Сейчас экс-20-я ракетка мира тренирует в женском туре.
– Вы яркий мужчина. Это влияло на рабочие отношения: личное перевешивает профессиональное?
– На самом деле, чем дольше живешь, тем больше удивляешься происходящему. Думаю, все возможно – абсолютно все. Если вы можете это придумать, значит, это кто-то придумал до вас 100% (улыбается).
Очень сложно это проанализировать в моей работе… Я сам задаюсь вопросом: ты работаешь, с кем-то общаешься, разговариваешь на тему работы. А потом кто-то тебе говорит какую-то информацию, ты сидишь, обдумываешь и понимаешь: может, вообще ничего не знаю в теннисе, начинаю сомневаться.
Но при этом результаты есть – они не могут сами собой происходить. Из-за чего это происходит? Из-за того, что у меня стрижка такая прикольная – для кого-то она неприкольная – или я действительно что-то понимаю в теннисе. Или из-за того, что я могу мотивировать, или достаточно требовательный. По факту так и работает.
Подписывайтесь на наш телеграм о теннисе
