянством. Теме Б. посвящен фильм амер. режиссера Д. МакКензи «Spread» (2009), кинокомедии А. Эйрамджана «Бабник» (1990) и И. Щеголева «Бабник 2» (1992). См. также Бабник жарг., разг.; Бонвиван; Волокита; Дамский угодник; Дон жуан(2); Жуир; Ловелас; Повеса; Секс-ансолид; Ферлакур (2). Ср. Селадон.
«Кроме того, говоря языком грубым, был он большой руки бабником и не мог пропустить ни единой юбки, не интересуясь даже возрастом ее обладательницы…» И. Эренбург. Необычайные приключения Хулио Хуренито.
«Бабнику нужна лишь часть бабы». Д.Еникеева. Любовь и секс.
«Бабники! Как только не называют таких мужчин женщины: донжуан, казанова, потаскун, дамский угодник, ходок, кот мартовский.<>
С другой стороны, многие великие люди и даже светочи культуры и науки с гордостью несли звание бабника.<>
Вот типичный портрет и стереотип поведения бабника современного. Часто, но не всегда, это слабая, эмоционально неразвитая личность. Он весел и легок в общении. За словом в карман не лезет. Контактен, круг его общения огромен. Телефон постоянно разрывается от звонков многочисленных приятелей, однополчан, сослуживцев, друзей детства и просто «корешей». И бывших подруг тоже. Всем он нужен. Кому-то помочь, с кем-то потрепаться, со многими выпить. Кстати, он выпивоха и бонвиван. Не мелочен, но суетлив. Между прочим, частенько весьма тороплив в сексе. Любит поделиться своими амурными секретами. Но нередко привирает (или занимается самообманом), хвастаясь своими сексуальными подвигами. Не стоит обзывать его ловеласом и ходоком. Этим вы только польстите ему. Вон, какой я орел! Но, если честно, в постели бабники часто оказываются несостоятельными. Любовники они плоховатые. Им бы раз-два – и готово. <>
Бабники сладкоречивы. Они вас заболтают и уговорят. Особенно если вы эмоциональны, впечатлительны и не очень опытны. Свой кусочек клубнички они откусят. А что там и как будет с вами – им по большому счету наплевать. Они уже на следующую ягодку заглядываются.<>
Бабник может быть милым, добрым и даже интересным человеком. Почему нет! Одно другому не мешает. За него даже можно выйти замуж. Но вот чувствовать себя с ним защищенной вы вряд ли будете». Н.Баратова. Мужские особи: виды и подвиды.
Бабничество – образ действий, свойственный Б.
«Это хвастливое, навязчивое бабничество ни на минуту, должно быть, даже и во сне, не покидало его». А. Куприн. Яма.
БОГЕМА /франц. boheme, от bohemien – цыган/, узкая социальная прослойка художественной интеллигенции (актеры, музыканты, художники, литераторы и др.). См. также Андеграунд; Контркультура.
Происхождение термина восходит к Богемии – одной из областей Чехии, откуда в 1417—1427 во Францию мигрировали цыгане. В Париже в середине XIX в. артистическая и студенческая молодежь плотно заселила Монмартр и Латинский квартал на левом берегу Сены.
«В средние века, – говорит Владимир Фриче, автор соответствующей статьи в старой «Литературной энциклопедии», – цыгане, народ бродячий, народ-изгой, считались выходцами из Богемии (Чехии)». В эпоху романтизма, когда цыгане стали восприниматься уже не только как изгои, но и как одушевленный символ вольности (см. поэму Александра Пушкина «Цыганы», «Галантную богему» Жерара де Нерваля, стихи Теофиля Готье и др.), за словом «богема» закрепилось понятие артистической и «литературной цыганщины в смысле социальной деклассированности и материальной необеспеченности». Решающее значение в этом словоупотреблении сыграл популярный роман Анри Мюрже «Сцены из жизни богемы» (1840), на основе которого было написано либретто еще более знаменитой оперы Дж. Пуччини «Богема».
Классическим периодом европейской богемы принято считать вторую половину XIX века – эпоху Поля Верлена, Артюра Рембо, Анри де Тулуз-Лотрека, Клода Моне, французских натуралистов, символистов и импрессионистов (см. роман Эмиля Золя «Творчество»), да еще, может быть, 1920-е годы, когда новое слово европейской мысли и искусства рождалось в транснациональной богемной среде (в нее входили, например, Гертруда Стайн, Эрнест Хемингуэй, Генри Миллер, Анаис Нин, Жан Кокто и др.), обосновавшейся в Париже и, как казалось обывателям, прожигавшей свою жизнь в угаре сплошных кутежей и разврата». С.Чупринин. Жизнь по понятиям.
Поведение Б. отличалось определенной свободой, пренебрежением к буржуазной морали и бытовым заботам. В психосексуальном плане Б. характеризуется повышенной эмоциональностью, влюбчивостью, склонностью к частой смене половых партнеров.
«Богема – довольно разнородный слой общества; Мюрже выделяет в нем следующие группы: «любители» – молодые люди, «покинувшие домашний очаг», чтобы какое–то время вести жизнь, «полную приключений и зависеть от случая», а потом остепениться, и художники. Наиболее многочисленная группа художников – «непризнанные гении» – стоически живут в бедности и безвестности, пассивны и никогда не добиваются успеха. Они умирают в больницах от чахотки, «их косит болезнь, которую наука не осмеливается назвать настоящим именем, – нищета». «Соседей раздражает, что они кашляют, харкают кровью; приходится отправляться в „Шарите". Другие – их меньшинство – добиваются успеха и признания: «Их имена можно прочесть на афишах». Среди них много художников, скульпторов, литераторов, журналистов, связанных с «малой прессой», в которой публикуются карикатуры, кое–какая поэзия и «шутки».
