Доктор Фрейд очень не любил, когда доктор Юнг рассказывает про черепа, скелеты, мертвецов, про мумий, кладбища и прочее. А доктор Юнг про такое часто рассказывал. Сны свои пересказывал. Или делился размышлениями. Или упоенно разглядывал мумии на выставке, увлеченно обсуждая это..…
Юнг писал: доктор Фрейд был недоволен рассказами о всяком таком. Фрейд подозревал, что Юнг бессознательно желает ему смерти. И поэтому вставляет в разговоры образы мертвого, страшного и ужасного. И даже пришлось утаить свой сон про черепа в подвале, чтобы не рассориться…
А ведь Фрейд был прав!
Первое: постоянные разговоры о смерти, о покойниках, о болезнях и несчастьях действительно выдают «некрофила», по определению Фромма. Того, кто живое хочет сделать мертвым. Того, кому смерть нравится больше жизни. Человек может быть хорошим! Но от него исходит энергия Танатоса. Он зациклен на смерти.
Второе: человек зачем-то упорно рассказывает нам разные ужасы. Понимает, что тема для разговора так себе. Но снова и снова пересказывает подробности смертей, катастроф, страданий, похорон, собирает все страшные новости и заставляет любоваться мумиями. Все разговоры сводятся к описанию смерти и разрушений.
Такие разговоры действительно могут активизировать «программу смерти». Привлечь внимание не к жизни, не к борьбе и радости бытия, а к несчастьям и гибели, неизбежно ожидающей все живое.
Если с утра толковать о том, что наступит черная ночь - можно отравить весь день. И отнять радость жизни. Радость жизни - это и есть «энергия жизни». Сила бороться и побеждать. Вот ее и отнимают такие разговоры.
В народе детальное и подробное обсуждение мертвых и разглядывание неживых запрещалось. Смертью можно «заразиться».
И человек, который постоянно видит во сне скелеты, упоенно рассматривает мертвых и говорит об этом с аппетитом, внушал подозрения. Подальше от таких держались. От нарушителей негласного запрета.
Такой человек бессознательно транслирует другим символы смерти и активизирует «мортидо», программу смерти и разрушения.
Юнг списал всё на странности коллеги. Он и сам был странным. Как многие великие люди.
А народный запрет прост: не упивайся подобными разговорами и картинами. Так государь император отвернулся от картин Верещагина с натуралистически написанными черепами и мертвецами. И не рассказывай другим о небытии. Не заставляй смотреть на страшное и погибшее.
В мире есть на что посмотреть и о чем рассказать.
И не надо направлять наше внимание на смерть и страдание. Чтобы не причинить зло, не активизировать «программу смерти» через её образы…
Анна Кирьянова