Бытие определяет сознание, учили нас далекие предки. Проще говоря, какая жизнь, такой и человек. И если эта самая жизнь, как детская рубашка, короткая и обгаженная, то и человек зачастую будет этому соответствовать. Вряд ли у него будет высокое эстетическое мировоззрение.
Советские пропагандисты красочно рассказывали про злобное и звериное лицо капитализма. Как там за «бугром» было все плохо для рабочего человека. Как там простой народ эксплуатировали в хвост и гриву. Так это или нет, я до сих пор не знаю. Основная масса народа при социализме за границей не была. А тем, кому это посчастливилось, не вникали в проблемы обычных людей чужой стороны. Не до этого было. Да и мы, моряки загранзаплыва, только поверхностно сталкивались с тем чужим миром. Единственное, что бросалось нам в глаза, это сто процентное нежелание угнетенных рабочих перебраться в счастливую коммунистическую страну. Еще они глядели на нас, в тех же Штатах, с очень большим любопытством, а может и с уважением. Ведь в барах, когда узнавали, что мы советские, по первой кружке пива наливали нам бесплатно.
Рыбак, дважды моряк. Это люди, которые с морями – океанами на «ТЫ». Они так близки к водной стихии, что могут, образно говоря, похлопать океанскую волну ладошкой. Не буду утверждать, но по моему мнению, работа рыбаков в СССР была сродни каторги. РТэмы, СРТМы, БМРТ, плавзаводы и плавбазы уходили на путину на долгие месяцы. Представьте себе полгода работы в открытом море, когда люди не видят даже кромки земли. Постоянная качка и тяжелый труд большую часть суток. Ведь зарплата рыбака, как они говорят, идет с «хвоста». Сколько наловишь, столько и получишь. Я преклоняюсь перед людьми этой профессии, на которую способны единицы. Вот и показывал социализм свой звериный оскал в отношении рыбаков Союза. Гнобил их нещадно, вытравливая тяжеленным трудом из людей многие человеческие чувства. И не надо осуждать рыбаков, которые вырываются на берег, на свободу после многомесячной путины, гуляют по-черному, широко и без удержу. Я говорю про рыбаков СССР. Не знаю, как работается нынешним. Слышал, что новый российский капитализм стал к ним относиться более доброжелательней и уважительней. Вроде как, и деньги им уже платят хорошие. И питание на борту соответствует цивилизованным нормам. Дай Бог, чтобы это так и было.
Летом 1983 года, прячась от сильного шторма, в бухту Ольга зашел камчатский СРТМ из поселка Сероглазка. Маленькому судну хватило тридцати метров свободного причала, куда он и пришвартовался. Наш лесовоз «Электросталь» рядом с ним казался супергромадным лайнером. И нам, морякам –дальневосточникам было удивительно, как двадцать с лишним человек могут поместиться на таком маленьком суденышке. Сходили к ним в гости, познакомились. Ведь у моряков и рыбаков имеется общий коммерческий интерес. У них можно разжиться деликатесной рыбой, крабами, икрой. Они у нас покупали импортные шмотки. Морепродукты и заграничное шмутье при Советах было большим дефицитом.
В поселке Ольга, прямо у порта был небольшой продовольственный магазин, которого давно уже нет. В нем торговали две симпатичные женщины, которые сделали месячный план за один день на продаже водки.
Каюта три метра на пять, в которой на четырех человек четыре узкие кровати – шконки, между которыми откидной столик. На столе бутылка водки и никакой закуски. В углу каюты, у двери большой бумажный пакет, доверху набитый бутылками с водкой. Рыбы у них нет. Время три дня. Все спокойно, все по-рабочему. К шести вечера рыбаки потянулись в поселок, в столовой которого всегда было свежее и отличное пиво. По ночи они должны были уйти в море. Погода в июне быстро налаживается.
Вот в этот магазин рядом с портом зашли три рыбака затариться горячительным. Водки уже не было. Они купили несколько оставшихся бутылок коньяка и ящик плодово – ягодного вина. Скупили все, что было с градусами. Молодой парень рефмеханик оживленно болтает с продавщицей Люсей. Мужик постарше пересчитывает деньги, готовясь рассчитаться за покупки. А боцман, коряга – мореход с квадратной низкорослой фигурой, укладывает бутылки в бумажный серый мешок, как из под цемента. И в этот момент в магазин зашел местный таможенник, молодой парень ростом за метр восемьдесят. Не дожидаясь, пока рыбаки рассчитаются и уйдут, он через голову боцмана протянул продавщице деньги за пачку сигарет. Боцману такой жест не понравился. Подожди, мол. Видишь же, что люди перед тобой стоят. Таможенник не отреагировал на замечание. И был небрежно отодвинут от прилавка. Что ему тоже не понравилось. Он взбрыкнул. Мол, ему некогда, служба ждет, а тут какие-то залетные права качают. Через секунду он был за шиворот вытянут боцманом на улицу. Где и получил от него три таких удара в лицо, что оказался на земле.
В это время на остановке автобуса, которая в двадцати метрах от магазина, стояли шесть местных докеров, которые после смены ждали общественный транспорт. Никто из них не сделал даже попытки помочь поверженному представителю власти. То ли они власть не уважали. То ли просто побоялись связываться с крутыми мореходами. А может то и другое. Через пару минут рыбаки с мешком «пойла» удалились, не спеша на свой сээртээм.
В конце рабочего дня деловая жизнь в поселке замирает. Пока то, да се, пока расчухались местные власти, уже и утро наступило. Разборка началась ближе к обеду. На причале, возле этого «рыбака» власти поставили наряд из двух пограничников. Удивительно, но милиция не была задействована. Не было видно на причале милиционеров. К двум дня подъехал Уазик с партийным начальством в сопровождении офицера – пограничника. Мы со своей кормы наблюдали за действиями рыбаков. И как поняли, те очень оперативно готовились к отходу. С кормы и бака они оставили по одному тонкому швартову, заведя их дупленем, чтобы оперативно отдать без помощи берегового швартовщика. Вот и машину провернули, пыхнув в небо облаком черного дыма. На палубе появился штурман в курточке с погонами. Он приказал матросу быстро проверить наличие посторонних на борту. Мол, если капитан не отмажет боцмана, не сможет договорится с властями, будем срочно сниматься.
Через полчаса местные власти покинули борт сээртэма. Видно, капитан решил все вопросы. Рыбаки завели дополнительные швартовы. Кинули на берег сходню. Стоянка у них продолжилась. Как и продолжилась крутая пьянка. Они ушли глухой ночью. Перед этим засветив перед местным населением молодецкую удаль и пьяную дурь. Вечером на танцах пять молодых рыбаков разогнали эти самые танцы. А другая пьяная и бесшабашна тройка, возвращаясь из поселка по берегу, встретилась с тремя водолазами от военного ведомства, которые в этом поселке разделывали старые суда на металлолом. Отобрали у них бутылку водки и какую-то куртку.
После таких подвигов им в этих местах оставаться было категорически нельзя. Зашли, расслабились и снова ушли в море на месяцы тралит рыбу в дали от берега и цивилизации.
Продолжение следует...
С уважением к читателям и подписчикам,
Виктор Бондарчук