Жизнь богемы – полная противоположность модели буржуазной частной жизни. Начать с того, что у богемной публики совершенно иное представление о времени и пространстве. Богема ведет ночную жизнь, у нее нет часов и расписаний; все ее интенсивное общение протекает в городе, в салонах, на бульварах и в кафе. Представители богемы «не могут и десяти шагов пройти по бульвару, не встретив приятеля». Главное их занятие и самое большое удовольствие – разговоры. Они живут и творят в маленьких кафе, в библиотеках, читальных залах – такое отношение к публичному пространству сближает их с народными массами. У них, вечно преследуемых кредиторами и судебными приставами, нет ни постоянного жилья, ни мебели – так, какие–то предметы. Герой Мюрже Шонар носит все свое добро с собой в карманах, «глубоких, как погреба». Они делят на несколько человек убогое жилье, которое к празднику украшают какими–нибудь безделушками или драпируют куском изысканной ткани. С презрением относясь к накоплению денег, этой добродетели «толстяков», они могут за одну веселую ночь прогулять все заработанные или одолженные деньги, часто не свои. Богема презирает собственность, у них все общее, в том числе женщины, которые переходят от одного к другому. Беспорядочные любовные связи – правило, а неверность – принцип». Ф.Арьес. История частной жизни.
БОМОНД /франц. beaumonde – прекрасный мир/, 1) высший свет, придворная аристократия; /перенос./ узкий слой избранных привилегированных личностей. Ср. Демимонд.
«Если воспользоваться франко-русским словарем, то наше слово «бомонд» – это два французских слова «лучший свет», или просто «хороший свет». Конечно же, даже в 19-м столетии данный термин не употреблялся столь дословно (например, чтобы описать сияние Солнца), а служил он для общего обозначения группы людей, которые добились каких-то высот в определенной отрасли культуры или искусства. Тогда в Европе и в России существовали бомонды художников, а отдельно от них были бомонды поэтов и писателей. Некоторое время спустя такие четкие разграничения сочлись неуместными, и это французское слово стало символом всех людей, которые имеют отношение к высшему обществу. Это были не только представители искусства, но и простые дворяне, бароны, фрейлины и прочие персоны высокого чина.
Это слово в середине 19-го века впервые широко стало применяться в высшем обществе нашей культурной столицы. В силу того что в моде было применение французских слов в устной и письменной речи, данный термин неплохо прижился в диалогах тогдашних людей. После этого было принято решение внести его в толковый словарь нашего родного языка. Так, в 1863 году термин «бомонд» впервые появился в общепринятой грамматике русского языка, и записывался он теперь не латиницей, а кириллицей. Стоит также отметить, что популярность термина постоянно росла, и с годами появились такие понятия, как «бомонд уезда N», или же «бомонд Москвы», которые прекрасно дожили до наших дней». FB.ru
«Он положительно стал блистать в петербургском обществе. Его кровные лошади и великолепные экипажи красовались на Невском проспекте, на Дворцовой набережной и на елагинской стрелке – повсюду, где только хотя бы сколько-нибудь пахло beau mond'ом». В.Крестовский Петербургские трущобы.
«В букете дам Амьенскаго beau mond’a
Звучнее всех рифмует с резедой
Bronze-oxide блондинка Эсклармонда
Цветя бальзаколетнею звездой.
Она остра, как квинт-эссенца специй,
Ее бравадам нужен резонанс,
В любовники берет «господ с трапеций»
И, так сказать, смакует mesalliance:
Условностям всегда бросает: «schoking!»
Экстравагантно выпускает лиф,
Лорнирует базарно каждый смокинг,
Но не во всяком смокинге калиф:
Как устрицу, глотает с аппетитом
Дежурнаго огейзерную дань:
При этом всем — со вкусом носит титул,
Иной щеке даря свою ладонь». И.Северянин. Цветок букета дам.
«Будут Президент, Премьер и Избранник! Весь московский бомонд!» А. Проханов. Господин Гексоген.
2) /разг., иронич./ то же, что притон.
БОНВИВАН / устарев., от франц. bon – хороший и vivant – живущий, живой/, лицо муж пола, стремящееся к наслаждению, чувственным удовольствиям; то же, что вивёр; жуир. См. Эпикурейство.
«Бонвиван и душа общества, граф поражал окружающих своим красноречием и образованностью, обожал театр, но, следуя отчему примеру, был таким большим мотом и любителем роскоши, что имения его в течение восьми лет находились в опеке у заботливого Гаврилы Романовича Державина». Л.Кузнецова. Петербургские ювелиры XIX века.
«Будь он француз ― он был бы бонвиваном
И жизнью пользовался бы более, чем в меру,
Проводя ее за винным стаканом
И на женщинах делая карьеру». М.Шкапская. Портрет Леонида Витмера.
ВИВЁР /устарев., от франц. vivre – жить/, лицо муж пола, стремящееся к наслаждению, чувственным удовольствиям; то же, что бонвиван; жуир. См. Эпикурейство.
«Великий писатель Франции, сошедший на днях в могилу, не хотел и на старости отказывать себе ни в каких духовных наслаждениях. Скажем ему за это сердечное спасибо. Простим ему и то умственное эпикурейство, о котором любили в последнее время распространяться не одни его враги, но и почитатели. Он не был аскетом, отзывался на приманки популярности и сочувствия, желал сохранить бодрость и жизненную радость; может быть, и злоупотреблял таким символом веры. В Париже большая известность не обходится без постоянных приглашений и ухаживаний в светской сфере. Ренан охотно попадал в столовые и гостиные, где его ублажали. Один русский вивёр передавал мне якобы подлинную фразу Ренана, с которым он был приглашен на обед к одной светлейшей княгине. В курильной комнате, за кофеем и ликерами, Ренан, рассевшись на турецком диване, сладко вздохнул и сказал: C'est egal! II est doux de vivre a une epoque de decadence!/Как сладко жить в эпоху упадка/» П. Боборыкин. Жизнерадостный скептик.
«Тогда он носил камергерский ключ и держал себя как типичный барин-вивёр николаевского времени, мот и женолюб, способный на пылкие юношеские увлечения, будучи уже отцом семейства». П. Боборыкин. За полвека. Воспоминания.
«Я вивёр Аркаша, я рожден быть вивёром! – кричал Вася, хохоча, заливаясь неслышным, мелким, нервическим смехом…» Ф.Достоевский. Слабое сердце.
ВОЛОКИТА /разг., устарев./, лицо муж. пола, усиленно добивающееся взаимности женщин.
Действия В. зачастую носят характер навязчивости, но не преследуют серьезных намерений. См. также Бабник; Бонвиван; Вивер; Вуманайзер; Дамский угодник; Дон жуан (2); Жуир; Ловелас; Повеса; Секс-ансолид; Ферлакур (2). Ср. Селадон.
«В молодости, до женитьбы, Пушкин, говорят, был большой волокита. Когда же я его знала, он страстно любил свою жену, но дурачиться и прикидываться влюбленным он и тогда был не прочь. К нам часто приезжала княжна Г., общая «кузина», как ее все называли, дурнушка, недалекая старая дева, воображавшая, что она неотразима. Пушкин жестоко пользовался ее слабостью и подсмеивался над нею. Когда «кузина» являлась к нам, он вздыхал, бросал на нее пламенные взоры, становился перед ней на колени, целовал ее руки и умолял окружающих оставить их вдвоем. «Кузина» млела от восторга и, сидя за картами (Пушкин неизменно садился рядом с ней), много раз в продолжение вечера роняла на пол платок, а Пушкин, подымая, каждый раз жал ей ногу». Воспоминания В.А.Нащокиной о Пушкине.
«И вот я, волокита старый,
Люблю ухаживать за ней». П. Вяземский. Осень.
Волочиться – совершать действия, свойственные В.
«Я, правда, немножко волочился за княжной, да и тотчас отстал, потому что не хочу жениться, а компрометировать девушку не в моих правилах». М. Лермонтов. Герой нашего времени.
Волокитство (бабничество; ферлакурство) – образ действий В.; то же, что донжуанизм.
«Что скажет нам на это Дон-Жуан? Учитель наш и мастер волокитства». А.К.Толстой. Дон-Жуан.
ВУМАНАЙЗЕР /англ. Womanizer; иногда Womaniser/, лицо муж. пола, проявляющее повышенный сексуальный интерес к женщинам; то же, что бабник.
Действия В. обычно носят навязчивый характер; отличаются неразборчивостью и непостоянством.
К литературным прототипам В. традиционно относят Д. Казанову, Дон Жуана, героя пьесы Н. Роу «The Fair Penitent» (1703) Лотарио и др. «Womanizer» (2008) – первый сингл с шестого студийного альбома амер. певицы Бритни Спирс.
«В памяти потомков Генрих VIII сохранился как чревоугодник и вуманайзер, не пропускающий ни одной юбки». А.Сосновский. Кабинет доктора Либидо.
См. также: Бонвиван; Волокита; Дамский угодник; Дон жуан (2); Жуир; Ловелас; Мадамист; Повеса; Секс-ансолид; Ферлакур (2). Ср. Мачо; Плейбой (2).
В. /англ. жарг., разг./: cad; cunt-chaser; frustrated; horny man; ladies’ man; ladykiller; man in love; man-whore; player; philanderer, rake; rakehell.
ГАРСОНКИ /разг., от франц. garçon – мальчик/, в первой половине XX в. лица жен. пола, использующие атрибуты муж. подростковой моды в одежде и поведении. См. также Гризетки; Лоретки. Ср. Бебе.
“…стройные безгрудые гарсонки, качались в замысловатом танго”. Б.Ясенский. Человек меняет кожу.
«Garçonnes обожали сигареты. Не курение, а сигареты.<>
Garçonnes не курили и не боролись за смутное равенство смутно различимых полов. Они превратили сигарету в аксессуар, модную необходимость. Ее не курили, а, вставив в костяной или янтарный мундштук превосходной работы, грациозно держали в тонких холеных пальцах и позировали – на жарком восточном диване в переливчатом мареве алжирских шелков, в залах Гран-Пале, пронизанных хрустальными лучами холодного весеннего солнца, на пахнущей бензином и деньгами Пятой авеню, прильнув к зеркальной стали новенького «понтиака», в открытом ресторане на крыше двадцатиэтажной «Пенсильвании», посылая персиковому вечернему Нью-Йорку теплые поцелуи и сизые облачка сладкого дыма.<>
Сигарета развязывала язык, придавала значительность случайным жестам, завершала модный образ. Тонкий финальный белый штрих возле остро очерченного рта, глянцевитый «шингл» в легком расфокусе серебристого дыма – и garçonne готова.
Впрочем, не совсем. Еще нужно было уметь водить – мягко и уверенно. Автомобиль тогда ворвался в пору своей шумной безудержной молодости, соблазняя всех на пути – в том числе «мальчишек», обожавших скорость, риск, блеск и визг. <>
«Гарсонки» кое-что смыслили в починке и порой не боялись давать указания мужчинам-механикам: те только посмеивались. Они умели позировать возле авто – горделивая осанка, чуть вздернутый подбородок, широко расставленные краги и острые углы локтей. Они умели позировать в авто – одна рука на руле, другая на дверце, разворот головы на три четверти и уверенная улыбка в фотокамеру. Одевались соответственно, с мужским шиком и женской элегантностью – в шлемы, шарфы, плащи и кожаные куртки, бриджи и кникербокеры, боты на высокой шнуровке или гетры. И не забывали о главных аксессуарах – кожаных перчатках с широкими раструбами а-ля мушкетер, придававшими солидности, серьезности, решительности.<>
Заигрывая с «мальчишеским» стилем, укорачивая волосы и юбки, garçonnes быстро сокращ.али расстояние между собой и противоположным полом, к которому испытывали непреодолимое влечение, обострившееся во время Великой войны. Мужчин стало меньше, и за них приходилось биться. И обнаженные икры, спортивная фигура, показная независимость стали козырями в этой игре агрессивного соблазнения. Но главным козырем был макияж. Чем более «мальчишестой» была девушка, тем больше косметики она использовала – красила губы в форме сердечка, выделяла глаза тенями и увеличивала ресницы, которыми учащенно хлопала с кинематографической скоростью Луизы Брукс. И в этом garçonnes напоминали флапперов». О.Хорошилова. Молодые и красивые. Мода двадцатых годов.
ГРИЗЕТКИ /устарев. франц. grisette/, молодые девушки-работницы, относительно независимые от материальной помощи мужчин. См. также Мидинетки; Лоретки.
Термин появился во Франции в начале XIX в. Происходит от франц. gris (серый) – наиболее распространенный цвет будничных платьев, которые носили цветочницы, белошвейки, продавщицы, модистки и т.п. Г. стойко переносили житейские трудности, отличались веселым, общительным нравом. Легко нарушали буржуазные условности и нормы традиционной морали. Охотно принимали ухаживания молодых студентов, артистов, художников, поэтов и т.п. См. также Богема.
«Так называют швей, учениц в магазинах, золотошвеек, вообще всех молодых девушек, которые живут ручною работою. Гризетка всегда бежит за делом, но заглядывает в каждое магазинное окно, на чепчики, шляпки и платья; от мужчин отпрыгивает, как серна; перебегает от них на другую сторону, но вообще любит разговоры и объяснения. Она всегда одета просто, сквозь легкий чепчик видна прелестная черная коса; коротенькое темное платье прикрыто чистым передником; тоненькая косыночка едва закрывает мраморные плечи. Гризетки являются на улицах, возвращаясь домой с работы, вечером, а… la nuit tous les chats sont gris [ночью все кошки серы]; все гризетки хороши, потому что свежи, молоды, румяны, смотрят лукаво. Они не выходят замуж; такой уж между ними обычай; выбирают друга и остаются ему верными, пока он их не бросит. Гризетка в двадцать лет начинает думать о будущем и переходит в категорию модистки, если скопила довольно денег на первое обзаведение, или в femme galante, если красота обещает ей продолжительные успехи и победы над мужчинами. Старых гризеток нет; с мыслию о гризетке соединено понятие о молодости, свежести, силе; нет также и дурных гризеток, потому что дурную гризетку просто называют девчонкой». В.Строев. Париж в 1838 и 1839 годах.
Образ Г. широко отражен в искусстве: Мими Пинсон в новеллах А.Мюссе «Фредерик и Бернеретта» (1838) и «Мими Пенсон» (с подзаголовком «Силуэт гризетки», 1845); Ида Грюге в «Человеческой комедии» и Фанни в новелле О. де Бальзака «Гобсек»; оперетта А.Гублие и др. По словам Ш.Бодлера, Г. это «…женщина, которая трудится восемь дней в неделю и развлекается один вечер. Странная смесь добродетелей, пороков, чувственности, капризов, озорства, несоответствий, смеха и слез». В большинстве произведений Г. предстают в качестве положительных героинь, отличающихся самоотверженностью и добротой. В 1909 в Париже был установлен памятник «Гризетке 1830» работы Ж.-Б.Дескомпа.
«Гризетка – порождение Парижа, как грязь, как мостовые Парижа, как вода Сены. <…> Она связана с пороком только одним радиусом и удалена от него в тысяче других точек социальной сферы. Притом она позволяет догадываться только об одной черте своего характера, той, из-за которой ее осуждают; ее прекрасные качества скрыты, она щеголяет своим наивным бесстыдством. Односторонне изображенная в драмах и книгах, где она окружена поэтическим ореолом, она верна себе только на чердаке, ибо в других условиях ее всегда либо превозносят, либо поносят. В богатстве она развращается, а в бедности – остается никем не понятой. Иначе и быть не может! В ней слишком много пороков и слишком много достоинств; она равно способна и наложить на себя руки, проявляя величие своей души, и предаться позорному веселью; она слишком хороша и слишком омерзительна, она превосходно олицетворяет собой Париж; из таких, как она, вербуются беззубые привратницы, прачки, метельщицы, нищенки, частенько – наглые графини, восхитительные актрисы, знаменитые певицы. <…> Она – воплощение женщины, она и ниже, и выше женщины». О.Бальзак.Феррагус.
«Есть гризетки–победительницы, «ведущие мужской свободный образ жизни» (Себастьян Мерсье), этакие Растиньяки в юбке, молодость и красота которых помогают им покорить город и для которых богема – лишь временный этап жизни. «Я одна, и мне это нравится», – говорит Риголетта, героиня Эжена Сю, ниспровергающая все моральные устои». Ф.Арьес. История частной жизни.
В повседневном обиходе термин Г. нередко употребляется в значении женщины легкого поведения.
“Мне вдруг представилось, что я молодая девочка, гризетка, швея какая-нибудь из Малой Морской, что я работаю целый день и урвалась на два часа, прибежала к человеку, который меня любит и ждет…» П. Боборыкин. Жертва вечерняя.
ДЕМИМОНД /франц. Demi-monde; букв. «полусвет»; англ. Half-world/, социальная прослойка куртизанок, высокооплачиваемых кокоток, авантюристов, артистической богемы и т.п. Ср. Бомонд (1).
Термин Д. появился в 1820-ые во Франции. Приобрел широкую популярность в 1855 после премьеры одноименной пьесы А.Дюма-сына на сцене парижского театра «Жимназ». По собственному определению писателя: «этот мир начинается там, где кончается законная супруга, а кончается там, где начинается продажная супруга. Он отделен от порядочных женщин общественным скандалом, от куртизанок – деньгами…» Образ жизни Д. характеризуется свободой поведения и погоней за чувственными удовольствиями.
«Все мы, к стыду нашему и в то же время к нашей гордости, до создания своего кровного демимонда еще не доросли, не допутались… Паров у нас не хватает! Мы пробавляемся еще подражаниями и подражаниями пока вообще довольно слабыми!..» Н.Гейнце. Сцены из петербургской жизни.
Демимонденки /франц. demi-mondaine/ (дамы полусвета) не соблюдали норм общепринятой морали, часто меняли любовников и содержателей. А.Дюма относил к Д. всех женщин «не имеющих корней в упорядоченном обществе и падение которых имеет оправданием любовь…».
«Она кусает платок, бледнея,
Демимонденка и лесофея!..» И.Северянин. Лесофея.
«В жизни и в романах понятие полусвета сопряжено с такими вещами, как влюбленность, страдания, краткие минуты веселья и гипертрофированные выплески эмоций. Полусвет, отделенный от высшего общества, погруженный в свою неповторимую атмосферу вечера при свечах, сегодня, увы, знаком нам лишь по воспоминаниям Марселя Пруста и прекрасной Колетт. Дамы сомнительного происхождения – экзотические цветы, взращенные в теплице всех доступных миру удовольствий, – расцвели, легко найдя отведенное им по умолчанию место под солнцем. Эти гурии, приставленные служить великосветским господам, до одури наслаждались беззаботностью и роскошью. Так продолжалось полвека: с началом Первой мировой войны образ жизни джентльмена стал куда менее разгульным и праздным, и этот блистающий, в чем-то очень милый мир полусвета постепенно стал исчезать или, по крайней мере, лишился внешнего лоска.<>
Богини полусвета, навсегда канувшего в Лету, были проститутками, но проститутками высочайшего класса. При всей любви одеваться ярко и вычурно они не переступали черту вульгарности, в противном случае они бросили бы тень на своих покровителей, отличавшихся хорошим вкусом. Поэтому золото, слуги, акции и облигации им достались по праву. Лучшие представительницы этой сомнительной профессии жили в собственных домах и квартирах, знали, как обходиться с прислугой, как выбрать еду и вино, прекрасно умели развлечь гостей, которых пригласил их кавалер, при этом делали это с подкупающей беспечностью, каковой недоставало этим господам у них дома: когда респектабельная куртизанка грациозно сходила со ступенек экипажа и направлялась в Булонский лес выгуливать афганских борзых, с ней не могла соперничать ни одна герцогиня». С.Битон. Зеркало моды.
ЖУИР /устарев., от франц. joueur – игрок/, лицо муж. пола, стремящееся к наслаждению, чувственным удовольствиям; то же, что бонвиван; вивер. См. Эпикурейство.
«Среди своих сумасбродных приятелей он самый сумасбродный весельчак, бесконечно жизнерадостный выдумщик всяких розыгрышей и шуток, стойкий и взыскательный сотрапезник на бесчисленных банкетах, которые устраиваются в его честь, забавный жуир, всегда готовый откликнуться на манящую женскую улыбку, нежный взгляд или записочку». А.Фраккароли. Россини.
“Это жуир в полном смысле слова, несмотря на свои пятьдесят лет, жуир, который и прежде не отступал и долго еще не отступит ни перед какой попойкой, ни перед каким объедением». М.Салтыков-Щедрин. Господа Голавлевы.
«Еще скрежещет старый мир,
И мать еще о сыне плачет,
И обносившийся жуир
Еще последний смокинг прячет…» В.Зоргенфрей. Милосердная дорога.
Жуировать – образ действий, свойственный Ж.
«И я теперь живу у городничего, жуирую, волочусь напропалую за его женой и дочкой». Н.Гоголь. Ревизор.
КУТИЛА (кутило), любитель праздности и чувственных удовольствий; то же, что гуляка. См. также Бонвиван; Волокита; Вивер; Дон жуан(2); Жуир; Ловелас; Прожигатель жизни; Селадон; Ферлакур; Юбочник.
«Я так этому обрадовался, что, подписывая расписку, с каким-то ухарским видом, небрежно сообщил ему, что вчера «покутили с приятелями в Hôtel de Paris; провожали товарища, даже, можно сказать, друга детства, и, знаете, – кутила он большой, избалован, – ну, разумеется, хорошей фамилии, значительное состояние, блестящая карьера, остроумен, мил, интригует с этими дамами, понимаете: выпили лишних „полдюжины“ и…». Ф.Достоевский. Записки из подполья.
Кутеж (кутежон) – пирушка, сопровождающаяся пьяным разгулом; то же, что оргия (2).
«Нужно понимать, что понятие “кутеж” емкое само по себе и не может быть заменено словом “пьянка”, “гулянка” или другим привычным нам современным термином.
И. И. Ефимов, профессиональный кутила ресторана “Яръ”, пишет в своих воспоминаниях: “… Ныне московские купцы, прошедшие школу “Яра”, заставили вписать в словари французского языка слово “le koutioge”, поскольку привычные галльскому уху “bambocher” и “bamboche” (пьянка, пирушка – прим.) не в силах передать всю сущность этого проявления …русской души”.<>
Кутеж – это размах, безумство и колоссальные потраченные суммы. Летальный исход: опционально. Французу, который отсчитывает точную сумму на чай извозчику фиакра, считая, что обычной платы за проезд более чем достаточно, никогда не придет в голову нанять все свободные экипажи в округе, чтобы ехать в одном самому, в другом везти свою трость, а в третьем – шляпу. Это расточительно и бессмысленно, возникает закономерный вопрос: а зачем?
Действительно, что, кроме выпитого вина, ими двигало? Все тот же Ефимов вспоминает рассуждение одного из кутил: “ Повеселиться и напиться – это что? Нужны большие расстояния, бешеный бег троек, “Яръ” или “Стрельна”, где можно выкинуть что-нибудь такое, о чем будут говорить еще долгое время”. Например, как о случае в 1877 году в ресторане “Яръ” (по некоторым источникам – в ресторане “Стрельна”).
Купец Михаил Хлудов рассказывал о недавней русско-турецкой кампании. В процессе рассказов и возлияний он так увлекся, что выхватил саблю и с криком “Ура!” начал рубить пальмы, которые долгие годы росли в кадках, расставленных в зале. Покончив с пальмами, Хлудов напал на зеркала и расколотил их вдребезги. На следующее утро, узнав от ресторанного приказчика о вчерашней бойне, он не торгуясь выплатил 1000 рублей, а пальмы возместил своими собственными, выращенными на южной даче». В.Загребаева. Кутеж в Москве или кто они кутилы конца XIX века.
“Мы могли себе позволить небольшой кутежон…” Г.Иван-Ивановский. Лениниада.
Кутить – вести образ жизни К.
«Уж если пить – так выпить океан!
Кутить – так пир горой и хор цыган!» А. Григорьев. Venezia la bella.
«В русском литературном языке 20–30-х годов XIX в. слово кутить уже приобретает новый оттенок значения: «жить очертя голову, выходить из привычных норм житейского поведения, безобразничать». На всем слове кутить еще лежит явный отпечаток фамильярного просторечия.
У Пушкина в «Евгении Онегине» (гл. 10):
Россия присмирела снова,
И пуще царь пошел кутить…
В «Русско-французском словаре» Ф. Рейфа (1835) слово кутить снабжено таким новым значением: «вести рассеянную жизнь» («mener une vie dissipée») (1, с. 485).
Ср. у Н. И. Греча в романе «Черная женщина»: «…она, в надежде будущих благ, начала было жить и кутить не в свою голову, позадолжалась» (Греч, 1838, 2, с. 10). Ср. у В. И. Даля в «Похождении Христиана Христиановича Виольдамура и его Аршета» кутить со значением «мотать деньги, транжирить»: «Они знали уже и то, что Христиан кутит не в свою голову, что за угловатые скрипки отдал немцу три кларнета и сюртук, что улестил бедного Краусмагена переделать рояль в долг» (Даль, 1898, 10, с. 190). У Ф. Булгарина в письме к Н. Кукольнику (от 28 ноября 1842 г.): «Скажи, пожалуйста, в свою ли ты голову кутишь? Не стыдно ли тебе, забыв страх божий, приличия и обязанности честного человека, живущего в обществе – реветь вчера, в театре в представлении несчастной оперы ”Руслан и Людмила“…» (Глинка, с. 492).
В повести К. Баранова «Ночь на Рождество Христово» слово кутить еще вовсе не связывается с представлением о пьянстве, о попойках. Оно употребляется в значении «производить смуту, бесчинства»: «Накануне дня публичной экзекуции хожалые унтер-офицеры ходили по обывателям и повещали, что завтра-де будут сечь пойманных воров, которые кутили, как они изъяснялись, во всей Губернии» (Баранов, 1, с. 134). Ср. в письме А. Г. Венецианова к Н. П. Милюкову (март 1846 г.): «… мой сожитель-гиморой забунтовал и теперь кутит» (Венецианов, с. 223).
Ср. у Пушкина в «Капитанской дочке»: «… закутим, запьем – и ворота запрем!» В письме Пушкина к М. Л. Яковлеву: «Я надеялся с тобою обедать и кутнуть» (Переписка, т. 2, письмо № 116). Ср. у Е. А. Баратынского в «Цыганке» тот же глагол в другом значении в применении к погоде:
Да уж насилу добрела,
Метель такая закутила!
Ср. в «Посмертных записках генерала-от-инфантерии А. А. Одинцова» (1803–1886) «В I-ый кадетский корпус»: «Выпускные этого года позволяли себе разные строго запрещенные поступки, т. е., по кадетскому выражению, очень кутили» (Русск. старина, 1889, ноябрь, с. 307). У М. Ю. Лермонтова в драме «Menschen und Liedenschaften»: [Василий Михалыч:] «Сенат-с – до него дело еще не доходило. А все еще кутят да мутят в уездном суде да в губернском правлении…» <>
Это второе значение уже обрастает производными словами: кутило – «пьяница, развратник, мот». Но слово кутеж в словаре 1847 г. еще не указано. Слово кутило обычно в языке М. Ю. Лермонтова (Лермонтов 1910, 2, с. 103), П. А. Вяземского (Вяземский 1896, 12, с. 302).
Слово кутила, как широко вошедшее в бытовой московский язык, отмечается в «Очерках московской жизни» П. Ф. Вистенгофа (1842, с. 41). В комедии А. Н. Островского «Старый друг лучше новых двух» (1860): «Какой это товарищ! Это купец, кутило» (в речи чиновника Прохора Гавриловича).<>
У Н. В. Гоголя в «Мертвых душах»: «…помещик, кутящий во всю ширину русской удали и барства, прожигающий, как говорится, насквозь жизнь». Там же в повести о капитане Копейкине: «пообедал, сударь мой, в ”Лондоне“, приказал себе подать котлетку с каперсами, пулярку с разными финтерлеями, спросил бутылку вина, ввечеру отправился в театр – одним словом, кутнул во всю лопатку, так сказать».
У В. И. Даля в «Картинках русского быта»: «Лишь бы кто намекнул, что надо бы кутнуть, то мы сейчас же пустили ребром и свое и чужое; не ценя, не уважая своей собственности, мы подавно не можем уважать и чужой; для нас все трын-трава».
У И. И. Панаева в рассказе «Прекрасный человек» (1840):
«Уж кутить, так кутить,
Я женюсь так и быть…
запел чиновник военного министерства хриплым голосом» (Панаев 1888, 2, с. 40).
В очерке И. А. Гончарова «Иван Савич Поджабрин» (1842): «Обед в трактире, часто с приятелями. Тогда обедали шумно и напивались обыкновенно пьяны. Это называлось кутить и считалось делом большой важности». Ср. там же: «Как они у вас шумят! что выделаете? ”Расскажу ей, как мы кутим… Это нравится женщинам“, – подумал Иван Савич.
– Кутим-с. Вот иногда они соберутся ко мне, и пойдет вавилонское столпотворение, особенно когда бывает князь Дудкин: карты, шампанское, устрицы, пари… знаете, как бывает между молодыми людьми хорошего тона;
– Славно мы живем! – примолвил один из молодых людей, – право славно: кутим, жуируем! вот жизнь, так жизнь!»;
«Когда Иван Савич подходил к дверям, из столовой слышались пение, крик, смех: говорило несколько голосов. Вдруг человек поспешно пронес мимо его бутылки. ”Эге! да здесь никак кутят“! – подумал Иван Савич, – а говорят, знатные не кутят!»;
« – Ого! как кутнули! – сказал он. С нашими так никогда не удавалось: этакой рожи у меня не бывало!»
У А. И. Герцена в романе «Кто виноват?» (1841–1846): «… Они недели две рассказывали направо и налево о том, как кутнули»<>
Можно думать, что и слово кутеж уже вошло в русский литературный язык 40 – 50-х годов. Возможно, что оно сначала было особенно широко употребительно в военно-офицерской и буржуазно-студенческой среде. Например, у Н. М. Языкова в стихотворении «К. К. Павловой»:
…Вы меня, певца свободы
И студентских кутежей,
Восхитительно ласкали…
У Н. В. Гоголя во 2-м томе «Мертвых душ»: «Все [в заведении. – В. В. ] было в струнку днем, а по ночам – кутежи».
У Н. П. Огарева:
А там известно – вечерком
Пошел кутеж, и к нам, бывало,
Гостей сбиралось полон дом…
(Рассказ этапного офицера)
У Л. Толстого: «… кутеж был во всем разгаре» («Детство. Отрочество. Юность.»). У И. С. Тургенева: «…но в душе он был холоден и хитер и во время самого буйного кутежа его умный карий глазок все караулил и высматривал» («Дворянское гнездо», гл. 4). А. А. Фет в своих воспоминаниях передает слова Тургенева о Л. Толстом 50-х годов: «Вернулся из Севастополя с батареи, остановился у меня и пустился во все тяжкие. Кутежи, цыгане и карты во всю ночь; а затем до двух часов спит, как убитый» («Мои воспоминания», 1848–1889, ч. 1. М., 1890, с. 106).
У Н. А. Некрасова в «Медвежьей охоте»:
Три фазиса дворянское развитье
Прекрасные являло нам тогда:
В дни юности– кутеж и стеклобитье
Наука жизни – в зрелые года…
И, наконец, заветная мечта–
Почетные, доходные места…
У М. Е. Салтыкова-Щедрина в «Господах Головлевых»: «Говорили, что каждый вечер у ней собирается кутежная ватага, которая ужинает с полуночи до утра». У Л. Толстого в «Войне и мире»: «Пользуясь своими кутежными отношениями дружбы с Пьером, Долохов прямо приехал к нему в дом» (т. 2, ч. 1, гл. 4). У Л. Толстого в «Войне и мире» (вариант):
« – Опять кутил? – спросил Андрей, покачивая головою.
Пьер виновато кивнул головой.
– Я только в три проснулся. Можете себе представить, что мы выпили впятером одиннадцать бутылок». В.Виноградов. История слов.
ЛОРЕТКИ /устарев.; франц. lorettes/, во Франции в первой половине XIX в. женщины легкого поведения. Ср. Гризетки.
Создателем термина считается владелец журнала «Скандальная хроника» Нестор Рокеплан, который ввел его в обиход в 1841 г. Своим происхождением обязан названию собора Нотр-Дам-де-Лорет, возле которого чаще всего происходили знакомства с клиентами. По словам журналиста Ипполита де Вильмессана: «Необходимость заменить каким-нибудь другим словом старое, подлое и неточное слово “содержанка” ощущалась уже давно, тем более что никаких содержанок давно уже не существует, ибо в наши дни, <…> когда скупость и скаредность сделались общественными добродетелями, никто не решается в одиночку взять на себя содержание кого бы то ни было. Нынче на свете остались одни лоретки».
Термин произошел от названия собора Нотр-Дам-де-Лорет в парижском квартале Бреда, возле которого чаще всего происходили знакомства с клиентами. В хронологическом плане Л. предшествовали кокоткам. Нередко находились на содержании сразу у нескольких состоятельных покровителей. Открыто появлялись в ложах театров, салонах, модных ресторанах и т.д.
Образ Л. широко отражен в литературе (братья Гонкур, Поль де Кок, Александр Дюма-сын, Анри Мюрже и др.). По словам Шарля Бодлера: «Лоретка свободна, она приходит и уходит, когда ей вздумается. У нее открытый дом. Она никому не дает над собой власти, она своя в кругу художников и журналистов. Она добросовестно старается подняться до уровня своих друзей». («О некоторых французских карикатуристах», 1857).
«Еще в первый мой приезд в Париж были гризетки, а теперь там все лоретки, а это разница большая!» А.Писемский. Мещане.
По свидетельству современников, Л. условно подразделялись на несколько групп, в зависимости от своей территориальной дислокации. Так, Л. обосновавшиеся на Новой улице Матюринцев назывались матюринками, на улице Тронше, вблизи церкви Святой Магдалины (Мадлен) – магдалинками. Особо скандальную известность приобрели так называемые красные шары, которые селились в районе улицы Красного шара.
«От лореток сходили с ума, от матюринок впадали в отчаяние, ради магдалин разорялись, а “красные шары” созданы исключительно для любви; они довольствуются малым, довольно повести их в театр на представление мелодрамы». Ж. Араго. История Парижа, его революций, его правлений и событий, происшедших в нем с 1841 по 1852 год.
МИДИНЕТКИ /франц. midinette/, во Франции в конце XIX – начале XX в.в. молодые девушки-работницы, относительно независимые от материальной помощи мужчин. См. также Гризетки. Ср. Лоретки.
«Бульвары кишели уже группами расшалившихся мидинеток…» Б.Ясенский. Человек меняет кожу.
Термин происходит от франц. midi (полдень) – время обеденного перерыва, которое М. использовали для случайных и мимолетных свиданий.
«Я еще был новичком в Париже. Я не знал, что таких веселых и только на вид беззаботных девушек очень много, что они составляют среди парижан особую прослойку – мидинеток, что без них Париж не был бы Парижем, что уличный карнавал без их участия не был бы тем веселым праздником, который увлекает самых разочарованных пессимистов; что у мидинеток существует даже свой праздник – Св. Екатерины, считающийся с древних времен покровительницей женского труда.
После первых часов работы в набитых до отказа душных мастерских с низкими, закопченными от времени потолками, перенося грубые окрики и пинки старших мастериц, они – парижские мидинетки – ненадолго выбегают ровно в полдень на элегантную рю де ла Пэ, где их уже ждут их «amis» (возлюбленные), чтобы проводить в ближайшее бистро. Этот час короткого отдыха, когда улицы Парижа заполнены спешащими завтракать девушками из магазинов и швейных мастерских— midi (полдень). Отсюда и идет прозвище «мидинетки». А.Игнатьев. Пятьдесят лет в строю.
***
Ознакомительный фрагмент. Полностью книга Alexander Sosnovsky-Baubo. АБеВеГа ЛЮБВИ представлена на платформе издательства ЛитРес.
Самое полное собрание доказательств любви за последние полтора миллиона лет. Содержит ок. двух с половиной тысяч статей по различным областям науки, истории, мифологии, культуры, семейно-брачных отношений, искусства, сексологии, бытовой лексики и др., так или иначе связанных с половой жизнью человека.